Сергей Свой – Корона для Романовых. Императрица Виктория (страница 12)
А в другом конце Лондона русский наследник тоже не спал.
Александр стоял у окна своих покоев, глядя на ночной город.
Он сам не понимал, что с ним происходит.
За несколько месяцев путешествия он встретил десятки красивых женщин.
Некоторые были , возможно, умнее Виктории. Некоторые — красивее. Некоторые — безусловно выгоднее для России.
Но ни одна не заставляла его думать о себе ночью.
Он закрыл глаза.
И неожиданно вновь увидел её лицо.
Невысокую молодую женщину с усталым взглядом человека, которому слишком рано пришлось стать сильным.
И в этот момент Александр впервые испугался по-настоящему.
Потому что понял: он хочет увидеть её снова.
Утро для королевы Виктория началось непривычно рано.
Обычно после придворных приёмов она позволяла себе подольше оставаться в покоях, откладывая бесконечные бумаги и аудиенции хотя бы на час. Но сегодня сон окончательно покинул её ещё затемно.
Она пыталась читать.
Пыталась писать письма.
Даже открыла папку с государственными докладами.
Безнадёжно.
Мысли вновь и вновь возвращались к одному и тому же лицу.
К спокойному взгляду русского цесаревича.
К его голосу.
К странному ощущению, будто рядом с ним ей впервые за долгое время не нужно было играть роль.
Это раздражало.
И одновременно делало её почти счастливой.
Баронесса Лехцен наблюдала за королевой молча.
Слишком давно она знала Викторию, чтобы не замечать очевидного.
Молодая королева старалась вести себя как обычно.
Именно поэтому всё становилось особенно заметно.
За завтраком Виктория дважды переспросила одно и то же. На утренней аудиенции почти не слушала министра. А когда секретарь упомянул русского наследника, слишком быстро подняла голову.
Лехцен едва скрыла улыбку.
Наконец, оставшись с воспитанницей наедине, она невозмутимо произнесла:
— Ваше величество сегодня необычайно рассеяны.
— Разве?
— Особенно для человека, который совершенно не думает о русском цесаревиче.
Виктория резко покраснела.
— Лехцен!
— Я воспитывала вас с детства. Вы забываете, что я умею замечать некоторые вещи.
Королева отвернулась к окну.
Несколько секунд она молчала.
Потом очень тихо сказала:
— Мне просто… интересно.
— Разумеется.
— Что «разумеется»?
— Именно так обычно всё и начинается.
Виктория вспыхнула ещё сильнее.
— Вы ведёте себя возмутительно.
— А вы выглядите счастливой.
Эти слова неожиданно лишили королеву всякой возможности спорить.
Она медленно опустилась в кресло.
— Это глупо, да?
Лехцен подошла ближе.
— Нет, ваше величество.
— Но невозможно.
— Большинство важных вещей кажутся невозможными заранее.
Виктория нервно переплела пальцы.
— Я даже толком не разговаривала с ним.
— Тогда, вероятно, стоит это исправить.
Королева подняла глаза.
И впервые заметила в выражении баронессы что-то подозрительно заговорщическое.
— Лехцен…
— Сегодня вечером в Ковент-Гарден дают оперу.
Виктория моргнула.
— Театр?
— Его высочество уже получил приглашение от двора.
Королева медленно начала понимать.
— Вы хотите…