Сергей Свой – История Спартака – 1. Цикл – «Герои древнего Мира» (страница 4)

– Ключ от ворот, – сказал он без колебаний. – Где?

Ветеран, истекая кровью из носа, с ненавистью смотрел на него.

– Гори в аду…

Спартак даже не нахмурился. Он применил лёгкое давление. Острие вошло в кожу на шее, выступила кровь.

– Ключ. Последний раз.

Боль и близость смерти сделали своё дело. Ветеран, скрежеща зубами, кивнул на свой пояс. – Там… на кольце…

Спартак быстро обыскал его, нашёл железное кольцо с несколькими ключами. Он встал, оставив раненого врача умирать. Милосердие в такой ситуации было глупостью.

Тем временем бой на дворе стихал. Гладиаторы, вдохновлённые успехом «тарана» и гибелью своего командира, добивали оставшихся римлян. Потери были: трое гладиаторов лежали мёртвыми, ещё несколько были ранены. Но победа была за ними. Крикс и его люди спустились с галереи, окровавленные, но торжествующие.

– Все трое – мёртвы, – доложил Крикс, и в его тоне впервые сквозило не вызов, а нечто вроде уважения.

– Хорошо, – кивнул Спартак. – Эномай, организуй людей. Собери всё оружие, доспехи, найдите воду и еду. Крикс, возьми несколько человек, обыщи казармы. Должны быть запасы, может, ещё оружие.

Он сам направился к массивным дубовым воротам. Засов был тяжёлым, железным. Он попробовал ключи. Третий подошёл. С глухим скрежетом засов отъехал.

Спартак распахнул небольшую калитку в воротах и выглянул. За ними была узкая, пыльная улочка, ведущая от школы к окраинам Капуи. Пока что пустынная. Но крики и шум боя наверняка уже привлекли внимание. Время работало против них.

Он закрыл калитку и повернулся к собравшимся вокруг него гладиаторам. Их было теперь около семидесяти пяти человек. Они смотрели на него, залитые потом и кровью, уставшие, но с невероятным огнём в глазах. Они только что сделали невозможное. И он был причиной этого.

– Мы выиграли первый бой, – сказал Спартак, и его голос звучал громко и ясно во внезапно наступившей тишине. – Но это только начало. Сейчас в городе уже поднимают тревогу. Через полчаса сюда прибудет римский гарнизон. Нас будут искать, чтобы распять на крестах вдоль всей Аппиевой дороги.

В толпе пронёсся тревожный гул.

– Что же делать? – крикнул кто-то.

– Бежать! Пока есть время! – предложил другой.

– Бежать? Куда? – холодно парировал Спартак. – По дорогам, где нас будут ждать? В поля, где нас выследят как зверей? Нет. Мы не побежим. Мы уйдём. Но уйдём как армия. И чтобы уйти, нам нужно сделать три вещи.

Он поднял руку, загибая пальцы.

– Первое: снаряжение. Мы забираем здесь всё. Каждый меч, каждый щит, каждый кусок хлеба и глоток воды. Ничего не оставляем врагу.

– Второе: план. Мы не пойдём на север, где нас ждут. Мы пойдём туда, где нас не ждут. На юг. К Везувию.

– Третье: порядок. С этого момента вы – не гладиаторы. Вы – солдаты. А солдаты подчиняются приказам. Я буду отдавать их. Крикс и Эномай – мои первые помощники. Кто не согласен – может взять свою долю добычи и уйти сейчас. Но шансов в одиночку у вас ноль.

Он выдержал паузу, давая словам проникнуть в сознание. Никто не двинулся с места. Идея разбежаться казалась теперь не освобождением, а самоубийством.

– Сейчас мы разобьёмся на группы, – продолжил Спартак. – Группа добычи: собрать всё ценное. Группа прикрытия: на стены, следить за подходами. Группа санитаров: помочь раненым. И группа поджигателей.

Последние слова заставили всех насторожиться.

– Поджигателей? – переспросил Эномай.

– Эта школа – символ нашего рабства. Мы её уничтожим. Но не просто подожжём. Мы создадим заграждение. Горящие развалины задержат погоню и дадут нам время. Крикс, ты отвечаешь за это. Используй масло для факелов, солому, всё, что горит.

Он отдавал приказы чётко, ясно, без лишних слов. И люди слушались. Началась лихорадочная деятельность. Кто-то волок мешки с зерном из кладовой, кто-то снимал кольчуги с мёртвых римлян, кто-то укладывал на импровизированные носилки раненых товарищей.

Сам Спартак, пока другие работали, провёл быструю рекогносцировку внутри школы. Его интересовали не столько запасы, сколько специфические вещи. Он зашёл в кузницу – небольшую, примитивную. Там были инструменты: молоты, клещи, запас угля. И селитра. Её использовали для закалки металла и иногда – для примитивных фейерверков во время игр. Он нашёл небольшой глиняный кувшин с беловатым порошком. Не идеально, но сойдёт. Сера тоже была – её применяли для обработки кожи и в медицине. Уголь – в избытке.

Основа для чёрного пороха. Примитивного, дымного, но громкого и способного наносить ожоги. Пока рано. Но знать, где искать компоненты, уже важно.

Он также осмотрел склад с инвентарём для шоу: дрессированные медведи в клетках (их выпустили, звери разбежались), телеги для транспортировки гладиаторов, груды тряпья и… бочки со смолой для ремонта крыш и деревянных конструкций. Идеально.

Через двадцать минут школа превратилась в муравейник. Были собраны все припасы: несколько десятков гладиусов и пилумов, около двадцати щитов, кольчуги, мешки с зерном, вяленое мясо, бурдюки с водой и вином. Раненых было пятеро, двое тяжело.

– Огонь готов, – доложил Крикс, его лицо было испачкано сажей. Он явно наслаждался процессом.

– Хорошо. Выводи людей через калитку. Строимся колонной на улице. Раненых – в центр. Вооружённые и бронированные – по краям. Я иду последним.

Когда последний гладиатор переступил порог, Спартак сделал то, что запланировал. Он взял бочку со смолой, облил ей ближайшую к воротам деревянную постройку – конюшню. Потом разбил кувшин с маслом рядом. Он высек огнивом искру, поджёг пучок пакли и швырнул его в лужу масла.

Огонь вспыхнул с яростным whoosh, мгновенно перекинувшись на облитую смолой древесину. Через мгновение пламя уже лизало стены, чёрный дым начал подниматься к небу.

Спартак вышел на улицу и закрыл за собой калитку. Перед ним, в узком переулке, стояла нестройная, но уже не совсем беспорядочная толпа. Они смотрели на полыхающую школу, и в их глазах было что-то большее, чем радость. Было осознание: обратной дороги нет. Они сожгли свои цепи в прямом и первичном смысле.

– Колонной, по двое! – скомандовал Спартак. – Шаг быстрый, но не бегом. Не отставать! Направление – южные ворота города. Крикс, вперёд, выбери путь по тихим улицам. Эномай, замыкающий сзади, следи, чтобы не отставали.

Они двинулись. Семьдесят пять человек, ещё вчера бывших рабами, сегодня ставших солдатами в первой битве небольшой, но уже страшной для Рима войны. Над Капуей поднимался столб чёрного дыма, будто погребальный костёр по старой жизни. А впереди их ждала гора Везувий, которая даже не подозревала, что скоро станет колыбелью легенды и ужасом для римских легионов. И вёл их человек с душой русского подполковника и телом фракийского бога войны, для которого всё это было лишь первым, самым маленьким шагом в долгой стратегии выживания и мести.

Они ещё не знали, что такое дисциплина по-настоящему. Они не знали, что такое тактика и стратегия. Но они уже видели, как работает воля одного человека. И этого было достаточно, чтобы заставить их идти за ним в самую неизвестность. Потому что позади оставался только огонь и смерть. А впереди… Впереди была свобода. И Спартак твёрдо намеревался дать им её. Но сначала – научить её завоёвывать.

Глава 3: Гора стали и воли

Дым от горящей школы Лентула Батиата был виден из всего города. Как предсказывал Спартак, тревога поднялась мгновенно. Но у римлян была одна проблема: Капуя – не военный лагерь. Это был богатый, праздный город, где гарнизон состоял из двух сотен вспомогательных войск, разбросанных по казармам и караулам. На организацию погони и блокирование ворот ушло драгоценное время.

Этим временем Спартак и воспользовался. Отряд, ведомый Криксом по узким, грязным улочкам беднейших кварталов, двигался быстро, но без паники. Они шли не бегом, а ускоренным шагом, который Алексей-Спартак знал как «скорость марш-броска» – наиболее эффективный режим для сохранения сил на длинной дистанции.

Их видели. Из окон хижин на них смотрели испуганные лица рабов и плебеев. Но никто не поднял тревоги. В глазах многих читалось не страх, а странное, затаённое ожидание. Слух о восстании в самой крупной гладиаторской школе распространялся быстрее, чем они шли.

Южные ворота Капуи были простой деревянной конструкцией с караулом из четырёх человек. Когда передовой дозор Крикса вышел к ним, стражи уже знали, что в городе бесчинствуют восставшие гладиаторы, но не ожидали, что они явятся прямо к воротам. Увидев окровавленную, вооружённую толпу, караул в панике бросился бежать, даже не попытавшись запереть ворота.

– Не преследовать! – рявкнул Спартак, увидев, как несколько галлов рванулись за бегущими римлянами. – Наша задача – уйти. Крикс, выдвигайся вперёд, выбери путь к подножию Везувия. Эномай, забери ключи от ворот, запрем их снаружи.

Через несколько минут весь отряд был за городской стеной. Массивные засовы с грохотом задвинулись, ненадолго задержав возможную погоню. Перед ними расстилалась холмистая, покрытая виноградниками и оливковыми рощами равнина Кампании, а на горизонте дымилась, как гигантский уголь в очаге богов, гора Везувий. В I веке до н.э. она считалась потухшей, просто высокой, покрытой лесами и скалами горой – идеальным естественным укреплением.