Сергей Свой – Душа Сталина в тело Ельцина (страница 5)

— Мы хотим посмотреть, что произойдёт, если в точке распада окажется человек, который ненавидит распад.

И впервые за весь разговор Иосиф Виссарионович понял, что речь идёт вовсе не о прошлом.

А о будущем.

Некоторое время после вопроса Сталина трое молчали.

Если, конечно, к ним вообще можно было применить понятие молчания.

Потом Первый произнёс:

— Прежде чем принять решение, ты должен понять, куда именно попадёшь.

И пространство вокруг снова изменилось.

На этот раз перед Иосифом Виссарионовичем возник не человек.

Возник спектакль.

Огромный.

Мирового масштаба.

С миллиардом зрителей.

Он увидел телевизионные экраны.

Газетные полосы.

Новостные выпуски.

Кабинеты министров.

Президентские резиденции.

Посольства.

Штабы разведок.

Биржи.

Военные командные пункты.

И в центре всего этого — одного человека.

Бориса Николаевича Ельцина.

Сталин наблюдал.

Не события.

Реакцию на события.

Это было гораздо важнее.

Вот иностранные журналисты.

Они обсуждают очередной дипломатический скандал.

Спорят.

Строят догадки.

Пишут статьи.

Одни относятся к происходящему с недоумением.

Другие — с откровенной иронией.

Третьи начинают задаваться вопросом, насколько устойчиво государство, обладающее крупнейшим ядерным арсеналом планеты.

Картина сменилась.

Появились записи телекомпаний.

Фотографии.

Мемуары.

Воспоминания охраны.

Докладные записки.

Свидетельства дипломатов.

Статьи.

Интервью.

Книги.

Тысячи источников.

Не всегда согласных друг с другом.

Иногда противоречащих друг другу.

Но складывающихся в одну общую картину.

Иосиф Виссарионович видел западных лидеров.

Видел их улыбки.

Шутки.

Переглядывания.

Закрытые совещания.

Аналитические записки.

Оценки политиков и экспертов.

Многие из них воспринимали нового российского лидера как человека непредсказуемого.

Эмоционального.

Склонного принимать решения внезапно.

Иногда вопреки логике собственной системы управления.

Потом трое показали другое.

Не прессу.

Не слухи.

Последствия.