Сергей Сурин – Английский футбол. Вся история в одной книге. Люди. Факты. Легенды (страница 44)

Главное — придумать название и девиз, чтобы поплыть с хорошей скоростью в нужном направлении. Голосовалось несколько названий, среди прочих — «Кельты», «Северяне». С перевесом в один голос победил «Куинз Парк».

Именно так — по-королевски, с замахом на перспективу.

Ну, а девиз уж как-то сам по себе возник: Ludere Causa Ludendi — что по латыни означает «играть ради игры». Девиз определил развитие клуба: «Куинз Парк» был и остается любительским клубом до сих пор. Футболисты играют не ради денег, а ради игры. Времяпрепровождение и восстановление сил — вопреки максимальной прибыли и рентабельному бизнесу. Отныне и вовеки веков.

Можно смело назвать членов клуба аристократами. Вспомним: аристократы — это люди, обладающие свободным временем и определенным достатком, позволяющим им соревноваться (играть) не за деньги, а ради доблести. На этом смысловом фоне применение слова «аристократы» к нынешним игрокам «Челси» — явление, мягко говоря, странное. Впрочем, если руководствоваться принципом «назовите хоть торшером, только в сеть не включайте», — тогда можно и аристократами. А также хунвейбинами и даже, уж извините, левыми гегельянцами.

Кадры решают все

Но вернемся к настоящим аристократам. Формирование первого клуба в Глазго опередило принятие местных правил игры и учреждение руководящей и направляющей надстройки, которая возникнет на шотландском горизонте еще только через 6 лет, — аристократы не боялись учиться плавать, несмотря на то что в бассейн еще не налили воду.

Джентльмены из «Куинз Парк» не ждали волшебника в голубом вертолете, они сами наполнили бассейн водой, приняв правила английской Футбольной Ассоциации и взявшись за организацию своей родной, шотландской Ассоциации. Говорят, что именно они стали активно использовать перекладину — правда, в то время это была просто плотная лента, натянутая между штангами на определенной высоте.

За 4 месяца до официального создания шотландской футбольной надстройки 4 тысячи жителей Глазго и его окрестностей пришли на крикетный стадион «Гамильтон Кресент», чтобы увидеть первый официальный международный футбольный матч. Восемь английских нападающих бегали по полю, оставив позади одного несчастного защитника, ну и еще одного бедолагу в центре, тогда как шотландцы уже догадались оттянуть двоих форвардов в защиту и в центр поля, получив вполне добротную на тот момент схему 2–2 — 6. И все потому, что в составе сборной Шотландии выступали одиннадцать футболистов из одного клуба. Первого, любительского, королевского. Это был подлинный триумф «Куинз Парка» — ведь, кроме всего прочего, сборная Шотландии играла в их клубной форме. Таким образом, «Куинз Парк» сыграл вничью со сборной Англии в первом историческом международном матче…

Футболистов, игравших в первых составах «Куинз Парка», можно смело называть аристократами, поскольку у них было достаточно свободного времени, чтобы заниматься футболом. В оплате своего времяпрепровождения они не нуждались — все они былиобеспечены, образованы и трудоустроены. Первый темнокожий футболист, Эндрю Уотсон, — вы помните его? — пришедший в команду в 1879 году, окончил университет Глазго. Философия, математика, латынь. Голова у парней работала — отсюда и игра в пас, и разумное распределение по полю. Если уж вы читали Канта и решали Лейбница, вы просто не можете играть в футбол прямолинейными забросами к воротам соперника. Так что «Куинз Парк» зовут пауками не только из-за полос на форме, но и из-за паутины, которую футболисты создавали на поле, используя многоходовые комбинации.

«Куинз Парк» был лучшей командой Шотландии XIX века, выиграв десять национальных Кубков. Дважды подряд — в 1884 и 1885 годах — клуб выходил в финал Кубка английской Футбольной Ассоциации — главного футбольного турнира мира той эпохи. Но каждый раз спотыкался о «Блэкберн Роверс». В 1875 году «Куинз Парк» за счет своей комбинационной паутины одержал удивительную победу над сильнейшим английским клубом первых футбольных лет — «Уондерерс», причем за англичан выступали два великих футбольных апостола — Чарлз Олкок и Артур Киннэрд. В команде аристократов играли замечательные футболисты той эпохи: защитник Уолтер Арнотт — тот самый, который ел перед матчами омлет, чтобы не чувствовать боли, и нападающий Роберт Смит Мак-Колл, забивший в своем прощальном матче за клуб в 1912 году шесть голов — что до сих пор является рекордом результативности.

Впрочем, самым известным ныне футболистом, выходившим на поле в форме «Куинз Парк» был … сэр Алекс Фергюсон. Речь о нем еще впереди, скажем здесь лишь то, что это было начало его сумасшедшей карьеры. В 1957 году шестнадцатилетний Алекс проводит свой первый матч в качестве страйкера и забивает гол. Всего будущий сэр Алекс провел за «пауков» 31 матч и забил порядка 20 голов.

Мой дом — моя крепость

Но вернемся назад, в начало XX века. Подняв целину, аристократы из Глазго непреклонно оставались любителями, — в то азартное время, когда британские клубы один за другим вставали на модную и привлекательную тропу футбольного бизнеса.

У аристократов был и дом — под стать их гордости и благородству. Негоже ведь таким ютиться в лачуге. После нескольких локальных перемещений и переговоров с землевладельцами аристократам удалось построить самый большой в мире стадион — «Хэмпден Парк». Естественно, без помощи Арчибальда Литча не обошлось. При открытии в 1903 году стадион уже мог вместить более сотни тысяч зрителей. В конце 20-х и начале 30-х годов XX века его еще больше расширили, доведя максимальное потенциальное число зрителей до 183 тысяч. Впрочем, шотландская Футбольная Ассоциация, опасаясь Ходынки, разрешила продавать на матч не более 150 тысяч билетов.

Неудивительно, что на «Хэмпден Парк» стала выступать и национальная сборная Шотландии. Поэтому именно здесь прописался европейский рекорд посещаемости международных матчей: в 1937 году шотландцы принимали англичан перед лицом 149 тысяч 415 зрителей — это максимальная аудитория «Лужников» и «Крестовского» вместе взятых. При этом не менее 20 тысяч зрителей проникали на стадион без билетов. Учитывая то, что на стадионе восхитительная акустика, можно предположить, что тихо там не было.

В 1960 году в финальном матче Кубка чемпионов на «Хэмпден Парк» мадридский «Реал» сошелся с «Айнтрахтом». Более 127 тысяч человек увидели покер Ференца Пушкаша и хет-трик великого Ди Стефано, на что немцы смогли ответить только тремя голами. 7–3 — победил «Реал». Кроме рекорда посещаемости, этот финал стал рекордным и по количеству забитых голов.

Но в конце XX века стадион был полностью реконструирован и приведен в соответствие с новыми требованиями безопасности. Сегодня вместимость стадиона уменьшилась в три раза. И вполне симметрично — на три ступени вниз в иерархии шотландских футбольных лиг — опустился великий любительский клуб «Куинз парк», создавший первый британский футбольный бренд и проложивший дорогу для неподражаемых «Коринтиан». Именно они, аристократы из Глазго, покорители футбольной целины, отдали голевую передачу «на ход» английским аристократам, вывели их на ударную позицию.

Глава III. Английские аристократы: первый инопланетный клуб

Ни за призы, ни за деньги

Через 15 лет после создания клуба шотландских аристократов «Куинз Парк» и через 10 лет после первого кубкового финала в Англии, в 1882 году, создается самый уникальный непрофессиональный спортивный клуб в истории футбола — «Коринтиан».

Древнегреческий город Коринф — благополучный и распущенный — подарил миру знаменитую коринфскую колонну, возможно, самую красивую и уж точно самую особенную. В первой половине XIX века «коринтианцами» называли группу аристократов, посвятивших свою жизнь спорту (прежде всего — боксу и скачкам). А к концу XIX века в это понятие вкладывали уже только «джентльменство» и «любительский статус занятий».

Место рождения клуба — юг Англии, что волне себе оправдано: в данной местности, во-первых, теплее, а во-вторых — футбол был любимой игрой более состоятельного среднего класса, в отличие от северных промышленных районов. Создается «Коринтиан» как любительский клуб джентльменов — людей, обладавших свободным временем и определенным достатком, а также — обостренным чувством справедливости и порядочностью, переходящим в стабильное благородство. Кроме всего перечисленного требовался еще и энтузиазм, причем в неограниченных размерах. Вы вполне можете удивиться, но поверить все равно придется — мы рассказываем не миф древней Англии, а факт из истории футбола. В XIX веке в первый и, возможно, последний клуб английских аристократов принимались игроки с высшим образованием, а льготы при приеме получали окончившие престижные университеты. Счастливчики, прошедшие отбор, должны были неукоснительно соблюдать главное правило «Коринтиан»: «Игроки клуба не соревнуются ни за призы, ни за деньги». Очень похоже на правило ребят из «Куинз Парка»: «Игра ради игры».

Не от мира сего

И где ж это они столько чудиков набрали? — ударит в голову любому нормальному человеку, то есть — нам с вами.

Наверное, если хорошенько поискать, энтузиасты, готовые сражаться за правое дело, найдутся в любом месте земного шара — было бы правое дело. Кадры определяют все — утверждал один из главных ситхов XX века Иосиф Сталин. Так что, как говорится — клубу цвесть, когда в стране английской такие люди есть.