Сергей Сурин – Английский футбол. Вся история в одной книге. Люди. Факты. Легенды (страница 22)

Удивительный был тогда футбол — в воротах стоял врач-бактериолог, атаки завершал архитектор, а в центре поля порядок наводил вездесущий школьный учитель…

При этом судьбы Эвелина Линтотта и Вивиана Вудворда сплелись как пара змей: оба до последнего не хотели становиться профессиональными футболистами, сохраняя любительский статус и отлично выступая в конкурирующих командах Южной Лиги, оба одновременно были приглашены сначала в любительскую, а затем уже и в основную национальную команду Англии. Ну а с началом войны оба, не задумываясь, вступили добровольцами в знаменитый Футбольный батальон…

Но до войны еще восемь лет. Футбольная Ассоциация Англии создает национальную любительскую сборную — слишком много было талантливых футболистов, которые не хотели становиться профессионалами — и Линтотт занимает в ней место левого полузащитника. Первый матч в Париже со сборной Франции заканчивается со счетом… 15–0 (нашлось, где разгуляться Вудворду). Подобный разгром сборная Франции уже терпела от англичан — на полях с естественным покрытием при Креси и Пуатье. Причем французы выходили на поле — а шла Столетняя война — в подавляющем численном большинстве, но англичане брали тактикой и индивидуальным мастерством. В разгроме на парижском стадионе «Парк де Пренс» — через пять с половиной веков после Креси и Пуатье — также сказалась выучка английских игроков, да еще и составы команд были выравнены согласно утвержденным правилам. Все ждали, что во втором тайме на поле выйдет и спасет Францию Жанна д’Арк, но чуда не произошло, так как замены еще не были разрешены.

На этом любительская сборная Англии — тон в которой поначалу задавали Вудворд и Линтотт — не остановилась и, встречаясь со сборными других стран (составленными как из любителей, так и из профессионалов), в 20 первых матчах оставалась непобежденной. Славная была команда.

И славно играл Линтотт. За 7 лет до войны он проводит первый матч за «Куинз Парк Рейнджерс» и вскоре становится первым футболистом этого клуба, которого, несмотря на его любительский статус, приглашают в основную сборную Англии.

В это же время английские игроки создают Профессиональный Союз футболистов. И хотя денег от футбола Линтотт не получал, — а все члены Союза обязаны были заплатить вступительный взнос и делать ежемесячные отчисления, — он все равно становится членом нового профсоюза: из солидарности (в те давние годы была у людей такая причуда).

— Что тебе до них, Эвелин, сын Линтотта? — дивились в округе, — Это же их дело, не твое. Ты же молод — иди, бери от жизни все! Чего ты ввязываешься? — Vita brevis, Эвелин, vita brevis…

И что удивительно — английские футболисты (а в Союз вошли и платили взносы 1300 игроков!) выбрали своим первым Председателем (причем выбрали двукратным перевесом) именно его, Эвелина Линтотта. Как говорил пастор Шлаг неугомонному Штирлицу — вам можно доверять: у вас глаза честного человека.

Профсоюз боролся за права игроков — например, предлагалось изменить установленный потолок в зарплате — 4 фунта в неделю (футболистам было обидно, что сборы на новых вместительных стадионах увеличивались, а зарплаты намертво застыли) — и увеличить смехотворный трансферный бонус, полагавшийся игроку: при стоимости трансфера ведущих футболистов в 1000 фунтов (а эту сумму в полном объеме получал клуб), игроку выплачивалось не более 10 фунтов «отступных». Члены нового профсоюза задавались даже смелым вопросом: а почему бы не поменять числа местами? Это было первое организованное выступление трудящихся мяча против действий Футбольной Ассоциации — главного исполнительного органа английского футбола.

Работы было много. Кто будет редактировать журнал Союза футболистов и сеять в нем злободневное, солидарное, накипевшее? Конечно, школьный учитель, обученный слову (вместе с братом Фредериком, журналистом). А по воскресеньям Эвелин Линтотт выступал еще и… проповедником без духовного сана.

Представляете — как выглядело бы сегодня объявление о проповеди кого-нибудь из нынешних магистров дриблинга и точного удара?

«В воскресенье в кафедральном соборе атакующий полузащитник Криштиану Роналду проповедует на тему „Блаженны алчущие“. Первые ряды молитвенных скамеек забронированы для владельцев сезонных абонементов…»

Но в те далекие предвоенные годы проповеди футболиста никого не удивляли. Линтотта уважали. К нему прислушивались.

За шесть лет до войны «Куинз Парк Рейнджерс» с Линтоттом на правом фланге полузащиты выигрывает Южную Лигу. При этом Эвелин продолжает преподавать в одном из колледжей Северного Лондона. Сколько у него было часов в сутках?

Линтотт по-прежнему остается любителем — его все устраивает. Но за 5 лет до войны у его команды начались непредвиденные и весьма серьезные финансовые трудности. Чтобы выбраться из этого коллапса, необходимо было продать кого-нибудь из ведущих игроков — за кого предложат хорошие деньги. За Линтотта, например, «Брэдфорд Сити» предлагал более 1000 фунтов — только вот получать деньги за любителя было нельзя.

— Это для революции? — спросил мексиканец.

— Да, для революции.

— Хорошо, — сказал он.

Чтобы помочь своей команде, Линтотт обращается в Футбольную Ассоциацию и получает статус профессионального футболиста. И спасает свою команду, перейдя в «Брэдфорд».

Странные были тогда люди — как будто и вправду с другой планеты. Разве могут возникнуть в наше время, когда сеют шкурное, алчное, волчье, — у футболиста подобные мысли? Возникают прямо противоположные — как извлечь из своего клуба максимальную для себя прибыль.

А у Линтотта, тем временем, уже другая головная боль: теперь лихорадит его новую команду — и Эвелин спешит на помощь, спасая «Брэдфорд Сити» от вылета во второй дивизион. И конечно же, играет во всех четырех матчах основной сборной Англии. Четыре матча — четыре победы. Разница забитых и пропущенных мячей: 18–4. Похоже, кто-то совсем неплохо отрабатывал в центре поля.

В матче с Уэльсом (в котором тяжелую травму получил великий Дик Руз) Линтотта приставили к знаменитому валлийцу Билли Мередиту — королю тогдашнего футбола, первой настоящей футбольной суперзвезде XX века. Школьный учитель просто выключил короля из игры — причем без крови и переломов, шума и пыли, деликатно и намертво. К концу игры Англия вела 7–0. Мередит остановился, развернулся к своему Деликатному Выключателю и заорал: «Убирайся к чертовой матери, учитель хренов! Слышишь? Вы и так уже семь раз забили, тебе что, мало? Что ты мне играть не даешь?» Линтотт слушал молча, улыбаясь, в перебранку с суперзвездой не вступал. И продолжал свое деликатное дело.

Всего же Линтотт сыграл за сборную Англии семь раз. Может, у школьного учителя был эффект победного присутствия? Шесть побед при одной ничьей. Разница забитых и пропущенных мячей — 29–7!..

В национальном первенстве Линтотт доводит «Брэдфорд» в первом полном сезоне до седьмого места. В следующем — до пятого. И завоевывает четыре различных кубка. При этом, будучи местной звездой, живет весьма скромно. Его пытаются втянуть в бизнес по производству спортивной амуниции — и бизнес со звездой пойдет лучше, и звезде отвалится. Втянуть не получается: Линтотт находит себе место в одной из местных школ. Стойкий оловянный учитель. И лицо у него какое-то благородное…

Но за два года до войны захват талантливого полузащитника производит знаменитейший в будущем английский тренер Герберт Чепмен, только что пришедший тренировать «Лидс». Чепмен умел уговаривать: «Брэдфорду» — соблазнительный трансферный гонорар, Линтотту — новый качественный уровень и максимальную годовую зарплату. При этом годовую зарплату в 208 фунтов Чепмен стал выплачивать Линтотту тогда, когда до конца года оставалось 10 месяцев, а это значит, что в пересчете на неделю Линтотт получил более 4 фунтов, что запрещалось Футбольной Ассоциацией.

Чепмен сам обнаруживает ошибку, сообщает Линтотту, и школьный учитель… тут же отдает излишек денег. Оба — игрок и тренер — спешат уведомить Футбольную Ассоциацию о случившемся. Футбольная Ассоциация долго думала — что ей делать в тяжелых условиях повышенной принципиальности, и в итоге для порядка оштрафовала клуб на 125 фунтов…

Налицо какой-то откровенный Беспредел Честности и Разгул Справедливости.

Линтотт, кто бы сомневался, стал капитаном «Лидса». Он ведь действительно умел быть лидером — своей игрой и благородным, мужественным поведением учитель вдохновлял товарищей по команде. Нельзя было рядом с Линтоттом играть безразлично, в полсилы. Просто не получалось. На фоне Линтотта и вялый оживает.

Но, начиная со второго сезона, Эвелина стали преследовать травмы, и за год до войны капитан, передав свою повязку Джимми Спирсу, первому футболисту-масону, уходит из футбола. Чуть раньше из футбола ушел и вратарь, готовый к бою, — Дик Руз. А бой не заставил себя долго ждать: 4 августа 1914 года Англия объявила войну Германии. Лорд Китченер, новый министр обороны, обратился к защитникам интересов империи: «Родина нуждается в вас». И Линтотту показалось, что снова обращаются к нему. Как там спрашивал мексиканец?..

Разумное и доброе пришлось отложить. Линтотт записывается добровольцем в армию в самом начале военных действий. В графе «род деятельности» — пишет «школьный учитель» (хотя вся страна знала его как профессионального футболиста) и отправляется на курсы подготовки к смерти. Довольно быстро становится сержантом (грамотность помогла), а в декабре первым из профессиональных футболистов получает офицерское звание лейтенанта.