Сергей Сурин – Английский футбол. Вся история в одной книге. Люди. Факты. Легенды (страница 20)

И вздохнул наконец-то с облегчением отец…

А вот Вивиану расслабляться было как раз некогда — он весь день работает архитектором, по вечерам блестяще выступает за крикетный клуб «Спенсер и Лоун Теннис», а в выходные подтверждает статус лучшего теннисиста Англии. И при всем при этом… его приглашают в набирающую обороты футбольную команду «Тоттенхэм».

Лондон это все-таки не скромный прибрежный курорт. И если у «Клактона» были энтузиазм и чистосердечные намерения, помноженные на свежий морской воздух, то у «Тоттенхэма» был и построенный в 1899 году самым модным и авторитетным архитектором того времени — Арчибальдом Литчем — 36-тысячный стадион, легко заполнявшийся столичной публикой, и завоеванный через пару лет Кубок Англии (именно на тот кубковый финал — первый из двух — впервые в истории пришло более 110 тысяч зрителей). Неплохой набор, согласитесь. Но покорили Вудворда все-таки не амбиции молодой команды и не изыски лондонской архитектуры, а условия контракта, которые аналогов во Вселенной не имели. Клуб гарантировал своему дебютанту, что он может играть тогда, когда ему будет удобно. Переводя с юридического на человеческий, это выглядело так:

«…а будете идти с работы на тренировку по крикету мимо нашего стадиона, загляните, пожалуйста, — вдруг там парни в этот момент мяч гоняют. Не откажите уж тогда в любезности, займите свое место на поле — 30 тысяч зрителей (и среди них уже несколько лордов) придут на игру исключительно ради Вас…»

Вивиан Вудворд сразу стал лучшим в команде — что немудрено. Его берегли и лелеяли: «Тоттенхэм» понимал, что стал владельцем уникального алмаза. У Вудворда вообще все везде получалось, — все, к чему бы он ни прикасался. Если архитектура — это застывшая музыка, то в основном времени Вивиана Вудворда явно застыл Вольфганг Амадей Моцарт. Легкий и гениальный. У австрийца была волшебная флейта, у англичанина — магические бутсы и волшебное прикосновение: когда Вивиан выходил на поле, грязная силовая игра рабочего класса преображалась в тонкое удивительное искусство.

Достаточно высокий — 189 см — и худощавый, Вудворд отлично играл головой, выигрывая борьбу на втором этаже у более высоких и крепких защитников. Он никогда не лез напролом, а старался преодолеть оборону за счет технических изысков и неожиданных финтов, врываясь в штрафную площадь на широком шаге и искусно пряча при этом мяч от удивленных соперников — ну чистое барокко, если вдуматься. Для английского футбола это было уникальным явлением, тем более что высоким игрокам такая техника владения мячом и телом вообще несвойственна.

Вудворд дебютирует в сборной Англии и забивает три гола в первых четырех матчах. «У нас появился человек с магией в бутсах!» — рапортуют журналисты. И Вудворд действительно проводит сеансы футбольной магии: в 1908 году он устанавливает сумасшедший рекорд — 21 гол в 13 матчах за обе — национальную и любительскую — сборные Англии в течение одного календарного года. В том же году побеждает с капитанской повязкой на лондонских Олимпийских играх, став лучшим футболистом Игр (футбол впервые был допущен на Олимпиаду). Ну и на десерт — выигрывает титул чемпиона британских островов.

Год Вивиану удался.

Но в следующем — Вудворд легко и непринужденно бьет свой же рекорд, забивая в 10 матчах сборных 25 голов. А в 1912 году становится самым возрастным футболистом, выигравшим стокгольмские олимпийские золотые медали, и опять — в ранге капитана и лучшего игрока Олимпиады. Алмаз сверкал своими гранями. Основное время Вудворда завершалось блестящей футбольной серенадой (а учитывая то, что первый чемпионат мира по футболу пройдет еще только через 18 лет, — победителей довоенных Олимпийских футбольных турниров можно смело считать чемпионами мира, стало быть, Вудворд — двукратный чемпиона мира).

В 14 матчах, когда капитаном был Вивиан Вудворд, сборная Англии одержала 12 побед — и это также уникальный случай в футбольной истории.

Всего же за 8 лет выступлений за национальную сборную Результативный Наконечник Атак, как его романтично назвали журналисты, забил 29 голов в 23 матчах, что позволяет Вудворду и сегодня — по прошествии ста с лишним лет — занимать место в десятке лучших бомбардиров сборной Англии. По количеству голов Атакующая Английская Борзая делит 9–10 места с Фрэнком Лэмпардом, но по средней результативности за матч (1,26) Вудворд — первый. С ним не сравнится ни Боби Чарльтон (0,46), ни Гари Линекер (0,6).

В любительской сборной, игравшей с командами, составленными как из любителей, так и профессионалов, его результат еще более фантастический: 44 гола в 30 играх, средняя результативность — 1,47. И такого показателя нет уже ни у кого. Ни у Герда Мюллера — 1,1, ни у Ференца Пушкаша — 0,94, ни у Пеле — 0,84.

Тягаться в результативности с Вудвордом может разве что Моцарт: 4,7 крупных (оперы, симфонии) и 2,2 мелких (пьесы, сонаты) произведения за календарный год жизни, включая грудной период, при условии высочайшего качества создаваемого.

Но как только на Олимпийских играх потребовалось уступить место Наконечника Атак другому, капитан команды Вудворд тут же отошел назад и стал работать на поле плеймейкером, архитектором комбинаций. В конце концов, красивый, гармоничный футбол — та же архитектура. И пламенеющую готику можно создавать не только в камне, но и на футбольной арене.

Как такого не любить? Вудворд был любимчиком публики!

Не любили его только английские защитники — мощные и совсем не деликатные парни, пришедшие из регби, которые все время пытались ликвидировать угрозу в его лице на физическом уровне, — с 1906 года Вивиана стали преследовать травмы.

За пять лет до войны Вудворд решает на некоторое время оставить активные выступления в футболе, уйдя из «Тоттенхэма», и сосредоточиться на карьере архитектора. А затем неожиданно для многих присоединяется к совсем еще молодому тогда лондонскому клубу под названием «Челси». Свой выбор Вивиан объяснил тем, что… поле «Стэмфорд Бридж» было ближе всего к его работе и дому.

По большому счету Вудворду было все равно за кого играть.

Оставаясь любителем, он не был привязан и к деньгам — хотя с точки зрения современных футболистов то, что в конце недели получали парни, катавшие мяч столетие назад, деньгами назвать нельзя. Вивиан происходил из состоятельной семьи и сам неплохо зарабатывал на архитектурном поприще. Более того, он отказывался даже от компенсации транспортных расходов — как в клубах, так и в сборных. Английская Футбольная Ассоциация пыталась заставить Вудворда получить причитающиеся ему деньги за триумфальное турне со сборной Англии по Европе, но тщетно — не взял.

Можно сказать, что Вудворд был независимым и свободным человеком.

Его нельзя было подкупить, переманить и заставить делать то, что шло вразрез с его принципами. В наше время мы часто видим, как игрок, забивший гол, подбегает к фанатской трибуне и демонстративно целует эмблему клуба на своей футболке. Ну или просто показывает на нее, если футболка к тому моменту запачкалась. Это означает, что он любит клуб до глубины души, предан ему до гроба и так далее. Болельщикам это, конечно же, нравится. Правда, через несколько месяцев этот самый игрок может вполне себе спокойно перейти в другую команду вследствие более выгодного контракта.

Вивиан Вудворд любил футбол и был патриотом не того или иного клуба, а красивой игры. Своего рода странствующим футбольным рыцарем, выступавшим в рыцарских турнирах. Он играл за себя, за свое понимание игры в мяч ногами.

Это было ново для того времени — также, как странно для нынешнего (при этом не будем забывать, что Вивиан провел 132 матча за «Тоттенхэм» и 106 за «Челси»).

Итак, — вначале был футбол, и был он грязным, грубым и ни разу не элегантным.

Но как-то раз на стадион пришел наследный принц — и следом за ним на трибунах стали появляться лорды, а на поле — настоящие джентльмены, и прежде всего — Эвелин Линтотт и Вивиан Вудворд. Джентльмены принесли с собой честность, порядочность и благородство.

Футбол как в баню сходил, став чище и прозрачнее.

Вудворд демонстрировал такое благородное поведение на поле, что игроки часто обращались к нему «сэр». Однажды он сильно и точно ударил по воротам — рефери показал на центр. Однако вместо того, чтобы бежать к трибунам за овациями, сэр Вивиан направился к арбитру сообщать, что мяч все-таки не пересек линию ворот и гол надобно отменить. В другой раз судья назначил пенальти за игру рукой в штрафной соперника. Любой другой скорее бы поставил мяч на точку, но любого другого сэром не назовут. Вивиан идет к судье доказывать, что… игры рукой у соперника не было.

Он был серьезно болен справедливостью.

Судья не соглашается и упрямо ставит мяч на точку: пробивайте одиннадцатиметровый, сэр Вудворд, и не выносите мне мозг! Тогда Вудворд подходит к мячу для исполнения приговора и… вместо сильного и точного удара — демонстративно отбрасывает мяч в руки голкиперу, да будет все по-честному!.. И это был не единственный случай восстановления справедливости при неправильно назначенном пенальти.

Вудворд не стеснялся быть джентльменом среди тех, кто джентльменом не был. Он оставался собой в любой толпе: «Be yourself, no matter what they say…»