тут же спешит захиреть,
там, где от жизни нет прока,
где злой петух влез на жердь, —
вмиг готов выклевать око,
если кто сунется в клеть, —
там, где и в счастье — морока,
где ни к чему и умнеть,
там, где душе одиноко,
вышел мне срок умереть.
«Да не знать вам жизни без водки! Кара сия злая…»
Да не знать вам жизни без водки! Кара сия злая…
Взамен ничего не достанется, кроме клетки и попугая.
Он будет кряхтеть о чем-то, трезвому — не расслышать.
Ша! — вскрикнете вы; и взмокнете, словно заныла грыжа.
Рыжая осень грязью измазана, будто бухая
бэ на вокзальной площади — не старая, но и не молодая…
К таким — поиметь на шару! — лезут бомжи и стражи порядка,
но огребают по роже, — значит, накладка.
Кладезь жизни — не водка, хотя водичка — живая:
стоит свинтить пробку, и взвинтится мостовая.
И ключ реминисценций вдруг хлынет из ниоткуда:
даже чекушки хватит гальванизировать чудо.
Чудится и попугаю, что отворили дверь клетки:
можно лететь на волю, не доедать объедки,
не биться о прутья мыслей, неисполнимых желаний,
не призывать к милосердию, не протягивать дланей.
Едок туман иллюзий; крик застревает в глотке,
иссохшей, как старое русло, — по слову, а не по водке.
Наткнулся на рейтинг поэтов. Боже, рейнского гению! —
дружно стоят в затылок. Лицом к забвению.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
