Сергей Стариди – Вклад до востребования (страница 5)

Продавщица фыркнула.

Девчонка попыталась переложить арбуз удобнее, но тот предательски выскользнул из-под локтя. Миша шагнул вперёд раньше, чем успел решить, что вмешивается. Арбуз покатился к нему по пыльному асфальту, медленно, тяжело, как маленькая зелёная планета.

Миша остановил его ногой.

Не подошвой сверху — так можно было треснуть. Осторожно, боком кроссовка.

Девчонка посмотрела на него. Не благодарно. Сначала оценивающе.

— Нормальная реакция, — сказала она. — Для приезжего.

— Для кого?

— Для приезжего. Вы все немного с тормозами. Ты же не местный?

Миша хотел ответить что-нибудь колкое, но почему-то не сразу нашёлся.

Девчонка улыбнулась так, будто это уже было её маленькой победой.

— С тормозами? — переспросил Миша.

— Ну да, — сказала девчонка и наконец переложила арбуз так, чтобы не потерять ни его, ни деньги. — Вы сначала думаете, потом делаете. А за это время всё нормальное уже происходит без вас.

— А вы, значит, сначала делаете?

— Конечно.

— А думаете когда?

— Потом. Если понадобится.

Она протянула продавщице деньги. Та пересчитала их медленно, с таким видом, будто каждая купюра могла оказаться фальшивой из вредности.

— Сдачу не забудьте, — сказала девчонка.

— Я ещё не забыла, — отозвалась продавщица.

— Вы заранее начинаете.

Миша невольно усмехнулся. Девчонка заметила это сразу.

— Что?

— Ничего.

— Если ничего, зачем смеёшься?

— Не смеюсь.

— А что делаешь?

— Сдерживаюсь.

Она посмотрела на него внимательнее. Глаза у неё были светлые, то ли серые, то ли зелёные — из-за солнца не разобрать. Волосы у висков прилипли к коже, на колене была свежая царапина, уже подсохшая, но ещё яркая. На ногах — сандалии, в которых нормальные люди ходили медленно. Она, судя по всему, в них бегала.

— Ты из Москвы? — спросила она.

— А если да?

— Тогда понятно.

— Что понятно?

— Почему ты говоришь так, будто сейчас будешь сдавать экзамен.

— Я просто говорю.

— Вот именно.

Продавщица наконец сунула ей сдачу и пакетик с чем-то мелким — орехами или семечками. Девчонка зажала пакет зубами, двумя руками подхватила арбуз и тут же едва не выронила его снова.

— Может, помочь? — спросил Миша.

Сказал и сам удивился. Не потому что помощь была трудной. Просто он не собирался предлагать. Слова сами вышли, как недавно отреагировала нога, чтобы остановить мяч, хотя лучше было не высовываться.

Девчонка прищурилась.

— А донесёшь?

— Арбуз? Думаю, да.

— Вы все так думаете.

— Кто — вы?

— Приезжие.

— У тебя какая-то травма, связанная с приезжими?

— У меня наблюдения.

Она всё-таки отдала ему арбуз. Не полностью — сначала будто проверила, не уронит ли, потом убрала руки. Арбуз оказался тяжелее, чем выглядел. Тёплая корка скользила в ладонях, пахла пылью, солнцем и чем-то зелёным.

— Куда нести? — спросил Миша.

— Туда.

Она кивнула в сторону узкой улицы, уходившей от киосков вдоль старых домов.

— Очень точное направление.

— Для местных точное.

— А для приезжих?

— Для приезжих есть я.

И она пошла первой. Быстро. Даже слишком. Не побежала, но двинулась так, будто улица принадлежала ей и должна была сама подстраиваться под её шаг. Миша пошёл следом, стараясь не отставать и одновременно не выглядеть так, будто старается.

— Ты всегда так командуешь? — спросил он.

— Нет.

— А когда?

— Когда человек держит мой арбуз.

— Логично.

— А ты всегда так отвечаешь?

— Как?

— Будто тебе семьдесят.

Миша чуть не споткнулся, но удержал арбуз.

— Мне шестнадцать.