Сергей Смоленюк – Время Удачных 20.14 (страница 10)

Все рассмеялись, уяснив главное: Ну и дисциплина!

Он продолжал: – Ты просто не понял?! Подводная лодка начинается здесь, на учебе – на берегу. В этих учебных классах, – Михаил Иванович показал на соседние здания в окне. – И в этой казарме, – показав на стены.

– Дисциплина и точное выполнение обязанностей, – залог выживания в аварийной ситуации. Вы – будущие подводники и без подлодки никто. Так что, привыкайте и вырастайте: полгода продлится учеба. Всегда равняйтесь на командира субмарины и на меня. В его отсутствие – я ваш командир. Переодевайтесь!

Осмотрев нас по-быстрому, а затем, довольно долго комнату, взводный вышел. “Десятка” стала рассматривать связки с одеждой: форма оказалась подписана пофамильно. Мелом вывели и инициалы. Странно, но всем все подошло, за исключением брюк. Они держались, только еле – еле. Да и форма, если сказать честно: понемногу болталась.

– На половину б размера, – жаловался Валерка, размышляя как можно уменьшить форму.

Однако к нашему счастью, и ремни были. Причем настоящие, кожаные с широкой пряжкой.

Вот так, переодевшись, вчерашние призывники стали походить друг на друга: как десять капель дождя. Вот что военная форма делает. Даже лица показались родственными, когда сверху пилотки надели. Снова занырнул взводный. Усмехнулся на вопрос большого размера брюк и формы в поясе.

– Скоро поправитесь, обрастете горой мышц. Ведь все это учтено опытом. А вот если в размер выдать, тогда точно мала станет.

Сбегав по очереди в уборную, разделись, легли спать. Я только подумал: Надо к Юре и Валерке присмотреться. Веселые и по ходу порядочные. Уважаю таких – без лишнего шума.

Так может, это судьбой данные друзья?! – подсказал внутренний голос. – Юрка, тоже один. Как и ты, почти никого не знает. А Валерка, может и в огонь и в воду, и даже на медные трубы. Настоящий российский якут.

– Отбой. Если кому что понадобится?! В коридоре дежурный… Спросите, – и повернув выключатель, взводный увел свет.

Словно чья-то невидимая – а может и волшебная рука, нажимала и на мне кнопку. Повинуясь, уподобившись монитору – простому черному ящику, я вырубался. Ну просто он точно также – красочно и интересно показывает, пока включен. Но не в спящем режиме… Эх, кабы знать: где моя кнопка? Так бы сберег, что никто не найдет. Но, как говориться: это пока еще не в нашей компетенции. Вот и Ваш покорный слуга в свою первую ночь в Учебном центре проваливался в пустоту…

7

Темнее черного, будто посыпали сажу. Однако затем, и это вполне естественно – глаза привыкали; пока сам в нерешительности топтался на месте. Так вот, хорошенько всмотревшись, замечаю пятно света впереди себя.

– Ну, хоть что-то, – параллельно пытаюсь принюхиваться. В общем, на ориентир и пошел, пробуя отбросить налетевшие предрассудки: типа расставленных в темноте капканов или даже приоткрытого люка колодца. И теперь, с неспешным моим шагом, это пятно раздваивалось: на круглый – размером с копейку луч и горизонтальную полоску света, что самостоятельно опускалась под ноги.

Я предположил: Неужели, под закрытой дверью?! Просто круглый луч – может быть замочной скважиной!? Без ключа?? Вот тут – почти что одновременно, ощупывая неизвестность вперед выставленной рукой, уткнулся во что-то твердое. Вертикаль. Точно, понимаю – и железная ручка здесь: это дверь – я неспешно вошел. А посветлев от победившего прежнее окружение – света, разглядел: что в этой – знакомой еще с детства большой комнате, за столом восседают двое: Пал Василич Усик и мой отец. Точно так, как было раньше, когда собираясь на выходных в городском клубе “Романтик”, мужчины рубились в шахматы.

По той же привычке – разместившись рядом, вошедший затаил дыхание.

– Это немыслимо! – снова твержу, осматривая и себя: – Рука… Я стал маленьким?! Опять десять!? И нахожусь в своем Удачном, в дворовом клубе?! Неужели, такое возможно?!

Но дальше слов заморачиваться не стал. А может, от того что были они? В общем, стал наблюдать за игрой; попутно прислушиваясь и запоминая: Как один из них что-то говорил, а второй, логично дополняет. Затем наоборот, мужчины дружно меняются.

– Слушай внимательно, запоминай: Представляй, что на фронте – в контрразведке служишь. Поэтому пробуй догадаться, кто предатель? – Сделав очередной ход наставлял Пал Василич, привычно сравнивая все с Великой войной.

Только я смеюсь, по-детски: – Хи-хи.

Но точно помню(!), что про себя возразил: – Какой фронт? Да и предателей давно нет в России.

А он опять – переставив фигуру: – Это просто так, для твоего опыта. Тренируйся, анализируй, учись!

– Будто есть они, представляй, размышляй много и в разных вариантах, – его поддержал отец. Хотя сам также мимо смотрит, словно нету меня…

– Наблюдай, будь начеку. Готовься к самому невозможному. Еще лучше, заруби на носу: жизнь она разная… все бывает, – продолжал Пал Василич.

Вдруг, отец объявил: – Ну, Василич, не ожидал от Вас. Да… Пат – ничья.

И я не сдержался – присвистнул от неожиданности. Только не как всегда: спокойно – иронично и не принужденно, а почему-то громко. Громче и резче, чем обычно. От удовольствия наверное…. Что никто из этих милых людей не проиграл, у них ничья. То есть: Дружба навсегда. Как же это здорово!

Однако(!) после, зачем-то свистнул еще. И еще раз, и снова и снова…

– Что-то не то, – понимаю.

– Но что именно? Пока не знаю. Просто: и дискомфорт полнейший.

В растерянности, стал крутить головой: – Что за дела?! Вроде как свист даже, теперь чужой?!

– Верно, – принимаю: идет от ушей. То есть я слышу свист; но не тем которым свистел, а почему то другой. Просто делал это однообразно. А слышится ритмический свист. Даже, сказал бы: с каким-то, хоть и простейшим, но все же музыкальным рисунком. Так и дошло – докатило: получается, что действительно, просвистел не я!

Мотаю еще головой – опять непонятно. Обычно то, в клубе многолюдно было. А сейчас, смотрю: никого. Только мы втроем, и пустые лавки – стулья, столы…

Поднимаю глаза вверх. Или показалось: что свистеть могут оттуда? ( Тут новый свист) В ответ: Теперь уверен, там соловей! Смотрю: Светло – синий потолок, лампа дневного света и …

Разом сверкнуло. Как молния… Глаза закрыл. А когда открыл и проморгал; все оставалось по-прежнему: молочно-белым. Однако к свисту приклеился шум с… возней.

Так – соображаю, – все же кто-то есть в клубе. Хотя, по-прежнему, никого не видно: в моем окружении зима. Интуитивно я повернулся, и…. оказалось: Что лежу на боку, на кровати, уставившись в белую стенку. Уже было включено освещение, и все ребята – из “десятки” призывников: кто одевается, а кто-то только-только встает. Ну а услышанный свист – это команда: подходя к спящим, в свисток надрывается парень в матросском одеянии, c красной повязкой на рукаве.

– Так значит, это был сон?! Я спал?! – понимая происходящее, кричу в себе на себя. Мгновенно, сознание подключилось: – Мать честная, я ж в армии; на Флоте.

Даже вспотел, от этой новой и неожиданной для прошлой жизни реальности.

– Парни оделись, а ты что? – спрашиваю себя.

– Подъем, – голосом говорит и опять свистит в свисток дежурный, матрос по казарме.

– Подъем, – он разбудил нашу комнату, и пошел дальше.

Подрываюсь как ошпаренный. Смотрю, Валерка также вскочил. Одновременно, – думаю, – проснулись?

– Серега, да я только к утру заснул; вот и проспал, – оправдывается сосед.

Уже надевая брюки, отвечаю: – А что не спалось, землячок?

– Все думал, – ища у своих перед, признался он.

– Что тут думать? – отвечаю по-деловому. – Действовать надо!

И хотя сам также не выспался, делаю вид, что нормально и держусь бодрячком.

– Ну конечно, думать тоже надо; только главное: Не проспать! А то еще в наказание отправят снег чистить. В Сибирь. Хотя, мы – то его с тобой уже столько перечистили, что нам почти в радость, – продолжаю мысль.

Валерка тоже окончательно проснулся, протараторил: – В Якутии его столько, что всем хватит. Тем более, там дом. И еще: Ведь все равно убираем? У гаража – например, а кто в своем доме живет – во дворе. Так что, пускай заставляют. Хотя-бы чистить будем не просто так – как обычно, а по поводу, – также улыбаясь, придумывал якутский юморист.

И Юра, аналогично одеваясь – высказался на свой манер: – Да, повезло Вам короче. Хотя у того, у кого из Вас короче…

Мы рассмеялись и одетые побежали наперегонки в уборную. По пути, видели парней важных – всех разных. Были молодые – как мы; а были наверное и тридцатилетние. В общем, все двигались в одно место. Где наш утренний моцион завершился внезапно: заглянул другой, такой же красно-повязочный – предупредил:

– Кто из вчерашнего пополнения, срочно строиться возле комнаты. Иначе…

Я побежал за Валерой, смотрю, а все наши в строю. Когда Юрок успел? – удивляюсь. Плюс он, видя что опаздываем когда восьмерка на месте; подмигивает:

– Мол, быстрее надо, а то потонем еще. Эх, гражданские неумехи…

– Ну, блин? – думаю, дружище!

А сам понимаю: – Ну, наконец – то, кто-то из старших появился. И сразу введет в курс. Просто рядом с шеренгой стоял другой широкоплечий: с мужественным лицом и приличного размера ладонями. – Контраст с нашими полудетскими оконечностями. Также офицерская форма, выделялась из матросских одеяний.

– Встаньте в строй, товарищи курсанты, – говорит он.