Сергей Шилов – Кровавый гейминг (страница 12)

— Мир будет счастливым, потому что счастье или несчастье просто продукт нашего выбора. Как я решу его воспринимать, таким мир и будет. Для меня уж точно. А считать мир несчастливым или несправедливым, значит искусственно повышать трудность его прохождения. А нам это надо? Мне уж точно нет. И так на высшей сложности прохожу.

У нас сейчас другая проблема. Тут мне сообщили сверху, — я поднял палец ещё выше, — что ты стал первым обращённым в упыря гномом. И мне нужно выбрать название для твоей новой расы. У тебя будут предложения?

— Я что стал упырём? — гном схватился за бороду, и только убедившись что она не отваливается, обрёл способность воспринимать дальнейшую информацию.

— Нет, конечно! Я же сказал, как назовём, тем и будешь! Стоп. А почему я, эльф стал упырём, а гном им стать не может?

Следующее сообщение было не обычного, для всех системных сообщений, белого цвета. Оно переливалось всем спектром от зелёного в начале до красного в конце. Зелёный говорил об административном статусе писавшего, а красный намекал на мою расу.

На Высшем совете вампиров ещё при введении вампирской расы было принято правило, что гномы не могут стать вампирами. Однако насчёт обращения от низших вампирских рас это решение не было продублировано.

Патриархи упырей, вурдалаков и гулей сами не стали бы нарушать табу высшей расы. А у новообращённых просто не хватило бы очков крови, чтобы оплатить штраф за обращение представителя не родственной им расы.

Однако становление произошло. И в связи с принятым правилом, обращённый в упыря гном не может называться вампиром, пусть даже и низшим. Поэтому слово «упырь» для него не подходит.

Единственный способ обойти это противоречие — дать название новой расе гномов-нежити.

Ясно. Юридические заморочки. Жалко, что мне не дадут плюшек за новую расу, но зато повеселимся.

Обязательно.

— Игорь, — переключился я на своего нового миньона, — хочешь, станешь кровавым демократизатором? А… нет, тут мне пишут, что имя расы должно соответствовать лору и прочему историческому моменту. А если назвать вас гремлинами?

Название расы принято.

— Чего, — вылупился гном, но было поздно. Над головой у него появилась зелёная надпись: «Гремлин Игорь».

Хотите запечатлеть своё имя как создателя новой расы?

С одной стороны, это лишние проблемы, с другой, я же не китаец, чтобы скрывать от всех свои достижения… а если компромисс?

— Локи сделай видимую часть моего ника — Мерфи.

— Готово.

Ок. Теперь согласен.

— Как думаешь, если обратить гнома кровью вурдалака или гуля, то они будут уже другой расы и мне придётся придумывать другое название?

— Скорее они будут представителями одной расы, но разных каст.

— Да, это хорошая идея.

— Зачем тебе это?

— Ещё не знаю, но согласно древнему кинематографу, иметь армию мелких миньонов, это первый шаг к мировому господству. Ты же не будешь отрицать, что большинство идей, положенных в основу Квантового мира взяты квантами как раз оттуда?

— Это спорный вопрос. Скорее из мифов, используемых самим кинематографом. И зачем тебе мировое господство?

— Из-за Зелёного Шершня. Вернее, из-за его идеи, как творить добро и справедливость не боясь, что тёмные силы попытаются тебе достать с помощью заложников или какой другой пакости. Пока все уверены, что ты суперзлодей, ты можешь сколько угодно спасать мир, и ни одна собака тебе не возразит.

— А, так мы готовимся спасти мир?

— Естественно! Ангелы уже пытались его уничтожить. Пусть даже из-за своей некомпетентности. Но я очень сильно сомневаюсь, что в новом мире они резко поумнеют.

Ладно, надо сосредоточиться на настоящем. Ты посмотрел параметры Игоря?

— Да. Он бот первого уровня… был. Только что его повысили до первого представителя расы. В связи с чем, ему выделили мощности второго уровня.

— Игорь, — обратился я к нему, — поздравляю с повышением в квантовой иерархии! Пойдёшь со мной, точно до кванта доберёшься! А теперь слушай команду — найди нам способ спуститься на пол. И тебе и мне нужна кровь, а внизу её много!

Галактическое объявление:

Поздравляем Мерфи с созданием новой расы нежити — гремлинов.

Вот теперь точно, повеселимся.

Глава 7. Рекламная интеграция вампиризма

— Здравствуйте все, кто смотрит нас в прямом эфире, — по-эльфийски обаятельно улыбнулась ведущая аналитической передачи «Кошмары Дарвина».

— И тем, кто нашёл время посмотреть нас в записи, — поддержал партнёршу Зубной Фей, — тоже не хворать. Сегодня главный модник квантового Интернета был босиком, в леопардовых шортах до колен и шейном платке ярко зелёного цвета.

— Что-то подсказывает мне, что последних будет больше обычного. — Эльфийка, стоящая за плавающим в воздухе, не скрывающим её длинное платье цвета морской волны, столиком, постучала пальцем по его экранной поверхности. Изображение логотипа очередного спонсора за ней исчезло, а его место заняло объёмное изображение пустыни с чёрным прямоугольником, вокруг которого прыгала стая диких обезьян.

— Да, — важно покивал головой Фей, — мудрость древних гласит, что любая передача, которую ведут топлес, всегда будет популярна!

— Поэтому ты одел один платок?

— Правильно говорить надел! Пару веков назад за тобой уже выехали бы грамарнаци!

— Граматические нацисты?

— Именно! Их идеология заключалась в защите правил родного языка путём унижения всех нарушителей его грамматических законов.

— Ну, к счастью, мы живём в свободном мире, — улыбнулась эльфийка.

— Ты ошибаешься. Эти нацисты жили как раз при демократии. А, если ты помнишь школьный курс альтернативной истории, то в те времена считалась, что только демократия может обеспечить соблюдение всех свобод и прав человека. Мы же живём в настоящей Империи, все граждане которой защищены и от демократии и от нацизма.

— Мне кажется, ты преувеличиваешь связь нацизма и демократии.

— Как так, — Фей возмущённо взмахнул руками, — разве нацисты не приходят к власти демократическим путём? А потом отказываются от демократии, потому что при ней к власти могут прийти те, кто могут использовать её не для всеобщего блага? Или другой случай, когда нацистский переворот происходил под демократическими лозунгами, а потом раз, и коммуналка дорожает в десять раз. И все кто против, сразу записываются во враги демократии.

— Что такое коммуналка?

— Точно сейчас никто не знает, — пожал плечами Фей, — но по историческим записям ясно, что коммуналкой во времена Воланда называли многокомнатную квартиру, в которой проживало несколько семей. И это как-то связано с квартирным вопросом, который испортил наших предков.

— Ох, ну это когда было то. И причём тут национал-демократия?

— А на это я могу тебе ответить старинной притчей! — Фей принял глубокомысленную позу (своего стола у него не было, зато он левитировал на стуле, без спинки и ножек, прямо по центру студии). — Один постоялец дома альтернативно мыслящих индивидуумов спрашивает другого:

— Зачем ты постоянно хлопаешь в ладоши?

— Крокодилов разгоняю, — отвечает тот.

— Так тут же нет крокодилов!

— Вот, — Фей поднимает кверху палец, — потому то и нет!

— Ты хочешь сказать, — вмешивается в этот поток сознания эльфийка, — что чтобы в демократии власть не захватили нацисты, их кто-то должен разгонять, хлопая в ладоши?

— Именно! И пока он в них хлопает, нацизм нам не грозит.

— Но у нас нет демократии? Или есть?

— У нас Империя! Конституционная. Плюс Сенат, куда избираются сенаторы вполне себе демократическим путём. Раньше такая форма правления называлась Суверенной демократией.

— Так у нас суверенная демократия?

— Ты вообще понимаешь, что это такое?

— Не очень.

— Суверенная демократия это демократия плюс тот, кто хлопает в ладоши, разгоняя нацистов.

— Это же император?

— Конечно, кто же ещё.