Сергей Шилов – Кровавый гейминг (страница 11)
Наступило шаткое равновесие. Мыши не могли прицельно выпускать молнии на большой скорости, а стоило им замедлиться, как штурмовики начинали по ним попадать. Причём по крупным упырям попадали гораздо чаще, что полностью нивелировало их защиту.
Но у паладинов, кроме утраченных жреческих щитов была броня. Которая, насколько я знаю, должна постепенно разрушаться, но несколько попаданий, могла выдержать.
Подсчитав, что размен XP не в их пользу, крылатые боты сменили тактику. Крупные мыши, как я понимаю, это были упыри третьего уровня эволюции, все резко бросились на землю и обернулись в свою гуманоидную боевую форму. А мелкие, второго уровня, отлетели под потолок и продолжили каменную бомбардировку паладинов. Тем более, что тем пришлось замедлиться и вступить в рукопашную.
Старшие упыри довольно быстро подобрались на дистанцию удара когтями. Выстроить стену щитов и копий малые, человек по пятнадцать, отряды не могли.
И вроде всё хорошо, для меня хорошо, но жрецы доказали, что восьмидесяти процентная победа это не хухры-мухры. Они просто начали лечить своих бойцов. Пять занявших круговую оборону отрядов со жрецами в центре, просто перемалывали набегающих на них упырей.
— Локи, по твоему, сколько у нас времени?
— Если никто ничего нового не придумает, минут через двенадцать крупных упырей вынесут. А сколько понадобится времени, чтобы перебить всю летающую мелочь, мне трудно подсчитать.
— Ну, пусть будет в два раза больше. Тогда, минут через тридцать — сорок, они начнут зачистку пещеры. Снимут свои барьеры… а могут и не снимать, наверняка они способны ходить через них. Короче, нас найдут.
— Уверен, ты что-нибудь придумаешь.
— Уже придумал. Только не знаю, как спуститься вниз.
Хм, воспользуемся древней человеческой мудростью — не знаешь сам, спроси у того, кто знает. Возвращаюсь к своему черепу. Точнее не к своему… не важно. Другого имущества, кроме штанов у меня нет.
Накапало в него прилично. На несколько глотков хватит. Упырь на потолке прекратил кровоточить и как-то ужался. Похоже, мумифицировался. Читал на форуме, что если выпустить из вампира всю кровь, то он впадает в состояние мнимой смерти. Или вампирской комы. Может иссохнуть до одних костей. Но если на него пролить свежей крови, то сразу оживёт и будет как огурчик.
Но этот вряд ли дождётся. И место неудачное, да и не нужен он никому.
Что-то в последней мысли меня напрягло. Представил себя в будущем, достигшим высших уровней в Пранапанке, а потом раз, и кто-то оживляет давшего мне становление упыря.
Упыри, конечно, отличаются от вампиров с их повёрнутостью на служении своему сиру, но что для меня будет значить этот упырь, если я стану, скажем, вампирским патриархом?
Не, не гоже оставлять такую возможность будущим врагам. А то, что они у меня будут, я не сомневаюсь.
Поставил череп в сторонку, поднял ближайшую берцовую кость и со всей дури швырнул в своего невольного создателя.
Попал.
Вампирский коматозник развалился на две половинки, с одним крылом каждая, на коих они и спланировали на место перерождения моего персонажа. Мягкой посадки не получилось, и обе рассыпались облачком праха.
Прах к праху.
Упс. Впрочем, ладно. Подбираю череп и иду по балкону, внимательно разглядывая тела. Довольно скоро мне повезло. Вполне сохранившийся труп гнома. В отличии от меня на нём не только штаны, а ещё и куртка с ботинками. Ну, естественно, на своём теле я видел следы десятка укусов, а у этого коротышки только один — на шее.
То ли гномы настолько маленькие, что их выдают одну штуку в одни руки, то ли потому что их тут, под землёй много и на всех хватает. А может, мы, эльфы настолько вкусны, питательны и редки, что… меня чуть было не посетил вьетнамский флешбек о прошлом моего персонажа. Что-то мне вампиры стали меньше нравится.
Не. Надо отвлечься.
Активирую дополнительные опции интерфейса. Обычно они отключены, чтобы не мешать полному погружению в симуляцию, но у меня она сразу достигает максимальной величины, так что, мне не помешает.
Над мумией гнома высвечивается серый ник. Судя по нему, передо мной бот. И мёртв он меньше суток. Вон, его более трухлявые соседи лежат вообще без ников. Кстати, бросаю взгляд вниз. Ники сражающихся паладинов явно показывают, что все они люди.
С ботом должно быть проще. Было бы ещё проще, если бы я мог добавить свою кровь к крови упыря, но тело на моём нулевом уровне, напоминает мумию после одного посещения косметического салона по скидке. И вместо крови из меня скорее песок посыплется.
Придётся обходиться тем, что есть. Надеюсь, моих способностей хватит, чтобы убедить хотя бы одного бота, без привязки собственной кровью.
Капаю несколько капель чёрной жидкости из черепа в рот мёртвого гнома.
Почти минуту ничего не происходит.
Но вот сморщенная кожа начинает разглаживаться и бледнеть, насколько это можно видеть в темноте.
Гном и непроизносимым ником жителя кельтского технопанка открыл глаза.
— Приветствую тебя в новом счастливом мире, — говорю я, убирая череп с оставшейся кровью в инвентарь. — Я буду звать тебя, Игорь!
…
Гладиус Мортимер Амберский с открытым ником Глад испытывал раздражение третьего уровня. Если бы его спросили, почему именно третьего, он бы рассказал старинную байку с факультета Нетрадиционным Мемов гоморрского университета Альтернативной доквантовой истории. Ту, в которой одному человеку три раза звонят ночью и спрашивают некоего Алекса.
А дело было во времена, когда интеллект домашних телефонов находился на таком уровне, что они могли будить своих владельцев, не смотря на важность и главное, достоверность, ночного вызова.
И вот, с каждым звонком степень раздражения человека (не Алекса) увеличивается, соответственно на одну степень.
Хуже всего в этой аллегории для Глада было то, что он отлично знал, какая стадия следует за третьей. Бешенство. Её вызывает четвёртый звонивший, говоря: «Здравствуйте, я Алекс. Мне не звонили?»
Когда Глада в составе шестого имперского легиона отправили за зачистку недавно обнаруженного гнезда упырей в гномьих шахтах, он даже обрадовался. Новый вид монстров, введённый перед долгожданным глобальным дополнением, давал надежду на большой шанс выпадения жетонов эволюции.
Зато приказ, отданный им перед спуском в шахту о сдаче всех найденных жетонов, вызвал первую степень раздражения. И обещание компенсации в виде очков имперской фракции не делало ситуацию более приятной. Как-никак, а для рядового паладина, насколько слово «рядовой» может относиться к элите имперских легионеров, шанс получить жетон эволюции, кроме как выбить его с монстра, довольно мал.
Второй степени раздражение достигло, когда на них обрушились каменные сосульки, а их сотник, вместо того, чтобы закрепиться на единственном ставшем безопасном месте пещеры, отдал команду разделиться.
Сегодня с ними выступило пятеро жрецов, вместо необходимых десяти, так что выжившим, пришлось делиться на пять отрядов, разрушая сложившиеся десятки. Хорошо хоть жрецы не пострадали.
Ну а третьей стадии раздражения, он достиг, когда ему на плечи свалилась большая мышь с разорванным крылом. Он даже не успел выхватить меч — копьё в такой ситуации не помогло даже устоять на ногах. Упыря, прокусившего его шею, конечно, сразу прикончили соратники, но он наблюдал за этим уже из состояния призрака.
И ведь отключиться от Квантума он не мог. Жрец в любой момент мог его воскресить. Другое дело, что он не будет это делать, находясь под постоянными атаками упырей. Но то, что его воскресят после победы, Глад не сомневался. И вот тогда он может дойти до своей четвёртой стадии.
Потому что умершим в бою, конечно, полагалась компенсация, но возможности заныкать жетон у него не будет. Зато, что касается выживших, то чем меньше их останется, тем больше у каждого из них шанс получить свой пропуск к долгой и богатой жизни.
И, кстати, а хочет ли их сотник найти жетон «официально»? Так, чтобы его пришлось отдать высшему командованию, за те же балы. Которые с приближением нового Плана Квантума ценились всё меньше и меньше.
Так может его приказ о разделении не являлся такой уж глупостью? А, наоборот, стал результатом продуманной тактики на уменьшение конкуренции? Тогда становится понятным и минимально допустимое количество жрецов в рейде на пусть слабого, но ещё неизвестного противника.
И то, что он парил призраком рядом со своим телом, ситуацию не исправляло. Он, как и все остальные убитые, просто не увидит выпавшего жетона.
Решив, что должен проявить стоицизм и вместо того, чтобы терзаться непродуктивными сомнениями, лучше заняться чем-то полезным, Глад вышел в личный кабинет и включил запись передачи, которую ещё вчера хотел посмотреть.
Если его оживят после боя, то полминуты задержки роли не сыграют. А он тем временем хотя бы послушает, что говорят умные люди о возможности попасть на продвинутый уровень эволюции.
…
— Почему счастливом… и почему Игорь? — вопросил обращённый гном.
— Подожди, — я поднял указательный палец, демонстрируя оживлённому важность текущего момента. Да и на самом деле, я был занят выскочившим уведомлением.