Сергей Шаповалов – Дорогами илархов. Книга вторая. Персидский поход (страница 46)

– Дикие кони, что ли? Плохо управляются, – поделился он, дергая вожжи.

В это время мимо проходила строем такса фалангистов. Завидев Александра, таксис дал команду, и воины дружно гаркнули: «Хайре!» От их крика кони испугались и рванули, не разбирая дороги. Александр попытался сдержать, но упряжка не слушалась и неслась вперед. Колесница кренилась и подпрыгивала на кочках. Командиры бросились вслед. Одно колесо слетело. Кузов накренился. Ось чертила полосу по земле. Александр бросил вожжи и выпрыгнул из кузова. Кувыркнувшись пару раз через голову, растянулся в траве. А кони продолжали мчаться дальше.

Гегемону помогли подняться на ноги. Он похрустел шеей, морщась от боли.

– Вот и выход, – между тем, довольно произнес он. – Кони дикие. Крика боятся.

Преодолев подъем на гряду холмов, конница остановилась у края обширной долины. Вниз уходила утоптанная дорога. На желтой, опаленной солнцем земле, клочьями кустилась жесткая трава. Напротив, в двух полетах стрелы, поднимая серую пыль, строилось огромное войско. Ряды растянулись на несколько стадий.

– Надеюсь, ты не будешь атаковать сходу, – пробурчал Парменион.

– На этот раз соглашусь с тобой, – ответил Александр.

– Ого-го! – окинул взором вражеский строй Гефестион. – Откуда столько народу взялось? Такое впечатление, что все мужчины ойкумены здесь собрались.

Александр приказал построить хорошо укрепленный лагерь со рвом и земляным валом. Сам с сотней всадников направился в долину. Дерзко промчался перед вражеским строем. Смелые персидские всадники выехали к нему навстречу, но Александр уклонился от боя и вернулся в свой лагерь.

– Ты будешь говорить перед воинами? – спросил у него Кратер.

– Зачем? – пожал плечами Александр.

– Поднять боевой дух.

– У воинов пропал боевой дух?

– Конечно же – нет. Но надо их воодушевить на подвиги.

– Они давно воодушевлены собственной доблестью. Передай всем лохагам, илархам и прочим командирам, чтобы донесли до каждого воина: в этом сражении мы завоюем всю Азию. Зачем им длинные бравурные речи. Они от рождения – победители. Пусть помнят об этом. А еще объясни, что победа достигается не числом и крепостью оружия, а умением сплотиться воедино. Дисциплина и верность товарищам, с которыми стоишь плечом к плечу – вот залог победы.

Прямо на земле начертили план долины. Камни предстали в виде подразделений. Парменион, на правах старшего, разъяснял диспозицию:

– На правом фланге у Дария основной ударной силой стоит бактрийская конница, дахи и арахоты. Перед ними сотня колесниц. Рядом с бактрийцами – мидяне. Они переняли нашу тактику ведения конной атаки: всадников поддерживают легковооруженные пешие воины. За мидянами племена суси и кадуси. Они вооружены чем попало: кольями, дубинами, пращами. На самом деле создают видимость большого отряда, нежели представляют какую-то боевую силу. В центре первые ряды занимают кардаки с большими щитами и длинными копьями, отряды из Келесирии и Междуречья. За ними менее вооруженные парфяне и саки. В тылу тапуры, гирканы, и сакесины. В самом центре построения, ядро войска занимают всадники Персеполя и телохранители Дария. Там же он сам появится на колеснице. Центр усилили инды, карийцы – у тех отличное вооружение и крепкие доспехи. С ними пятнадцать боевых слонов и пятьдесят колесниц. Перед ними выдвинуты лучники-марды. В тылу у центра уксии, вавилоняне, ситаксны и отряды с побережья Красного моря – неплохая поддержка для центра. Слева на фланге: скифская конница, и еще сотня колесниц.

– Где эллинские наемники? – попросил уточнить Александр.

– Дарий их выстроил за своей колесницей.

– Что за хитрость? Зачем в тылу держать подразделение, которое способное противостоять фаланге? – удивился гегемон.

– В том-то и дело, они вступят в бой, как только наша фаланга завязнет в схватке, и начнут образовываться разрывы в рядах.

– Разумно, – кивнул гегемон.

– У персов слишком длинный фронт, – сокрушался Парменион. – Мы не в состоянии растянуться так же широко. Нас обойдут с флангов и легко сомнут.

– В таком случае, надо ударить в центр и рвать строй персов надвое, – предложил Александр.

– Идти клином, – сообразил Птолемей.

– Выстроить фалангистов не сплошной шеренгой, а квадратами, – предложил Парменион. – Шестнадцать рядов по шестнадцать человек. В случае, если персы обойдут нас и атакуют в тыл, задние ряды легко смогут развернуться.

– Еще в чем преимущество такого строя? – слушал внимательно Александр.

– Квадраты фалангистов встанут уступами, наискосок. Тогда мы растянем правый фланг персов. Сбоку фалангистов прикроют легкие гипасписты. Фиссалийская конница будет сдерживать бактрийцев, не давая прорваться в тыл.

– Фиссалийцев могут промять, – не согласился Александр. – Пусть Кратер встанет второй линией с эллинскими гоплитами и подстрахует.

– А смогут ли фалангисты прорвать центр? – усомнился Кратер. – Их встретят кардаки, за ними артамака, личные телохранители Дария, а за ними еще эллинские гоплиты. Даже если удастся каким-то чудом промять персов, в резерве у Дария достаточно сил…

– Должны промять, – твердо ответил Александр.

– Как на правом фланге ты будешь действовать? – поинтересовался Парменион у гегемона.

– Я с гетайрами попробую продавить конницу скифов и пробиться в центр. Но для полного успеха, фалангисты должны прогнуть строй персов и смешать передние ряды. Все силы Дарий сосредоточил именно в центре. Таков мой план, – неопределенно сказал Александр.

Все мрачно смотрели на камни под ногами, представляющие собой две армии. Как-то все не клеилось. Уж слишком много было камней у одной стороны.

– Вы сомневаетесь в победе? – зло спросил Александр. – Поймите, персов много, но вся их армия собрана из разных народов, что плащ, сшитый из лоскутьев. И нитки гнилые. Как могут сражаться воины в одном строю, если они даже не понимают друг друга? Еще я узнал: у Дария с конницей не все в порядке. Чтобы увеличить отряды всадников, он приказал раздать пехотинцам необъезженных скакунов из своего табуна. Поставит их на левый фланг за варварами. Ну, и что из них за воины? Они и конем управлять не смогут, не то, что сражаться верхом. А потом: у Дария много преданных сатрапов, смелых, горячих… Но есть ли среди них столько же умелых полководцев, сколько у меня?

– И все же, предлагаю атаковать персов ночью, – высказался Парменион. – Вот, смотри…

Он потянулся к камням, пытаясь что-то объяснить, но Александр прервал его:

– Я не желаю воровать победу. Ночью нападают только разбойники. Я буду биться днем, когда надо мной сияет солнце.

– Тогда давай все еще раз хорошо обдумаем, – потребовал Парменион.

– Что здесь обдумывать? Думай, не думай, как боги решат – так и сбудется. Я иду спать. Завтра у меня важный день. А вы, если хотите, – думайте.

Гегемон развернулся и решительно зашагал к шатру.

Исмен помог Александру снять плащ, зажег масляный светильник, налил в серебряный кубок разбавленного вина и протянул гегемону.

– Победителю достанется все, побежденный должен умереть, – произнес тост Александр и осушил кубок.

– Ты так быстро придумал план для сражения, – восхищался Исмен.

– У меня нет никаких планов, и никогда не было. Я ввязываюсь в схватку, а там – полагаюсь на удачу.

– Разве возможно победить таким образом?

– Сила Дария в количестве воинов, слабость его – в плане. Я знаю, как он будет действовать, но он не знает, что я предприму, потому, что я сам этого не знаю.

– А как же правила стратегии, что ты читаешь по ночам?

– Чем больше я вникаю в суть прочитанного, тем яснее осознаю: все эти правила – для тупиц. Представь: ты полководец, – горячо заговорил Александр. – Тебе противостоит опытный противник. Ты разработал план сражения, который должен привести к неминуемой победе. Ты все просчитал до мелочей: когда, какое подразделение двинется в атаку; когда вводить резервы; где осуществить главный прорыв; сколько нужно всадников на правом фланге, чтобы сдержать натиск противника… Но вдруг случается непредвиденное обстоятельство. Например, отряд вражеских лучников зашел в тыл и обстрелял обоз. На этот случай у тебя должно быть готовое решение. А потом вдруг оказывается, что у противника в засаде стоит кавалерия, которая врезается во фланг там, где ты не ждал. Но у тебя строгий план. И что? Тебе надо попросить противника приостановить сражение, собрать командиров, развернуть карты, обсудить детали нового плана, и после продолжить? Запомни, когда ведешь армию в бой, голова должна быть свободна от мыслей. Ты должен мгновенно реагировать на каждое изменение в битве. Ты должен творить…

– Выходит, у тебя не было никакой тактики при Гранике?

– Нет.

– И при Иссе?

– И там – тоже. И сейчас я хочу выспаться, – закончил Александр, укладываясь на скрипучее походное ложе. Тут же спокойный сон овладел полководцем.

Кроме дозорных отдыхала вся армия. Да еще горстка критских лучников не дремала. Смельчаки подползали к расположению персов и устраивали перестрелки. А войско Дария не смыкало глаз. Дарий боялся, что под прикрытием темноты Александр попробует атаковать, как и предлагал Парменион. Так в полной готовности его войско простояло всю ночь.

Исмен набрел на костер, вокруг которого сидели Птолемей, Кратер, Неарх, Филона и еще несколько высших командиров. У всех мрачные лица. Парменион вздыхал, подкидывая щепки в огонь.