Сергей Шаповалов – Дорогами илархов. Книга вторая. Персидский поход (страница 35)

– Украсть? – неуверенно сказал Уна, – Как это?

– Просто: посадил на коня и гони, пока силы есть.

– … А что потом? Если нас поймают, то убьют обоих.

– Выбирай: всю жизнь мучиться, или умереть в объятиях любимой, – спокойно предложила Томирис.

– Умереть, – твердо заявил Уна. – Но как ее украсть? Девушек хорошо охраняют. Ни один мужчина не смеет проникнуть к ним. Да и как я посмею… – ужаснулся Уна, со страхом взглянул на небо.

– Судьба человека бывает строптивой, как дикая кобылица, – сказала Томирис, пристально глядя ему в глаза. – Надо уметь ее укрощать. Запрыгнешь на кобылицу, а она сразу чувствует, сколько в тебе страха. Нельзя бояться. Иначе она понесет… неизвестно куда, а то и скинет…

– Я готов! Но в храм Изиды мне не попасть. Кто ж меня туда пропустит… А если даже прокрадусь, как потом убежать? Стены высокие, охрана с собаками…

– Но девушек привезут в город, показать Александру.

– Да, но под надежной охраной.

В назначенный вечер перед Александром танцевали дочери дворца. Девушки, одна краше другой. Красавицы грациозно выплывали в длинных полупрозрачных нарядах, извивались под нежную мелодию, показывая гибкость стана. Александр сидел на низком троне в облачении правителя Обеих Земель. Вокруг собрались сановники, чьих дочерей представляли гегемону. Уна рассказывал о каждой претендентке. Но Александр слушал вполуха. Ему не терпелось покончить со всей этой нудной церемонией. Всем своим видом он показывал, что ему абсолютно безразличны юные красавицы. Он рвался в бой, навстречу Дарию. Им вновь овладел потос – жажда действия, а он должен любоваться этими костлявыми смуглыми девицами.

Он приказал позвать Томирис. Указал ей без разбору на двух девушек. Спросил мнение. Она согласилась с гегемоном: красивые, в меру откормленные, бедра широкие….

Томирис подметила, как голос Уна дрогнул, когда в центре зала появилась высокая стройная девушка с нежным круглым личиком. Темные, чуть грустные глаза казались почти черными. Пунцовый пухленький ротик, чуть приоткрыт, показывая белые ровные зубки.

– И вот ее, – указал Александр, порываясь встать и покинуть представление.

Уна вздрогнул и побледнел.

– Нет, гегемон, ни в коем случае, – отвергла ее Томирис. Только бы Уна не свалился в обморок.

– Почему? – недовольно насупился Александр.

– Ты посмотри в ее глаза. Темные, злые… Не иначе, как Марой помечена.

– Кем? – не понял Александр.

– Есть у них тут культ такой. Служат богине Баст54 в образе черной кошки. Посмотри же, глаз у нее плохой.

– Ничего не вижу. И не боюсь я плохого глаза, – запротестовал Александр.

– А я чувствую, от нее так и веет несчастьем, – настаивала Томирис.

– Хорошо, – сдался Александр. – Следующую!

Уна облегченно выдохнул. Лицо его лоснилось от испарины. Где-то в углу поднялся недовольный ропот.

– Что там еще? – спросил Александр у Гефестиона.

– Ты не выбрал самую красивую девушку из очень знатного Дома, – объяснил тот.

– Я выбираю так, как мне велит Артемида. Или как по-ихнему – Изада. Так и передай. Пусть не возмущаются или требуют разъяснения у жриц.

Наконец с выбором наложниц было покончено, и Александр приказал немедленно готовить корабль.

– Я тебе очень благодарен, – горячо прошептал Уна, когда они с Томирис остались наедине.

– Что ты дальше будешь делать? – холодно спросила девушка.

– Не знаю, – растерялся Уна.

– Ну и мужчины в Айгюптосе, – фыркнула Томирис и зашагала прочь.

Лишь только краешек светила кровавым пузырем всплыл над виднокраем, корабли один за другим отчаливали от пристани Мемфиса и направлялись вниз по течению. Исмен не переносил водные переходы. Его выворачивало наизнанку от качки. Какой из него соматофилак в таком состоянии. Да и Цырд вел себя беспокойно без хозяина. Даже Уархаг не мог сладить с конем. Александр разрешил Исмену вместе с продромой следовать берегом.

Исмен подготовил Цырда, закрепил чепрак. Ждал Томирис. Девушка куда-то исчезла еще вчера вечером. Тянуло прохладой от реки. Хор лягущек приутих, и жужжащие голодные кровопийцы уже не так доставали.

Мимо проехали одриссы походным строем. Колобуд с Фидаром отделились от колонны и направились к Исмену.

–Томирис не могу дождаться, – объяснил им Исмен. – Вчера сказала, что поедет со мной.

Уархаг подъехал на понурой кобылке. Вел за собой вьючных лошадей.

– Мы нагоним, – сказал ему Фидар, и Уархаг поехал дальше. Репейник слабо вильнул хвостом и затрусил следом, деловито обнюхивая каждый куст.

Подошел Уна.

– Ты не пойдешь с нами? – спросил Исмен.

– Позже. Хочу увидеть свою Меритсет, хотя бы в последний раз, – тяжело вздохнул он. – Что нас ждет дальше? Возможно, мы больше никогда не увидимся.

– Почему ее отец не отдаст тебе девушку? Ты же сейчас в хорошей должности. Старший грамматей тебя вечно хвалит.

– Отец Меритсет не на шутку разозлился за то, что Александр не выбрал ее в наложницы.

– Ты же в этом не виноват.

– Он думает, что именно я отговорил гегемона…

– Пусть боги тебе помогут, – только и смог ему пожелать Исмен.

Фидар и Колобуд проводили Уна сочувственным взглядом.

– Жалко парня, – вымолвил Фида.

– Да, – коротко кивнул Колобуд.

– Да где же Томирис! – беспокоился Исмен.

Поднялся утренний ветерок. Зашуршали верхушками высокие пальмы.

Раздался торопливый топот копыт, и в рассветных сумерках, из-за угла вылетела Томирис на лошадке с красной гривой. Чуть не сшибла Исмена.

– Мы ждем тебя уже давно, – недовольно сказал он.

Но Томирис его не слушала. Она была сильно возбуждена. Лошадь под ней крутилась.

– Скорее! – закричала девушка. – Вы должны мне помочь.

И ускакала обратно.

Всадники кинулись следом. Проносясь по узким улочкам, Исмен с трудом догнал Томирис:

– Куда мы?

– Спасать Меритсет, – бросила Томирис через плечо.

Они вылетели на пустую площадь перед храмом Птаха. Безлюдная, она казалась огромной.

– Сюда!

Томирис погнала лошадь в боковой проулок, объезжая храм. Резко осадила кобылку возле высоких деревянных ворот.

– Нет! Не здесь!

Двинулась дальше. Показались еще одни ворота в высокой кирпичной ограде.

– Фидар, Колобуд, взломайте! – потребовала она.

Воины спрыгнули на землю, поднажали плечами на створки. С той стороны затрещал запорный брус, и ворота распахнулись. Томирис, за ней Исмен, влетели в темный сад. Промчались по узкой аллее, обогнули небольшой пруд. Попали к невысокому длинному зданию, представлявшему собой открытую колоннаду. Оказалось, здесь спали воспитанницы храма Изиды, девушки, которых представляли Александру. Красавицы проснулись и подняли пронзительный визг. Разбегались полунагие по саду.