Сергей Шаповалов – Дорогами илархов. Книга первая. Великая степь (страница 44)
– Нет! – остановил его Фидар. – Это волчица. Нельзя ее убивать. Здесь ее угодья. К тому же, волки голодные.
– А мы разве сытые? – простонал будин.
– У нас найдется в мешках, что перекусить. Перестрелять, ты их – всех не перестреляешь. А ночью они в отместку на наших коней нападут. Оставим волкам добычу. Пусть это будет жертвенное приношение горному духу Тутыру.
У берега ярко пылал костер. Томирис подбрасывала в огонь веточки. Любопытный козленок крутился возле девушки, но боялся приблизиться. Коза щипала травку и недовольно блеяла, одергивая своего непоседу сынка. Уархаг стоял неподвижно в воде, по колено, с занесенным над головой дротиком.
– Чего это он, как цапля? – удивился будин.
– Хитрец, – похвалил его Фидар. – Разжег яркое пламя. Рыба на свет идет.
Уархаг резко ударил копьем по воде, ловко подцепил и выбросил на берег большую серую рыбину. Она плюхнулась на гальку и затрепыхалась.
– А где ваша добыча? – спросил он охотников. – Ладно, не отвечайте. Сегодня я вас накормлю.
Он разделал три крупные рыбины и испек их на углях. А после ужина срезал тростник и изготовил из него дудочку. Принялся наигрывать грустные мелодии.
– Что за чудный человек? – удивлялся Фидар. – В нем ни злости, ни жадности, а руки – ну, все умеет делать.
– Как себя чувствуешь? – поинтересовался Исмен у Томирис.
– Отдохнула немного. Голова уже не кружится. Может, завтра сама смогу на коне удержаться.
– Послушай, поехали с нами, – вдруг предложил Исмен. – Смотри, какой у нас отряд сильный.
– Куда?
– Он дело говорит, – услышал их разговор Фидар. – Назад тебе сейчас нельзя. Дарги будут стеречь перевал. Погостишь у меня дома, оклемаешься до конца, потом вернешься.
– А как относятся в твоем племени к албанам?
– Албаны никогда на нас не нападали, – пожал плечами Фидар.
Томирис задумалась.
– Завтра утром спрошу у Агринпасы, – решила она. Дернула за руку Исмена. – Ложись рядом, как на охоте: спина к спине. И не вздумай поворачиваться.
Они укрылись одним плащом. Исмен заснул, чувствуя тепло Томирис, слушая печальную мелодию дудочки Уаргхага и беспечную болтовню двух воинов совершенно из разных народов, но вдруг так крепко сдружившихся…
Долина трех рек
Утром путь преградил отряд из десяти всадников. Все на высоких ухоженных конях. На круглых щитах, обтянутых кожей, сверкали медные восьмирукийе коловраты. У всех медные островерхие шлемы с пучками конских волос на макушке. Белые шерстяные плащи трепал ветер. В чехлах у правой ноги длинные копья.
– Куда держите путь? – строго спросил старший отряда.
– Домой, – просто ответил Фидар. – Сарас, ты что, брата не узнал?
– Фидар? – не поверил своим глазам всадник и подъехал ближе, пристально вглядываясь в лицо аорса. – Фидар! – радостно воскликнул он и бросился обниматься. – Откуда ты?
– Долго рассказывать.
– Но, погоди. Персия в другой стороне.
– Догадлив, – усмехнулся Фидар. – Веди нас в селение.
– А кто с тобой?
– Это мой отряд, – представил он брату друзей: – Колобуд – мой леворукий товарищ. Уархаг – оружейник и лекарь. Исмен; он хоть и молодой, но уже ксай, да еще меткий стрелок. А это, – Фидар задумался, – его сестра и тоже отличный стрелок.
Два отряда смешались и двинулись в сторону поднимающегося красного солнца.
– Послушай, брат, – тихо сказал Сарас Фидару с нотками тревоги в голосе. – Кого ты ведешь в наше селение.
– Ты о ком?
– О девушке. Она не сестра юного ксая. У нее черно-красное оперение на стрелах, а на шлеме лисий хвост.
– Ты давно в наших краях албан видел?
– Нет. Они у нас не появляются. Но вдруг…
– За нее я ручаюсь. Посмотри – совсем девчонка. Худенькая, что былинка. Да и ранена она. Дарги подстрелили ее ядовитой стрелой. А еще, – он понизил голос до шепота. – Она в Исмена, в этого мальчишку влюблена. Старается не показывать виду, держится с ним холодно – но все же и так заметно.
– Да! Странный у тебя отряд, – покачал головой брат.
– А ты-то сам ксаем никак стал? Оружие у тебя знатное: акинак в серебряной чеканке, щит с коловратом. Откуда?
– Смотри с коня не упади, от того, что я тебе поведаю.
– Ну, слушаю! Видишь, в гриву вцепился.
– Персы у нас были, послы от самого Дараявуша. Они караванный путь проложили через нашу долину от Аланских ворот на запад, к самому Дунаю.
– Слышал я краем уха об этом.
– Включили наши горы в армянскую сатрапию. Нашего отца, как главу клана Рыси, назначили младшим сатрапом.
– Вот это!.. – Фидар действительно чуть с коня не свалился. Дар речи потерял.
– Ты селение наше теперь не узнаешь. Помнишь, всего пять семей жило? А теперь народу столько… И кузнецы, и гончары, и рудокопы, оружейники, золотоделы… До самой Кольцо-горы поселение выросло.
– А ты как? Братья мои остальные? Вы теперь в персидском войске?
– Нет. Наш род Рыси принят в семью аланов.
Фидар раскрыл рот, но никак не мог произнести ни слова.
– Да! Так решила их Справедливая Мать Шатана. Теперь нас приглашают на хасу85 раз в полгода. И отец сам хасу созывает раз в год.
Перед путниками открылась уютная долина, со всех сторон защищенная горами. Синяя река извивалась, рассекая равнину на две части. Стада коров и лошадей паслись на склонах. Множество низких домиков теснились вдоль берегов реки.
– Моя ли это долина? – всплеснул руками Фидар.
– Твоя, – похлопал его по плечу брат. – Не узнал?
– А там что? – Он показал на невысокую гору с плоской вершиной, как будто срезанной гигантским ножом.
– Там будет стоять крепость. Персы прислали строителей – эллинов. Уже вырубают ступени, чтобы поднимать камни для стен.
– Но там же святилище Румы! – гневно воскликнул Фидар.
– Святилище не тронут. Наоборот, оно будет защищено.
Мальчишки – пастушки разгоняли стадо рыжих коров, освобождая путь отряду.
– Эй, Адыл, – окликнул Сарас худощавого подпаска в войлочной безрукавке. – Беги скорее к Рум-горе, скажи фидиуагу86, пусть кричит, да так, чтобы горы сотряслись: Фидар из рода Рыси, младший сын благородного Бирага, сатрапа и главы клана, вернулся.
Мальчишка рванул к горе, только мелькали его кожаные арчи. Когда отряд объехал гору и выбрался на дорогу к селенью, с высокой скалы уже кричал голосистый фидиуага, созывая сельчан на центральную площадь нахас. Навстречу отряду бросились гурьбой босоногие чумазые мальчишки. Они громко приветствовали воинов. Но лица их вытянулись от удивления, а рты открылись, когда мимо на красивом стройном коне величественно проехал Исмен. Почти их одногодка, но уже ксай. Красивый плащ с вышивкой. Овальный щит с косым крестом. Копье у правой ноги. А что за горит с богатой отделкой. А акинак какой славный! Глаза их чуть не повылезали из орбит, когда рядом с Исменом они увидели настоящую албану, да такую же юную, как их сопливые сестры.
Воины въехали на нахас, спешились. Тут же их окружила плотным кольцом толпа односельчан. Каждый пытался протиснуться и, хоть одним глазком взглянуть на пропавшего озорника Фидара, которого многие знали непослушным, вечно растрепанным мальчишкой.
– Дайте дорогу! – раздалось за их спинами. – Пропустите Бирага.
Кольцо разомкнулось, и в образовавшемся проходе показались седовласые старики с высокими посохами в руках. Их возглавлял рослый широкоплечий старец в длинном одеянии из белого войлока. На широком кожаном поясе висел кривой персидский нож. На ногах арчи из переплетенных кожаных ремешков. Белесая густая борода обрамляла круглое лицо. На шее висела массивная золотая цепь с диадемой сатрапа. Он внимательно посмотрел на всадников, играя мохнатыми седыми бровями. Взгляд его остановился на Фидаре и потеплел.
– Это мой сын! – объявил громко он. – Глаза мои узрели его, а сердце узнало.
Фидар упал на колени и обнял ноги старика.