Сергей Шаповалов – Дорогами илархов. Книга первая. Великая степь (страница 43)
– Солнца тебе, – пожелал Колобуд.
Все поехали дальше. Исмен остался рядом с девушкой.
– Прощай, – тихо сказала она. – Ты станешь настоящим воином, – я уверена.
– Я обязательно тебя разыщу, – пообещал Исмен.
На бледном, еще болезненном личике Томирис вспыхнул стыдливый румянец.
– Стоит ли? – неуверенно сказала она, опустив глаза. – Нам не известно, что будет через год, через два… Все меняется, и мы изменимся… – Она старалась подобрать правильные слова. Мысли путались. Наконец Томирис предложила: – Давай обменяемся стрелами, как это делают воины.
Исмен вынул из горита три стрелы с серым гусиным оперением. Взамен Томирис протянула ему с черно-красным.
– Я буду хранить их всю жизнь, – дрожащим голосом пообещал Исмен.
– Прекрати! – девушка покраснела еще больше. – Я – албана, бесчувственная жрица Аргинпасы. Не надо открывать мне свое сердце. Ты еще встретишь ту, которая подарит тебя счастье.
Исмен хотел сказать, что не встретит, и не будет даже пытаться…
Фидар и Колобуд, уехавшие далеко вперед, отчаянно кричали, указывая им за спину. Исмен и Томирис оглянулись. Черные всадники шли по следу.
Раздумывать некогда. Путники погнали коней в гору. До перевала еще далеко. Вьючная лошадь с Уархагом на хребте, да еще с поклажей стала отставать.
– Надо скинуть мешки, – предложил Колобуд.
– Нет, – испугался Уархаг. – Там мой инструмент.
– Иначе не оторвемся, – настаивал будин.
– Мы и так не оторвемся, – вдруг Фидар остановился. Лицо его приняло холодное, спокойное выражение. – Надоело мне удирать. Я ксай, а удираю от самого Дона: то от языгов, то от роксоланов, теперь от даргов. Надоело! Это мои горы! – Он взглянул на Колобуда. – Ты как?
Колобуд недобро ухмыльнулся:
– Так их всего-то пару десятков. – И потянулся за копьем.
– Исмен, Томирис, – крикнул Фидар. – Прикрывайте с флангов. Стреляйте наугад, стрел не жалейте. Дарги не носят щитов.
Черные всадники приближались, улюлюкая и потрясая короткими копьями. Они были в полной уверенности: беглецы испугались и остановились, чтобы сдаться в плен.
Разнорукие Фидар и Колобуд встали бок о бок. Рывком перекинули щиты со спины и, надрывая глотки в воинском кличе, бросились в атаку. Томирис и Исмен разъехались в стороны, метко посылая во врага стрелы.
Дарги тут же потеряли пять человек, но не отступали: еще чувствовали свое превосходство. Окружить двух смельчаков им не удавалось, – стрелки хорошо выполняли свою работу. Вдруг от отряда даргов отделились два всадника и бросились к Томирис. Девушка выхватила топор и метнула в приближающихся врагов. Лезвие с глухим стуком вгрызлось первому всаднику в лоб. Но второй уже бросил поводья, распрямился, занося копье для удара. Стрела Исмена выбила лошади глаз. Она рухнула вместе с седоком. Дарг больше не поднялся, видать, сломал шею.
А между тем остальные дарги удирали. Семь неподвижных тел и круп, подстреленной Исменом лошади, остались лежать на месте сражения.
– Спасибо! – крикнула Томирис Исмену. – Еще раз спас меня.
Она нагнулась и выдернула топор из разбитой головы дарга.
Фидар и Колобуд громко орали, посылая грозные проклятия в сторону удиравших врагов. Потом обнялись.
– Чего башку не уберег? Эх, ты! – укорил будина аорс, намекая на разбитую бровь, с которой струйкой стекала кровь.
– А у самого-то вся одежонка порвана, – не остался в долгу Колобуд.
– Где? Ох! Надо же! Совсем новенькая была, – покачал головой Фидар, осматривая разорванный бок кожаной куртки. – Ерунда, – сделал он вывод. – Главное – остальное все цело.
Подскакал Исмен. Они и его затискали. Кричали и радовались своей неслыханной победе: вчетвером, да против двадцати!
Уархаг кричал издалека и размахивал руками.
– Чего он орет? – удивился Фидар.
– Томирис! – Исмен рванул к девушке. Она лежал на холке лошади без сознания. Он осмотрел ее. Ран нигде нет.
– От яда еще не отошла, – догадался Фидар.
– Что будем делать? – почесал затылок Колобуд. – Не бросать же ее. Давай увезем с собой за перевал.
Они пересадили девушку к Исмену.
– Держи крепче. Не потеряй. Пспешим. Как бы дарги не вернулись с подкреплением.
– Артемида! Моя Артемида сбежала. Вы так закричали, и она испугалась, – жаловался Уархаг.
– Некогда твою козу искать, – недовольно бросил Фидар. – Вон, лучше Колобуду кровь останови, да девчонку приведи в чувства.
– Но ее же волки загрызут, – чуть не плакал лекарь.
– Пока будем искать Артемиду, вернутся дарги, и тогда уже нас загрызут.
– Репейник пропал, – забеспокоился Исмен.
– Уж за пса твоего меньше всего переживаю, – сплюнул Фидар. – Найдет нас.
За перевалом ветер стих. Внизу в широкой долине раскинулись луга. Среди ядовито-зеленой низкой травы пестрели разноцветными пятнышками горные цветы. Посреди лугов замерло синим зеркалом спокойное глубокое озеро.
– Все! – Воскликнул Фидар. – Дальше лежат земли аорсов. К вечеру до озера доберемся. Отдохнем на берегу.
– А дарги? – напомнил будин.
– Сюда не сунутся. Вон, на той вершине сторожевая башня. Наверняка нас уже заметили. К утру встретим стражников.
Томирис очнулась, выпрямила спину.
– Не прижимай меня сильно, – недовольно передернула плечами.
– Ты можешь упасть.
– Не упаду. Дай мне вожжи. Я буду управлять конем, а ты держи меня за пояс. И не прижимай!
В озере отражались синие вершины и бездонное небо. Ничто не нарушало покой спящего водоема. Неровные очертания берега не знали волн. Развесистые ракиты склонились к воде. Тихо, как будто здесь, на берегу отдыхала сама Мара.
Усталые лошади сразу же припали к воде. Исмен слез, снял Томирис, расстелил плащ на гальке возле серого валуна и помог девушке сесть. Она прислонилась спиной к валуну, источавшему приятное тепло, накопленное за день от солнца.
Уархаг принялся выкладывать очаг из булыжников.
– Тропка идет от воды, – заметил Фидар. Копытца маленькие, козьи. Где-то рядом пасется дикое стадо. Вон, клочья шерсти. Попытаем счастье в охоте?
– Козы, – заныл Уархаг. – Где же моя Артемида? Разорвут ее звери, и Ахиллеса маленького не пожалеют.
Словно в ответ раздалось жалобное блеяние.
– Да, вон твоя Артемида. Жива и вместе с Ахиллесом, – успокоил его Колобуд.
Белую козу с козленком гнал перед собой довольный Репейник.
– Видал, пес у нас какой заботливый: о твоей даме печется, – пошутил Фидар.
Множество маленьких следов вывели охотников к пологому склону, над которым массивным уступом нависали скалы. Стадо сереньких козочек с небольшими загнутыми рожками щипало травку. Охотники, почти припадая к земле, стали подкрадываться. Репейник рысцой обогнул склон и поднялся с другой стороны. Пес выскочил к стаду и погнал козочек на охотников. Будин с Фидаром промахнулись. Попробуй попади в этих юрких зверушек. А Исмену удалось вогнать стрелу в бок крупного самца. Стадо скрылось в расщелине. Раненый козлик сделал пару отчаянных прыжков, но силы покинули его, и он припал на передние ноги. Тут же Репейник настиг его и вцепился в горло.
– Вот и ужин, – обрадовался Фидар.
– Чуть не упустили. Если бы не Исмен – остались голодными, – похвалил меткого стрелка будин.
Вдруг Репейник бросил добычу и попятился, злобно огрызаясь. Из расщелины вышла старая волчица. Сама почти черная, а с боков свисали клочья линялого серого подшерстка. Волчица низко опустила голову и оскалилась, показывая пожелтевшие клыки. За ней следом вышли пять молодых волков.
– Вот, незадача, – охнул Колобуд. – Надо их спугнуть. Вон того линялого подстрелить. Он – вожак.