Сергей Шаповалов – Дорогами илархов. Книга первая. Великая степь (страница 35)

– Как они мужчин ищут? Расскажи.

– О! – протянул старик. – История не простая. Прежде всего, албана должна убить воина и желательно – из племени даргов. Принесет девушка Справедливой Матери его меч и голову, только тогда посвящают ее в совершеннолетие. Ну, и возраста она должна достичь соответствующего – четырнадцати лет. Она становится – воительницей, полноправной жрицей Аргинпасы. Ей разрешают отправляться на поиски мужчин. Могут и в наших селениях искать, а могут уехать далеко, далеко! Даже по ту сторону хребта забираются, за Эльбрус. Бывает такое, и нередко, что мужчины, познав их, потом с ума сходят. Да! Приезжают сюда с богатыми дарами, умоляют Справедливую Мать отдать им возлюбленную. Горы золота предлагают, клятвами разбрасываются. Но у албан законы жестокие: хочешь – гости, но потом – уезжай.

– А если мужчина слишком настойчив?

– Убивают, – пожал плечами старик. – Без всякой жалости, как быка перед алтарем. Здесь, в долине албаны гостеприимны: напоят путника, накормят, позабавят. Но только он покинет границу их земли, так должен скакать без оглядки, иначе получит кинжал в спину или стрелу в глаз. Переступил границу – ты уже не гость, ты – враг.

– Спасибо, что предупредил, – поблагодарил его Исмен.

– И друзьям своим передай, – понизив голос, добавил он. – Как только их отпустят, сразу же на юг, вдоль реки, а потом выше в горы, к перевалу. И гоните коней без остановки.

Вечером Исмен расстелил плащ на охапке соломы, улегся на спину, подложив руки под голову, и долго смотрел, как блики от угольков очага играют на прокопченном потолке. Старик возился во дворе. Пришел его сын, на цыпочках вошел в дом. Стараясь не мешать гостю, устроился в другом углу.

Исмен никак не мог уснуть. Почему-то из головы никак не выходила Томирис. Перед глазами так и стояло ее лицо. И что же в ней такого особенного? Чем она так притягивает его? Почему-то он беспокоился: что с ней будет, как ее накажут. Он вспомнил своих сестер и других девчонок из становья. Как-то раньше никогда не заглядывался на них, наоборот – презирал. Но к Томирис он испытывал какое-то непонятное влечение. Раньше с ним такого не происходило…

Вошел старик. Уселся на солому и начал стаскивать войлочную обувь, готовясь ко сну.

– Послушай, отец, – позвал его Исмен. – Как ты думаешь, Томирис красивая?

Старик усмехнулся.

– Конечно, красивая. Разве есть еще у кого такая тонкая талия. А как она ходит, словно рысь крадется. А взгляд… Глаза, что у серны. Да ты никак полюбил ее?

– Что ты за глупости говоришь! – возмутился Исмен.

– Эх, воин, – тяжело вздохнул старик. – Нельзя в них влюбляться – Аргинпаса накажет.

Рано утром Исмен повел коней на реку. Дошел до скалы, где вчера его встретила Томирис. Никого. Стало немного грустно. Он съездил к той же заводи, что и в прошлый раз. Помыл коней, сам искупался в студеной горной воде. Как-то пусто было. Чего-то или кого-то не хватало. Даже Репейник, который обычно обнюхивал каждый след, раскапывал норы или пугал маленьких серых ящериц, что решили погреться на солнышке, нынче просто улегся на берегу и грустно глядел в воду.

Исмен отвел коней назад в селенье, задал корму. Не зная, к чему приложить руки, решил сходить в долину, хоть птицу какую-нибудь подстрелить. Закинул за спину горит. На правое бедро привязал нож. Выбрал легкое копье.

Репейник затрусил следом.

Долину заливал солнечный свет. Змеилась река. Тени облачков проносились стремительно по зеленой равнине. Словно стайки мушек паслись стада. Исмен высмотрел заводь с густой порослью камыша. Наверняка, там будут утки.

Вдруг репейник завилял хвостом и бросился вперед, радостно подвывая. Что с ним? Исмен увидел, как пес пытался взобраться на скалу у въезда в поселение.

– Куда собрался?

Наверху стояла Томирис.

– Тебя не посадили в яму? – обрадовался Исмен.

– Нет, – беспечно ответила девушка. – Вижу, и тебе еще Дзерасса горло не перерезала. Так, куда ты направляешься?

– Решил поохотиться.

– Какое совпадение! – Она подняла с камней горит и легкое метательное копье. – Я тоже решила подстрелить добычу.

– Возьми меня с собой. Ты же знаешь места, где можно найти зверя.

– Знаю, – согласилась она. – Но я птичек не стреляю. Мне нужна косуля или горный баран.

– Как же ты его потом дотащишь? – усмехнулся Исмен.

– Не думай, что я слабее тебя, – фыркнула Томирис.

Наконец Репейник вскарабкался наверх и принялся вертеться у ног албаны, поскуливая, и так рьяно вилял лохматым хвостом, что казалось, он оторвется.

– Это чудовище берем с собой? – она потрепала Репейника по загривку, отчего он замахал хвостом еще чаще. – Не будет мешать?

– Репейник очень умный. Может зверя выслеживать. Попусту не лает. И даже кабанов не боится. Да что он так трется возле тебя?

– Решил сменить хозяина, – посмеялась Томирис. Исмену стало немного обидно от ее слов.

Помимо оружия, албана взяла с собой мешок с припасами. На голову надела высокую лисью шапку. Широкий кожаный ремень повязала наискось через плечо.

– Дай мне мешок. Я его понесу, – предложил Исмен.

– Зачем? – нахмурилась албана. – Считаешь меня слабой?

– Нет…

– Не смей больше предлагать помощи. И запомни: албаны – это не самки и не рабы мужчин. Мы – жрицы Аргинпасы. Мы сильнее вас. Мы выше мужчин. Не веришь?

– Верю, – согласился Исмен, лишь бы только успокоить ее гнев.

– Врешь! Сомневаешься! Запомни: я все чувствую: что ты думаешь, что ты хочешь сделать – все наперед знаю.

– Я ничего плохого о тебе не думаю, – тоже начал злиться Исмен. – Предложил помощь из вежливости. И я сомневаюсь, что ты сильнее меня.

Томирис сверкнула гневно глазами.

– Посмотрим, как ты себя в горах будешь вести. Если отстанешь, я ждать не буду. Выбирайся потом сам.

Она зашагала быстрее.

– Ты плащ взял? – спросила Томирис, не оборачиваясь.

– Да.

– А шапка есть?

– Нет. Зачем?

– У тебя уши в горах отмерзнут. Ночью холодно.

– Мы что, к вечеру не вернемся?

Она лишь загадочно и немного зло ухмыльнулась. Исмен тут же пожалел, что напросился на охоту.

Томирис спустилась к реке и, легко перепрыгивая с камня на камень, оказалась на другом берегу. Исмен последовал за ней, но на последнем камне поскользнулся и плюхнулся в воду. Стремительный поток тут же подхватил его и понес. Одной рукой ему удалось зацепиться за скальный выступ, другой удерживал копье, чтобы не уплыло – жалко. Но он в таком положении никак не мог выкарабкаться на сушу. Сильные руки схватили его за шиворот и подтянули к берегу. Репейник туда же – зубами впился в одежду и помогал.

Исмен поднялся на ноги. Весь перемазался в глине. Вода струями стекала с одежды. В сапогах чвякало. Холодная мокрая куртка противно липла к телу.

Томирис хохотала, чуть не падая.

– Иди обратно в селение, обсохни, – предложила она, давясь от смеха.

– А ты?

– Я одна пойду.

– Нет, – упрямо пробурчал Исмен. – Веди. Куда дальше? – И зашагал вперед.

– Эй, – серьезно сказала она. – Простынешь.

– Не знаю, что это такое, – буркнул Исмен.

Они карабкались по крутому склону. Огибали отвесные скалы по узким звериным тропкам. Ноги каменели от напряжения. Дыхания не хватало. Легкие разрывались. Сердце бешено колотилось. Наконец поднялись на горное плато. Тут же ледяной обжигающий ветер чуть не сбросил их обратно. Преодолев плато, начали спускаться. Склон скрыл их от ветра, который волком завывал где-то вверху, над головой.

– Ноги береги, – посоветовала Томирис.

Спускаться оказалось намного тяжелее. Того и смотри, поскользнешься или наступишь на шаткий камень. В низине сели передохнуть.

– Обсох? – пощупала его одежду Томирис.

– Почти.