Сергей Шакурин – Черный. В поисках крови. Книга первая (страница 2)
– Мы нашли его! – кричали жители деревень.
– На холме среди скал, в пещере!
Сотни факелов, разгоняя ночную темноту, приближались к скальным, поросшим мхом, нагромождениям, охватывая холм в кольцо, при этом крики людей заглушали лай собак. Казалось еще немного, и колдун, кем его считали поселяне, будет в их руках! Но, неожиданно, из глубины пещеры вырвалось просто гигантское черное чудовище! Чем-то оно напоминало медведя, но как будто его кто-то страшно изменил. Рев разнесся по округе, а следом ночь наполнили вопли ужаса и боли. Исполинский зверь рвал на части всех, кто приближался к входу в пещеру.
Кровавый огонь его глаз горел размазанным шлейфом, когда неизвестный хищник вертелся, отражая нападения мохнатых псов и некоторых смельчаков, которые тыкали рогатинами и вилами открытые от костяных наростов бока стража пещеры.
Уже десятки изуродованных и разорванных на куски тел были раскиданы у порога в подземный ход, когда вдруг что-то изменилось… До этого момента, никак не причинявшее вреда оружие крестьян, внезапно нашло сразу несколько смертельных точек, и черный гигант рухнул, больше не показав и намека на присутствие в его организме признаков жизни. В тот же миг двойника заменил сам маг, рассеяв духа-близнеца.
«Теперь можно и смерть принять, – осклабился маг. – Давайте живее, шевелите конечностями, вонючее мясо!»
Он чувствовал, что по его душу уже мчались «охотники». Местные жители их называли церковниками.
Вначале толпа опешила от такой неожиданно легкой смерти красноглазого чудовища. Зато охотничьи псы, удерживаемые людьми, надрывались лаем и рвались вглубь пещеры.
Старший не стал долго ждать.
– Взять!!! – заорал он, и собак тут же отпустили.
Свора рванула в глубину холма, крестьяне с безумным ревом за ними.
Лай приближался. Маг сбросил капюшон, провел руками по волосам, приглаживая их.
«Церковники не успеют», – довольно улыбнулся он.
Конечно, если бы маг не истратил почти всю магию при создании
«Почему все же такой долгий Путь Возрождения, чтобы я смог продолжить поиск Кристалла?..» – сокрушался маг.
В этот момент в обширную пещеру ворвалась огромная свора озверевших псов. Каменный пол вокруг мага вдруг проявился оранжевым светящимся рисунком, и огненное заклятье сработало на первых десятках животных, засыпав ноги чужеми́рца обугленными останками. Уцелевшие собаки тут же кинулись на высокую фигуру в черной мантии. Маг выкрикнул слова на неизвестном этому миру языке, и у нескольких ближайших псов вырвало позвоночники вместе с ребрами залив пол кровью, зато оставшиеся с яростью набросились на больше не сопротивлявшегося мага, разрывая его плоть.
– Назад!!! – рявкнул крепкий седовласый мужичок, но обезумевших от крови животных пришлось оттаскивать за веревки и хвосты.
Под рев толпы изуродованного, но еще живого мага, выволокли за изувеченные собаками руки и стащили к подножию холма, где деревья подступали к самому склону. Там уже было приспособлено место самосуда над детоубийцей.
Крестьяне перебросили через толстый сук на ближайшем дереве заготовленную ранее веревочную петлю, в ожидании, когда с убийцы сдерут кожу, чтобы вздернуть его за ногу. Но не успели сорвать одежду с чуть живого колдуна, как со всех сторон раздались крики:
– Демон!
На коже схваченного во многих местах имелись такие же роговые наросты, как и на лице.
Двадцать семь всадников Церковного Очищения приближались к холму, у подножия которого скопились сотни крестьян, разгоняя ночь факелами. Но беснующая толпа не остановила кавалькаду, а лишь только завидев ее, тотчас освобождала путь, в страхе отходя как можно дальше, к тому же опуская глаза. Эти церковные служители для крестьян были страшней колдуна-детоубийцы нечеловеческой расы.
Крепкий седовласый мужичок оттолкнул за деревья своего старшего сына, который вместе с отцом принимал участие в сдирании кожи с мага, и сейчас, как и отец, был весь в крови.
– Сын, прячься! За сестру и брата ты отомстил, а теперь ни при каких обстоятельствах не выдавай себя! Святобо́й, сохрани наш род! – страшно шептал отец.
Парень кивнул и растворился во тьме.
Первым у места самосуда спрыгнул с коня невысокий сухощавый служитель Очищения, имевший черную заостренную бородку и непривычно короткостриженые волосы. Его колючий взгляд скользнул по близстоящим, и те в страхе отошли еще дальше, пряча глаза.
– Кто посмел совершить самосуд?! Язычество вспомнили?! – произнес он холодным тоном, глядя на висевшее тело, привязанное за одну ногу.
Содранная кожа лежала неровными лоскутами на траве. Кровь из перерезанного горла уже не лилась, а только прерывисто струилась.
– Ваше Высокопреподобие! – упал на колени крепкий седовласый мужичок. – Не гневайся… Он деток моих погубил…
Архимандрит зло глянул на лежавшего ниц и, запрыгнув на своего скакуна, бросил мни́хам:
– Заберите этого!
Тут же двое крепких служителей Церковного Очищения, подхватили седовласого мужичка и поволокли к коням, а архимандрит Аполлинарий окинул ледяным взором молчавших, испуганных смердов и властным тоном прогремел:
– Десяток служителей остается здесь! Если на ком еще увидят кровь: оскверненные также будут «очищены»… Вам, – архимандрит обвел пальцем селян, – вырыть землю с натекшей кровью и, сжечь ее вместе с
– Будет исполнено, отец Аполлинарий, – склонил голову десятник служителей Аким.
Прячась в кустах, Святобо́й кулаком вытирал непослушные слезы. Он видел, как отцу связали руки, веревку зацепили за седло и галопом погнали скакуна обратно к церкви. Святобо́й знал, что больше с родителем никогда не увидится.
Кровь колдуна, покрывала парня почти с ног до головы, и уже превратилась в корку. Он убрал «разделочный» нож в ножны, и нащупал за пазухой медальон с камнем, который снял с убийцы своей семьи. После чего посмотрел на кусок странной, плотной, то ли тряпки, то ли кожи, найденный в гроте колдуна. На нем были изображены две одинаковые скалы, торчавшие над деревьями, и извилина реки под ними…
Глава 2
Минувшие времена
Ночь была тихая от ветра, но холодная от ливня, который мощным прямым потоком пытался размыть загородную дорогу к отдаленному особняку на холме. Машина одиноко неслась сквозь мрак, приближаясь к спящему трехэтажному строению за высокой, торчавшей в небо пиками оградой. Колеса разрезали воду луж, поднимая веер брызг. Блестя черными боками, автомобиль модели Horch 853A въехал в раскрытые створки узорных железных ворот и остановился у парадного входа трехэтажного особняка. Водительская дверь распахнулась, и в грязь твердо ступили хромовые сапоги.
Высокий человек в шляпе, длинном коричневом, кожаном плаще закрыл машину и зашагал к парадной двери дома. Выправка офицера не позволяла ему, ссутулившись закутаться в плащ, прячась от холодного небесного потока. С широко расправленными плечами он остановился у резной двери из красного дерева. Поднялась рука, затянутая в кожаную перчатку.
Не обращая внимания на то, что время было далеко за полночь, палец безжалостно вдавил кнопку бронзового звонка. Трель эхом прошла по всему зданию.
Два взгляда сквозь Грань мира буравили высокую фигуру, находившуюся у входной двери трехэтажного дома. Наблюдавшие с каждым днем все больше убеждались в том, что этот человек –
Еще был старец-хранитель библиотеки, к кому сейчас пытался попасть этот высокий ночной гость и, один из «спящего народа», но тот не показывал такого стремления, как этот в широкополой шляпе. Сегодняшний шаг данного человека в его поисках доказывал, что в этот раз ошибки быть не может.
– Это
Ночной гость обернулся. Ему что-то привиделось, но он не мог понять – что. Будто ему в спину кто-то пристально-изучающе смотрит. В этот момент на втором этаже особняка загорелось окно, но свет от него не смог преодолеть плотную стену ливня, а просто рассеялся в ней.
В парадной включили лампы. Сквозь витражные стекла двери было видно, как кто-то приближается. Следом послышался скрежет замка.
– Генри… – недовольный скрипучий, старческий голос резанул по ушам ночного гостя, когда дверь открылась. – Ну, заходи раз явился. Только не забудь переобуться. И сними свой мокрый плащ!
Генриху не нравилось приходить к этому ворчливому старику, которого они прозвали Библиотекарем, но ничего не поделаешь, он – один из
Старик зашаркал тапками по полу, направляясь к огромному лестничному маршу.
Если подняться по нему до середины первого этажа и повернуть налево, дальше, по лестнице в два раза у́же первой, можно пройти к библиотеке. Направо с центральной лестницы, преодолев три пролета, ты окажешься на третьем этаже особняка. Там полно разных комнат, среди которых находится святая святых – кабинет старика, в котором вероятно никто никогда не бывал. Все тайны исследований Библиотекаря, в том числе оккультных наук, проходили за закрытыми дверями его кабинета. Но некоторые тайны и необходимые догадки имел сам оберштурмбанфюрер СС Генрих фон Лихтенбахен – сегодняшний ночной гость.
Генрих снял мокрый плащ и бросил его на софу, стоявшую возле вешалки. Так же он не соизволил переобуться в тапочки, а оставляя грязные следы на ковре, которым был застелен пол парадного холла, уверенно зашагал за стариком.