Сергей Семенов – Мир приключений, 1928 № 10 (страница 21)
К сожалению, однако, автор письма ошибся в своих предположениях относительно ((интересных скачек». Конкурс № 8 нужно признать неудачным, хотя и прислано 46 решений (из них 11 подписчицами). Объясняется это, надо думать, совершенно независевшим ни от Редакции, ни от Издательства запозданием выхода № 7 журнала и естественной торопливостью читателей, спешивших прислать свою работу к определенному, как фактически оказалось в действительности, чрезмерно короткому сроку.
По содержанию все полученные заключительные главы можно разбить на 2 больших группы: в одной — отдано предпочтение приключениям героев после того, как они поплыли по лунной дороге, в другой — содержится гимн труду с разными вариациями. В преобладающей численно первой группе проявлено большое разнообразие фантазии. Было бы затруднительно даже кратко перечислить все то, что надумали читатели.
И как досадно, что небрежность и недостаток внимания погубили три хороших заключительных главы, присланных подписчицами: Л. Н. Е., Л. А. Л. и Н. А. Л. У всех трех женщин, живущих в различных концах России, одна и та же ошибка: из беседы у костра обнаруживается, что рассказчик Мирон — это-то и есть Ряхин. Ряхин но мог бы так рассказывать, хотя бы по одному тому, что он все время иронизирует над Иваном Гавриловичем и даже издевается над ним, а себя восхваляет. Только сам бывший миллионер в этом тоне мог говорить о себе и о Ряхине. Несколько подписчиков также сделали эту непростительную ошибку. Не сумели прочитать, не сумели и написать.
Вообще недостаточная вдумчивость при работе проглядывает нередко. Перевираются имена действующих лиц: у одного и того же автора Иван Гаврилович на протяжении коротенькой главы превращается то в Илью Григорьевича, то в Ивана Григорьевича. У одного участника, одаренного фантазией, к сожалению совершенно недисциплинированной, — Мирон по внутреннему русскому морю, — это ясно сказано в рассказе, — ухитряется приплыть прямо в Лондон. Географии дано по шапке! Здравому смыслу — также. По версии автора, герои рассказа прежде всего перепились в матросском кабаке, Ряхин вдруг оказался мошенником и удрал с 5 миллионами, хранившимися в английском банке, а И. Г. был найден на улице мертвым от запоя, и английские богачи заказали его восковую фигуру для музея знаменитостей. — Такую же дикую фантазию проявил и автор, пригнавший лодку героев к неизвестному островку. Там оказались мать и дочь итальянки. Они также откуда-то бежали. Цитируем: «Ряхин взял дочь, а И. Г. — мать». Мужа итальянской матери ровно 3 дня назад, оказывается, растерзал тигр. — Или: героев потянуло в родные места, и вот они на Амуре. — Опять плохо прочитано: где автор нашел хотя бы намек, что Амур — родина Ряхина и И. Г.? Таких примеров неумения читать можно бы привести еще не мало, но довольно и этих.
Из первой группы укажем на несколько менее трафаретных решений, так или иначе в духе рассказа. Приятели побывали на золотых приисках. Там нашли громадный самородок платины. Попали в Париж и вздумали поощрять упавшую во Франции рождаемость, уплачивая каждой женщине 50 фр. в месяц на ребенка. Коренной недостаток этого решения тот, что приятели уже в последней напечатанной главе оставили свои сумасбродства и провозгласили здоровый труд, как основу жизни. — Или в начале революции Ряхин помогает восставшим матросам Захватить судно, делается активным борцом, выдвигается, становится членом партии, членом Совета депутатов, но… уезжает опять с И. Г. за границу организовывать «Международную Ассоциацию просвещения отсталых масс». Тот же недостаток, что и в указанном выше решении! — Еще по одной версии, герой работал на железной дороге, влюбился в дочь подрядчика, пользовался взаимностью, но узнал, что в приданое дают много тысяч, и ушел. Наступила революция. Пришлось переменить имена и т. д. — Нужно ли указывать, почему это решение плохо? — Или вот еще: друзья приплыли на островок озера (?). Там встретили Николу-Холостяка. Из его рассказа видно, что он был во «Дворце голодного ума». Предложил сжечь его и всех предоставить самим себе. Приняли его за сумасшедшего и выгнали. Он все-таки сжег и «теперь бежит сам, не зная куда».
Эти образчики приведены, как более оригинальные, — и только.
Отмечая типичные сюжетные решения, скажем и о моменте, мимо которого почти невозможно пройти: любопытство слушателей задето, и всем хочется знать, не сами ли герои под видом Мирона и Михаила присутствуют тут. Большинство так и решает. Одни заставляют Мирона признаться, другие предоставляют догадаться горбуну, окающему парню и т. д. Эта последняя часть решения разработана вообще лучше первой. Отметим здесь наиболее отличные от других варианты. Ночью, когда все заснули, набросились на Мирона. «Скажи, где у тебя деньги, в ладонке или в поясе». Дана сильная, прямо кошмарная сцена насилия. — col1_0 рисует хорошую картину подрывных работ, во время которых заканчивается действие. — У одного читателя Мирона (к сожалению — Ряхина) узнает рабочий из «бывших людей», клиент «Дворца голодного ума» — в прошлом. — У другого: Ряхин и И. Г. ночью резонируют. У третьего они почему то утром уходят. Читатель остается в недоумении о причинах.
У нескольких подписчиков (В. Н. и др.) хорошо сделаны выводы — логические и ясные, и дополняющие смысл рассказа о ценности труда.
Из работ, доставленных на Конкурс, отметим еще толковую главу Г. С. Б. и хорошую пояснительную записку И. Б К.
Есть мелочи, останавливающие на себе внимание, и хорошие, и дурные. Вот у подписчицы Н. И. З. прекрасная деталь. — Когда все рабочие улеглись, молодой парень «снял поддевку и укутал мирно храпевших Мирона и Михайла от свежести близкого рассвета». Почему мы остановились на этой короткой фразе, на этой крошечной подробности? Да потому, что сразу виден из нее процесс творческой работы автора. Он рисовал себе картину, он видел ее, он искренно писал. А вот никчемная вычурность, искусственный набор слов, противоречивые представления, склеенные вместе, и отсутствие образа у другого автора: «за этим последовала пауза, до краев полная легкой, свежей тишиной, еще более рельефно выделяемой неслышными шумами сказочной лесной ночи». Как будто и звучно, а вдумайтесь!..
Р. S. Граждане! Присылайте рукописи на Конкурс писанными на машинке или очень четко чернилами. Набросанных карандашем читать не будем.
Из 46 решений нет ни одного, которое вполне удовлетворяло бы всем условиям задачи. Приходится определять премию только путем сравнения относительных достоинств заключительных глав. И премия делится на две части.
По присуждению Редакции, 60 р. премии на Конкурсе № 8 Систематического Литературного Конкурса 1928 г. получает подписчик
НИКОЛАЙ НИКОЛАЕВИЧ ЖЕЛЕЗНИКОВ (Москва)
и 40 рублей премии подписчик
НИКИТА ВИССАРИОНОВИЧ ПОВОРОЗНИК (Бобруйск, БССР),
за следующие заключительные главы к рассказу
ЛУННАЯ ДОРОГА
— Когда б не доплыли, откудова бы Мирон откопал рассказать-то? — сочно заокал парень, — он, чай, не из пальца высосал, а ведь из жизни это! Так что ли, Мирон?
— Правда, милый человек, ничего не присочинил. Все было.
— Ну, так ты Ряхин и есть, — сказал горбун и, завистливо вскинув на Мирона глаза-удочки, посмотрел, точно примерился, где бы подцепить рыбину покрупней. Потом досадливо отвернулся.
— А и глуп ты был, Мирон Ряхин, хоть и бахвалишься. Подумаешь, гений какой! Подучил Иванушку-дурачка, миллионера, как понелепее растрясти капиталы… Нет! Оба вы не умели распорядиться деньгами. Вот, когда б он меня позвал!.. Я ж бы его, мозгляка, научил… Ох, научил бы!.. Да я бы… У-ух!..
Он зажмурился, спрятал в мешках век удочки и простонал.
— Ишь его разбирает: — засмеялся кто-то.
— Что это ты все: «я! да, я»… Интерес какой! — крикнул парень, — человек, может быть, досказать хочет, а ты опять про себя! Ну, как же, Мирон? А?
Мирон, с еле заметной улыбкой внимательно наблюдавший за горбуном, нагнулся к костру, пошевелил палкой угли и продолжал:
— Дальше можно или очень много рассказать, или ничего. Жизнь обоих потом была полна приключений, бродяжничества и вольного труда. Кой что порасскажу вам после, в другие вечера. Но сейчас мне бы хотелось защитить Ряхина. Посудите сами, друзья! Если правда, что Ряхин — это я сам и есть, то что же тогда выходит? Я, то-есть, Ряхин, расхваливал себя на все лады. И «гений» я, и «настоящий человек» и все прочее. А про своего друга, с которым вместе многое пережил — то и дело повторял, что он был и дураком, был и глупым, был и недалеким!.. Хорош тогда гусь этот самый Мирон Ряхин!
Нет, приятели! Ряхин не таковский. Уж по одному этому ясно, что я — не Ряхин. Если хотите знать, он три года назад расстался с Иваном Гавриловичем и занялся изучением авиации. Как ему это удалось при его пожилом возрасте — его секрет. Но он сказал, что ему надоело карабкаться жуком по земле и смотреть снизу вверх на облака, а хочется посмотреть на спину матушки-земли, проносясь вверху, в глубине воздушного океана с быстротою циклона. Ну, а при желании чего не сделаешь!