Сергей Щербаков – Старшинов (страница 79)

Овидий ЛЮБОВИКОВ

Н. Старшинову

Полки оставили привалы. Остыл в березняке костер. Я не пробился в запевалы, Однажды был зачислен в хор. Тому завидовал, не скрою, Кто, уловив старшинский знак, Походную над нашим строем Вздымал решительно, как флаг. Запев звенел поверх пилоток, Чеканил шаг, стремил вперед. В сто двадцать пять луженых глоток И мы вступали в свой черед. А строй держался и не рвался, Утюжил глину да песок. Как ни старался я, терялся Среди других мой голосок… Да, в запевалы я не вышел. Но, напрягая скромный бас, Я не тужу — меня не слышат, Куда важнее — слышат нас.

Сергей МНАЦАКАНЯН

Н. С.

Десяток бед — один ответ перед эпохой, а Вы — солдат, а Вы — поэт, и, как ни охай, Вы уходили молодым в такое пекло, что небо, выдыхая дым, от боли слепло. Житуха, в общем-то, не рай, но полной чашей переплеснулись через край две жизни Ваши… Одна — взрывающийся лес, вой пулемета, вторая — срез ночных небес, поля блокнота… Сдирая в кровь костяшки рук, судьбу со страстью берете, как зубастых щук японской снастью! Душа — как вьюга! — добела, хрипя от боли, и если баба предала — простите, что ли. Авиапосвист. Синева. Командировки. Вы дерзновенней соловья, а в чем-то робки… Две жизни Ваши — в мастерской, в часы болезни, как слитые в одной прямой литые рельсы. Такой отчаянно-живой, что рвутся жилы, Вы не одну, а две с лихвой судьбы прожили. И две судьбы в одну слились — и жизнь едина среди деревьев и больниц, любви и дыма.

Борис ПУЦЫЛО