Сергей Самылкин – Warhammer 40 000: Отверженный (страница 2)
Проклятье! Да эта дрянь даже заметно светилась в темноте, чего уж говорить о запахе!
Поэтому я просто остановился в шаге отмёртвого человека и тяжело вздохнул. После чегоопустился перед ним на колени иначать осознавать всё что произошло со мной за последнее время.
«Нет, такого места не может существовать», – как-то до смешного спокойно сообщил я своему «другу» Герри, сразу после того, как убедилсамогосебя в том, что двигался в одном направлении достаточно долго для того, чтобы пройтинасквозь несколько крупных заводов.
А в таких условиях насмотреться на всё встреченное мной, да не найти ни одного живого человека? Невозможно! Просто невозможно!
Хотя…
«Если посмотреть на происходящее с другой стороны, то тыведьтожепочтичеловек? А, приятель?» – схватившись за собственную голову спросил я у скелета.
К моему счастью, он уверенно промолчал,ая и не надеялся получить ответ от подобного «собеседника».Однако, ничего из этого не помешало мневременами озвучивать разрозненные мысли.
– Хм…думаю, если я останусь здесь, то стану таким же как ты.Однако! Я умирать не только не хочу, но и не собираюсь! Наоборот, буду жить долго, да ещё и счастливо! А вот превращаться в бродящего по этим тоннелям одинокого отшельника я не собираюсь!– внезапно, мне удалось уловить и озвучить ту мысль, которая обречена была стать моей мотивацией до тех пор, пока я не найду что-нибудь получше.
И именно эта мысль заставила менявоспринимать мертвеца не как несчастную душу или декорацию, нокак на потенциальный источник добычи. Ну, если уж быть с собой честным, это быликрайняя мысль, голод, слабость, жажда и немного страх.
Поэтому я,встав на колено и отряхнув руки, собрался было обшарить скелет, который сохранял форму засчёт опоры на гору мусора исвою одежд, но, неожиданно для себя, замер и начал сравнивать наши с мертвецом габариты. Ведь если допустить что человек передо мной был при жизни ростом метр семьдесят, то выходило что мой рост непревышал метра двадцати…
«С другой стороны, что я знаю о снах? – вновь задавшись поизносившимся вопросом я ущипнул себя, хотя и такпродолжал чувствовать ослабшуюболь от порезов, после чего снова воскликнул, – ауч! Нифига это не сон!»
Благо шум воды должен был заглушить разговоры и скрыть проявленную наивность от стен, поэтому сжав зубы я продолжил своё грязное дело. И, первым делом, заметил своим острым взглядом то, что мертвец сжимает в руках запылившийся портсигар или нечто подобное ему.
«Прости друг, но теперь тебе нужен покой, а не курево», – сообщил я, невольно оттягивая момент мародёрства.
И, окончательно пересилив себя, аккуратно вытащил из костлявых пальцев мертвеца предмет, затем сдул с него пыль. После чего нашёл вескую причину больше не сдерживаться, закричал и рывком бросился в сторону, чтобы вместо этого растянуться на полу,зацепившись ногой за кости или вездесущий мусор.
И раз уж всё вышло именно так, то мне оставалось лишь смириться со скорой смертью, ведьза те несколько мгновений, которые прошлипока я разглядывал отражениевозникшеена полированном металлическом корпусе украшенном небольшим изображением аквилы, мнеудалось разглядеть за своей спиной черты жуткого чудовища, с горящими недобрым огнём глазами.
Однако,время всё шло, а на меня так никто и не набросился. Поэтому я выждал пару минут, огляделся вокруг иубедился в том, чтомонстра рядом со мной уже нет. А ведь не было ничего похожего на звук шагов ни перед его появлением, ни перед пропажей. Из-за чего я вновь начал пытаться осмыслить произошедшее, постепенно осознавая страшную для меня истину. В чём больше всего помогал ранее найденный предмет.
Пугающим образом искажённым и устрашающим невооружённый людской взгляд чудовищем былименноя. И этоименно мои глаза, мои новые и прекрасно видевшие в кромешной тьме глаза, горели тем угрожающим светом. Да и то что поначалу показалось мне толстым слоем грязи, который можно было бы счистить со здоровой кожи, похоже было моим новым и вполне естественным цветом.
«Нет! Просто… просто, нет! Сука! Судьба, богиня, демоница или кто ты там?! Самка собачья, да будь ты проклята! Чем?! Ну чем я заслужил такое посмертие или перерождение?! Уж поверь, я тебе – твари такой, собственными зубами горло порву, едва толькосмогу донего добраться!» – моя ругань,воспроизведённая высокимдетским голосом, да ещё и сквозь истерический смех, прозвучала одновременно трагично и отчаянно, но, самое главное, она оставалась безответной, а ржавые стены всё так же мрачно нависли со всех сторон, и лишь тусклая аквила обещала что-то кроме смерти и одиночества.
Глава 2 «Один в темноте»
Не представляю сколько времени я провёл возле гротескного скелета, но постепенно мне удалось преодолеть последствия полученного удара судьбы и избавиться ототчаяния, которое грозило сковать меня незримыми цепями и, в итоге, погубить. Благо, мне удалось зацепиться за желание сохранить собственную жизнь, ценность которой никак не изменилась из-за смены облика.
Пожалуй, главной причиной думать именно так, стал тот непреложный факт, что мне удалось в полной мере сохранить собственный разум. Мне ведьвсегда казалось, чтовнешность людей никогда не позволяла полностью распознать их суть.Даже притом условии, что мои новые знакомыенепытались скрывать что-то от окружающих или играть на публику.
Поэтому,понемногу я убеждал себя ни в коем случае не зацикливаться на том, как теперь выгляжу.Так мне и удалось избавиться от ужаса, пришедшего с первым взглядом на собственное отражение и некоторое время обволакивал меня словно плотная маслянистая плёнка.
Да и чудовищный лик быстро поблек в памяти, стоило только переключиться на решение насущных задач. И лишь образ вечно горящих глаз,казалось навеки, отпечатался в моей памяти, словно древний монолит некронтир.
И, когда всё это произошло,мне удалось вновь подняться на ногии продолжить работу руками, которые благо были устроены вполне по человечески и легко забирались в карманы одежды. Жаль только, что обыск останков должен был стать для меня разочарованием.
Ну, наверное…
Не триумфом же мне нужно было это называть?Ведь не считая непонятного футляра, который я по привычке принял за портсигар, хотя и оказался не в силах открыть, мне удалось добыть только паруприблизительно пятисотграммовых брикетов, украшенных многочисленными и непонятными надписями на плотной упаковке, пустую флягу и довольно паршивый самодельный нож.
Впрочем, из неожиданныхбонусов, я быстро догадался о содержимом и предназначении брикетов. Ведь на краю одного из них виднелись следы зубов, которые не справились с упаковкой. Ну а аккуратно отрезав и обнюхав кусочек, я окончательно уверился в том, что этопревращённая в порошок и спрессованная кем-то пища.
Послетакого открытия, мне пришлось хорошенько подумать над тем, стоило ли это есть. Ведь не имея питьевой воды ярисковалпопроступодавитьсяподобнойсухомяткой, да и обязательно бы усугубил нарастающую жажду. А, сшансами найти здесь источники доступной питьевой воды, дела обстояли «весело» и только и делали что внушали «оптимизм».
Всё-таки из-заустойчивогочувства голода мною было принято половинчатое решение, по принципу «Главное! Не навреди». И я отправил в желудок всего несколько кусочков безвкусной дряни, предварительно тщательно пережевав их и напитав слюной.
Впрочем, даже это было воспринятоистощённым организмом как подарок. Поэтому я почувствовал себя немного лучше,стоило пройти какому-то смехотворному промежутку времени.
Но, наверняка, мне не стоило надолго задерживаться возле этого токсичного водопада или, скорее, водосброса. Ведь место было излишне открытым, а шум воды мешал слышать не только меня, но и мне. Однако, перед уходом я наконец обратил внимание на то, что у меня не было никакойодежды.
И ещё немного задержалсяздесь радитого, чтобы забрать или порезать все вещи мертвеца и исправить вскрывшуюся несправедливость. Именно благодаря этому у меня появились примитивная набедренная повязка, пародия на заплечный мешок и ножные обмотки.
Впрочем, ткани хватило бы и на большее, но худшуюеё часть я потратил на то, чтобы плотно и тщательно обмотать своё лицо, оставив открытыми только глаза ииныежизненно необходимые отверстия.
Предосторожность на случай встречи с… да по сути слюбыми обитателями этого мира, в существование которых мне очень хотелось верить.
Одна беда, занятие подобным ремеслом потребовало от меня массувремени и сил. Так что несмотря на усилившуюся жажду, я отломил и съелещё несколько кусочков брикета, а затем повторил процедуру ещё несколько раз. И, в итоге, от содержимого вскрытой упаковки, осталось не большетрёх четвертей.
– Покойся с миром и спасибо тебе, – напоследок сказал я мертвецу, после чего сбросилодиноко лежавшиекости вниз, прямо в поток ядовитой жидкости.
Ведь я был благодарен не только за вещи сомнительной ценности, но и забесценный намёк на то, что где-то в округе должны были водиться живые существа. Не факт конечно, чтовсе живущие здесь окажутсяразумнымии неагрессивными. Однако! Если у них окажется при себе лишняя питьевая вода, я буду готов перетерпеть многие неудобства.
И только одно внушало опасения, которые ничем нельзя было побороть. Если мертвец пробыл здесь так долго и егоникто не обобрал до меня, то можно былоувереннопредположить, что путь до людей был либо оченьдалёким, либо очень трудным. Поэтому я отправился на его поиски скорее с мрачной решимостью, чем воодушевившись всем происходящим.