Сергей Самылкин – Warhammer 40 000: Отверженный (страница 1)
Сергей Самылкин
Warhammer 40 000: Отверженный
Глава 1 «Попал, так попал»
Едва только наступило время мне пробудиться и начать вновь осознавать себя, как я почувствовал удивительную жёсткость постели, а также приметил тот безрадостный факт, что тьма по-прежнему окружала меня со всех сторон. Впрочем, поначалу, я был рад даже такому раннему и неприятному пробуждению, ведь оно позволило мне вырваться из очередного кошмарного сна.
Однако! Облегчение было совсем недолгим, ведь почувствовать ненормальность всего происходящего, как и угрозу исходящую со стороны моего окружения, оказалось совсем нетрудно.
Да, в первые секунды я подумал, чтовокруг меня всё заволакивает такая же тьма, которая зачастую царит в лунную ночь. А всё из-за того, что я на удивлениелегкомогразглядеть всё что располагалось вокруг.
Вот только благодаря этому я очень быстро понял что нахожусь не только за пределами собственного дома, но в совершенно незнакомом мне месте!И, совсем несложно оказалось признавать подобный факт, поначалу именно это открытиеотвлекло меня от всех иных мелких деталей и странностей!
«Где я?!» –не удержавшийся в моём горлеиспуганный возгласоказался похож надетский писк и со всеми потрохами выдал то, насколько я был потерян и шокирован. Впрочем, было бы удивительно почувствовать себя иначе, ведь если я иочнулся от дурного сна, то только для того чтобы оказаться на новом уровне кошмара!
Да! Точно! Наверняка эта тёмнаяметаллическая пещера, наполненная затхлым воздухом илишённая исправно работающихисточников света, былалишьпродолжением прошлого кошмарного сна! Того самого, в котором неосязаемые титаныупорно боролись за саму мою душу, при этом будто не замечая того, что она вот-вот порвётся на части под их остервенелым напором. Однако! Даже оставаясь увлечёнными подобным занятием, они всё равно успевали поспорить о множестве иных судеб.
А ведь при всём этом,средимногочисленныхспорщиков были псоглавые чудовища, многоликие фантомы облачённые в мантию из бегающих электрических разрядов и даже могучийвоитель закованный в золотые доспехи, которые сияли обжигающим божественным светом!
Странно, но именно от последнего воспоминания мне как-то сразу стало легче на душе. Жаль, но и на этот раз облегчение было совсем недолгим, ведьвскоре я начал сомневаться в том, что подобные мысли вообще были возможны во время сна. Во всяком случае, мне никогда раньше не доводилось мыслить такотчётливо, пока я находился в объятиях Морфея. Наверное, именно поэтому первым же делом мне пришла в голову идея потихоньку начать двигатьсяи, если вдруг выяснится что меня бросили здесь несвязанным, ухватиться за свою руку, желая быстро и до самого конца определиться с реальностью происходящего.
Но пускай мне очень хотелось, чтобы всё это оказалосьпросто более глубоким погружением в сон, когда я излишне сильно ущипнул руку, то сомнения в реальности происходящего пропали, а по округе разнёсся всё такой же неоправданно высокий голос: «Ауч! И о чём я – дурак, только думал… больно же,проклятье!»
Очевидно, оказавшись в подобных обстоятельствах, я был готов мелить языком любую чепуху, лишь бы не чувствовать себя одиноким и отгонять подступающую к горлу холодную и костлявую хватку ужаса перед необъяснимым. Ведь если раскинувшееся вокруг пространствобылореальным, то настоящим было и ощущение того, что вместо собственнойкрепкой мужскойруки я схватился за тонкую, но отчего-то чрезвычайногрубую детскую ручонку.Наверняка ещё и покрытую толстым слоем грязи, уже ставшим напоминать вторую кожу.
А испытать подобное было даже покруче, чем проснуться не в привычном месте, а в совершенно незнакомом, непонятном и необъяснимом. Хотя… о последнем я, пожалуй, врал самому себе. Ведь чемтщательнее и внимательнее становился процесс изучения окружения, тем отчётливее я понимал что нахожусь в каких-то старых катакомбах.
Жуткие и тёмные, они состояли из грязи, мусора и старого металла. И, как мне сразу стало казаться, больше всего здесь было именно металла. Притом не добротного, а очень старого, неухоженного и, это становилось ясно с первого взгляда, уже не слишком надёжного. Такого, которыйдавнопроржавел во многих местах из-за ручейков влаги сбегавших откуда-то сверху.Но, зато, от этого помещения расходилось множество ходов, которые может и были захламлены, но оставались проходимыми.
Значит, я вовсе не был заперт здесь! Или, по меньшей мере, не застрял в единственном мрачном помещении, которое было способно вызвать лишь тревогу.
Однако! Это место быстро заставило меня пожалеть даже о хорошем, на первый взгляд, открытии. Ведь расшумевшись я умудрился сразу жепривлечь внимание каких-то зверей. После чего вдалеке послышалось неуверенноестрекотание, а спустя десяток секунд и хриплый визг, который начал стремительно приближаться.
«Сейчас можно бить или бежать, но нельзя долго думать и быстро помирать», – проронил я, ещё на середине фразы вскочив на ноги и бросившись в самом безопасном сейчас направлении, желая оказаться как можно дальше от источника звука.
И реакция то была верной, однако, яочень быстро осознал то, что бежать приходится стучабосыми ногами по грязному и захламлённому полу. А это было опасно! Даже очень!Нонельзя было сбавлять темп, даже рискуя навернуться или пораниться из-за какого-нибудь гвоздя, ведь я уже рискнул обернуться иувидел много красных глаз за спиной, после чего схватил такой приток адреналина в кровь, какой не чувствовал уже очень давно.
Вот только, несмотря наприродное ускорение и прилагаемые к бегу усилия, ничто уже не могло мне помочь. Ведь красные точки стремительно приближались и мне бы никак не удалось оторваться от их обладателей, не в этом «забеге». Поэтому меня вновь спасли мои мозги, ну или достаточно острое зрение. Ведь именнообшаривая взглядом всё вокруг, язацепился мыслью за валявшуюся на полу металлическую лестницу.В первую очередь из-за того, что рядом с ней, на стене, виднелись довольно большие и глубокие дыры,которые остались от вырванного крепежа.
Более чем достаточно для того, чтобы догадаться о существовании неприметного пути наверх, а потом и разглядеть частично заваленный лаз.
Ипускайя не особо понимал смогу ли пролезть в него,этот путь был для меня лучшим. Проклятье, да это был мой свет в конце тоннеля, источник надежды и маленькое персональное чудо! Поэтому ясразу жепопытался приставить лестницу к стене, а когда не смог и понял,что этобыло делом безнадёжным, ведь сил у меня в любом случаене хватало, то решил цепляться за дыры.
Единственное, мне удалось подхватить с пола кусок арматуры, который был загнут с одной стороны, прямо как настоящий крюк, который и стал теперь моим главным подспорьем в «скалолазании», а при худшем развитии событий ещё и мог стать импровизированным оружием. После чего я быстро взобрался наверх и своим трофеем немного отодвинул в сторону лист металла, который мешал мне пролезть через люк.
Правда,я смог отодвинуть его на десяток сантиметров, да и то в лучшем случае,потому поцарапал руку и бока, пока простовтягивал своё тело наверх. И хотя поначалу былооченьбольно, я был такобрадован своим успехом и выживанием, что едва не закричал именно от радости, а не из-за полученныхран.
Впрочем, звери никуда не делись и когда визг раздался прямопод моими ногами, самым ярким образом напоминая о существовании угрозы, я сразу ухватился крюком за дырку в недавно отодвинутом листе и наглухо перекрыл использованный проход. После чего навалил сверхунебольшую горумусора ипобрёл прочь отсюда, переборов соблазн устроиться на отдых возле ближайшей стены, но всё равно опираясь на неё.
Думаю, это было самым правильным решением из возможных, ведь оставшись в том месте где наделали столько шума, я бы мог не только навлечь на себя новые опасности, но и рисковал сойти с умаиз-за накатывающих волнами параноидальных мыслей и обвинений самого себя в сумасшествии.
Поэтомумне только и оставалось брести вперёд, как минимум до тех пор, пока не исчезнут последние отзвуки шума, издаваемого так и не увиденными мной тварями.Хотя, нет! Не так просто обстояли дела, ведь была ещё назойливая мысль о том, чтобы шевелиться пока не упаду без сил, не увижу что-нибудь способное привлечьвнимание или, о… это было бы куда лучше, способное дать надежду на лучший исход.
И, окажись я в совершенно иных обстоятельствах, я бы мог очень долго сомневаться в правильности своего решения, похоже именно оно оказалось судьбоносным. Ведь только упёртобредя вперёд и выбирая пути наугад, пусть и пытаясь помечать направление движения нечёткими чертами, выскребаемыми в стенахпри помощи куска арматуры, мне удалось дойти до странного места, гдедля моего взора открылсяуходящий далеко вниз обрыв.
И именно здесь, на самом краю обрыва, я увидел закутанный в тряпьё скелет гротеска, едва напоминавшего человека из-засвоих искажённых пропорций и лишних конечностей, после чего услышал неподалёку звук льющейся потоком воды, который не только заставил меняпереступить через отвращение иподойти к мертвецу,но и подарил надежду напиться.
Впрочем, мечтам не суждено было воплотиться в жизнь, ведь от потока жидкости несло химикатами с такой силой, что дажеобезумивший от жажды пустынник не стал бы это пить.