Сергей Сафронов – П.А. Столыпин: реформатор на фоне аграрной реформы. Том 2. Аграрная реформа (страница 64)

15 июля 1906 г. Общеземская организация обратилась к П.А. Столыпину с отношением. В нем говорилось о необходимости немедленно приступить к оказанию благотворительной помощи населению. Поскольку у организации средства отсутствовали, управа просила об отпуске ей на благотворительную помощь 10 % от казенных средств, назначенных на проведение продовольственной кампании. П.А. Столыпин наложил резолюцию: «Министр финансов, с которым я говорил, находит возможным дать им немедленно аванс. Дело это должно решиться в августе на междуведомственном совещании, но почел бы возможным уже теперь ассигновать им тысяч сто»[432].

1906–1907 гг. были еще более более бедственными. Виды на урожай 1906 г. были отличными, однако засуха с суховеями, затем, в сезон уборки, целый набор природных катаклизмов: проливные дожди, градобития, бури, а также нашествие вредных насекомых. «Неурожай оказался, несомненно, исключительным по размерам»: он затронул 49 губерний и областей Европейской и Азиатской России. Здесь необходимо отметить, что на сей раз лишь немногие губернии пережили сплошной неурожай – в большинстве он был «пестрым»: в одних уездах не уродилось ничего, в других же (порой даже соседних) урожай вышел удовлетворительный, а то и прямо хороший. Зима 1906–1907 гг. оказалась необычно суровой, весна наступила поздно, урожай в результате был весьма неудовлетворителен в 19 губерниях. Наконец, не оправдал надежд и 1908-й, хотя картина урожая предстала крайне пестрой. «Сколько-нибудь обширного района сплошного неурожая в 1908 г. не было, в 19-ти губерниях России урожай был средним (то есть более или менее соответствовал среднему за предыдущее пятилетие), в 33 губерниях Европейской России и Сибири был выше среднего, в 20 же губерниях и областях был ниже среднего, то есть более или менее неудовлетворителен». Среди этих последних губерний: Бессарабская, Воронежская, Иркутская, Калужская, Киевская, Курская, Московская, Орловская, Подольская, Полтавская, Саратовская, Смоленская, Ставропольская, Таврическая, Тамбовская, Тверская, Херсонская, Черниговская, а также Акмолинская область и Келецкая губерния Царства Польского[433]. В общей сложности голодало 22 губернии. По оценке А.С. Ермолова голод 1905– 1906 гг. по тяжести вплотную приблизился к голоду 1891–1892 гг. Как и тогда, в большинстве губерний запасы общин обнаружили сильную недостачу, из-за чего Государственное казначейство вынуждено было экстренно выделять средства на закупку хлеба (77,5 млн руб. выделено, куплено на них свыше 75 млн пудов хлеба)[434]. Министерство путей сообщения разрешило внеочередную перевозку закупленного хлеба в пострадавшие губернии, а Министерство финансов установило льготные тарифы на перевозку.

С голодом снова велась энергичная борьба, на которую правительству пришлось затратить до 173 млн руб. Снова в Санкт-Петербурге образовался Центральный комитет по оказанию врачебно-продовольственной помощи – из представителей Министерства внутренних дел, Главного управления землеустройства и земледелия, Министерства финансов, Государственного контроля. В многочисленную семью чиновников разных ведомств были допущены делегаты Общества Красного Креста, «Трудовой помощи» и председатель Общеземской организации. На Комитет была возложена обязанность распределять средства, отпускаемые правительством на благотворительную (безвозвратную) помощь голодающим. Комитет признал благотворительную помощь необходимым коррективом в правительственной ссудной операции. Но он потребовал смет и доказательств нужды.

Незадолго до начала совещания 11 августа П.А. Столыпину было послано письмо саратовского правого земца графа А.А. Уварова, в котором он сообщал соображения, касающиеся деятельности Общеземской организации. Указывая, что после окончания уездных выборов состав Саратовского земства будет консервативным, граф А.А. Уваров замечал, что Общеземская организация, особенно если будет иметь в своем распоряжении значительные денежные средства, отпущенные правительством, сумеет с помощью старой губернской управы «создать из своей помощи сильное оружие пропаганды своих, несомненно левых, идей». Такая пропаганда будет особенно сильна ввиду предстоящих выборов в Государственную думу. В связи с этим граф А.А. Уваров считал, что было бы более целесообразным, если бы правительство отказало Общеземской организации в ассигнованиях. Имевшиеся средства лучше было бы передать в распоряжение Попечительства о трудовой помощи, поскольку оно «действует всюду именем государыни императрицы, что бесспорно особенно ценно в политическом отношении». А в случае недостатка людей ему могут оказать помощь уездные управы. Таким образом, Общеземская организация в ответ на свои либеральные выступления могла получить мощный удар со стороны правых земских деятелей, готовых прийти на помощь правительству для борьбы с голодом.

Продовольственное совещание открылось 31 августа. Оно признало желательным «развитие деятельности Общеземской opгaнизaции», однако ассигновка на благотворительность составила лишь 4 млн 160 тыс. руб. Однако, обсуждая варианты распределения ассигнованных средств, Совещание не смогло прийти к единому мнению. Таким образом, данный вопрос был целиком передан на решение П.А. Столыпина. При этом стоит отметить, что за передачу средств Общеземской организации выступило подавляющее большинство председателей губернских управ. Можно предположить, что они надеялись получить посредством организации средства, превышающие размер первоначальной ассигновки, одновременно взяв под свой контроль их распределение на местах. Не исключено также, что некоторые земства не хотели брать на себя ответственность за организацию благотворительной помощи населению.

В заключении П.А. Столыпина было сказано, что, разделяя мнение большинства совещания о том, что средства на оказание благотворительной помощи должны быть ассигнованы правительством не непосредственно Общеземской организации, а в распоряжение земских учреждений, он предоставляет самим губернским земским собраниям определять порядок расходования этих сумм «либо собственным распоряжением, либо распоряжением общеземской организации»[435]. Таким образом, П.А. Столыпин решил предоставить самим земствам решать, каким образом они готовы распределять полученные средства.

19 ноября 1906 г. князь Г.Е. Львов, после посещения Самарской, Уфимской и Казанской губерний для ознакомления с положением голодающих и постановкой продовольственной и благотворительной помощи на местах, обратился с письмом к П.А. Столыпину. В нем он вкратце излагал материал, собранный в результате поездки. Князь Г.Е. Львов отмечал, что «на местах наступает грандиозное мировое несчастье». На протяжении 1 000 верст он нашел старый хлеб только в 11 селениях у нескольких домохозяев, а нового хлеба не было нигде, продовольственных запасов нигде не заготовлено, и приобрести хлеб на местах невозможно. На этом письме П.А. Столыпин поместил резолюцию, адресованную товарищу министра внутренних дел Н.С. Гербелю: «Я находил бы необходимым от моего имени телеграммою вызвать сюда князя Львова. Узнайте его адрес и телеграфируйте». Результатом этой встречи стало некоторое изменение в отношениях правительства и организации.

10 января 1907 г. П.А. Столыпин утвердил Положение о Центральном комитете по оказанию врачебно-продовольственной помощи населению, пострадавших от неурожая местностей. Он создавался для выработки направлений наиболее целесообразного распределения средств, отпускаемых правительством в целях достижения максимального результата благотворительной помощи. В состав комитета, согласно уставу, должны были войти представители Красного Креста, Попечительства о трудовой помощи, Общеземской организации и других частных учреждений и обществ, оказывающих населению благотворительную помощь на местах, три представителя МВД, два – Министерства финансов, один – Государственного контроля, а также особо приглашенные МВД лица, которые могли оказать помощь пострадавшему населению. В итоге в составе Комитета оказалось много высокопоставленных чиновников. Председателем Комитета был избран один из наиболее деятельных администраторов, действительный тайный советник А.С. Ермолов, а его заместителем – лейб-хирург, тайный советник Е.В. Павлов. От Общеземской организации в состав Комитета вошел князь Г.Е. Львов.

Создание Центрального комитета было, безусловно, положительной мерой, способной облегчить и действительно существенно облегчившей положение населения. К сожалению, оно было произведено слишком поздно, когда бедствие уже достигло значительных размеров. Председатель Комитета А.С. Ермолов, обследуя голодающие местности, пришел к выводу, что бедствием населения является не только голодовка, поскольку прямого отсутствия пищи в большинстве местностей не было, или было только в единичных случаях, сколько плохое, недостаточное питание. И все же по результатам поездки А.С. Ермолов пришел к заключению, что, несмотря на значительную нужду населения, в 1906 г. благодаря правительственной деятельности, а также «благодаря деятельности земств, Красного Креста, Общеземской организации» и других частных благотворительных кружков и организаций и всего более – благодаря самоотверженной работе местных деятелей из всех без исключения классов населения, горшую беду удалось на этот раз предотвратить»[436].