Сергей Сафронов – П.А. Столыпин: реформатор на фоне аграрной реформы. Том 1. Путь к политическому олимпу (страница 97)

Морской министр И.М. Диков считался фигурой переходного периода, родился он в 1833 г. в семье дворян Херсонской губернии, живших в Николаеве. В 1854 г. И.М. Диков поступил в Черноморскую школу флотских юнкеров. В том же году, будучи на плавательной практике на корабле «Двенадцать апостолов», И.М. Диков встретил Крымскую войну и оказался в числе защитников осажденного Севастополя, получив за личную храбрость «Знак отличия Военного ордена» (так называемый «Георгиевский крест»). В следующем году его произвели в гардемарины, а в 1856 г. дали офицерский чин мичмана. На корвете «Кречет» он участвовал в Кавказской войне 1862–1864 гг., поддерживая огнем русские войска и прибрежные редуты. Тогда же И.М. Дикова произвели в лейтенанты и наградили орденом Святого Станислава 3-й степени, медалью и крестом «За покорение Кавказа». Во время Русско-турецкой войны 1877–1878 гг. он, возглавив отряд судов, перешел в устье Дуная, где в Сулинском гирле поставил минное заграждение, на котором вскоре подорвалась канонерская лодка «Суна». Затем И.М. Диков участвовал в бомбардировке Сулина, во время которой, находясь на шхуне «Опыт», вступил в перестрелку с броненосцем «Хавэн Рахман» и повредил его. В 1881–1885 гг. И.М. Диков возглавлял Черноморский учебный минный отряд. В конце 1886 г. его назначили исправляющим должность главного инспектора минного дела и перевели в Санкт-Петербург. В 1890 г. И.М. Дикова снова назначили на Черноморский флот – младшим флагманом практической эскадры. С 1897 по 1900 г. он служил в Санкт-Петербурге в должности председателя Морского технического комитета, а с 1901 г. он член Адмиралтейств-совета. В декабре 1905 г., ровно через 50 лет беспорочной службы, И.М. Дикова произвели в адмиралы; ему шел 68-й год. С 1906 по 1907 г. он состоял членом Государственного совета обороны. В 1907 г. адмирала И.М. Дикова (в 75 лет) назначили морским министром.

С.Ю. Витте писал, что он «человек весьма порядочный, с незапятнанной во всех отношениях репутацией, Георгиевский кавалер». Далее премьер замечал, что И.М. Диков «ни по своим способностям, ни по своим летам… не был предназначен для того, чтобы занять пост Морского министра, а потому он продержался на этом посту очень недолго». А.Ф. Редигер, соглашаясь с С.Ю. Витте по поводу личных качеств И.М. Дикова, дал ему весьма странную характеристику как профессионалу. Он написал следующее: «Генерал-адъютант Иван Михайлович Диков, моряк, участник Севастопольской обороны, был чрезвычайно хороший и почтенный старец лет семидесяти; в военных делах он ничего не понимал»[679]. В начале 1909 г. И.М. Дикова наградили бриллиантовыми знаками ордена Святого Александра Невского и назначили членом Государственного совета. Умер в конце 1914 г. За заслуги перед Отечеством и как защитника Севастополя его похоронили во Владимирском соборе рядом с могилами П.С. Нахимова, В.А. Корнилова и других адмиралов, защищавших город в период Крымской войны.

И.М. Диков был заменен на посту морского министра С.А. Воеводским, который происходил из дворян Смоленской губернии. Родился в 1859 году в семье адмирала А.В. Воеводского (1813–1879). После окончания морского корпуса в 1878 г. был произведен в гардемарины. В 1878–1881 гг. С.А. Воеводский находился в кругосветном плавании на клипере «Джигит». В 1884 г. он окончил курс Николаевской морской академии по кораблестроительному отделению, был произведен в чин лейтенанта; с 1886 г. плавал в Балтийском море и за границей. В 1899 г. был назначен командиром лодки «Храбрый», строившейся на Санкт-Петербургском адмиралтейском заводе. В первое же заграничное плавание лодка потекла. Представленное по этому поводу донесение С.А. Воеводского произвело сенсацию разоблачением недостатков отечественного судостроения, фактическим руководителем которого был адмирал В.П. Верховский. Лодка была исправлена в Тулоне. Назначенный командиром учебного судна «Верный», С.А. Воеводский плавал в 1902– 1903 гг. в отряде судов морского корпуса. В 1906 г. он командовал отрядом судов морского корпуса и в августе того же года был назначен начальником Морской академии и директором Морского корпуса; на этом посту С.А. Воеводский был произведен в 1907 г. в контр-адмиралы и зачислен в свиту Николая II. В 1908 г. его назначили товарищем морского министра, а в 1909 г. – морским министром. По всеобщему убеждению С.А. Воеводский был милым человеком, но плохим министром. Будущий товарищ Морского министра М.В. Бубнов говорил о нем: «По своему характеру… он не сумел ничего сделать», а С.Ю. Витте так характеризовал морского министра: «Сам по себе он представляет скорее кавалергардского офицера, нежели моряка. Человек он почтенный, в смысле деловом и в смысле таланта ничего собой не представляющий; человек с хорошими манерам и весьма порядочный»[680]. А.Ф. Редигер, познакомившейся с С.А. Воеводским лишь в Государственном совете, замечал, что «не такой человек нужен был тогда на должность морского министра: чтобы привести в порядок морское ведомство, нужна была железная воля и твердая рука». Вместе с тем бывший военный министр относился с огромной симпатией к этому своему коллеге по Государственному совету и замечал, что «будь они у Воеводского, он при своем уме и знаниях может быть и справился бы с задачей, но тогда он, вероятно, не был бы тем симпатичным человеком, которого я узнал и полюбил уже после увольнения его от должности министра с назначением его в члены Государственного Совета»[681]. В марте 1911 г. С.А. Воеводский оставил пост министра с назначением членом Государственного совета, где вошел в группу правых. После Гражданской войны жил в эмиграции. Умер 18 августа 1937 г. в Виши, похоронен в Ницце.

Следующим морским министром стал И.К. Григорович, родился он 26 января 1853 г. на Васильевском острове в Санкт-Петербурге. Его отец служил на флоте и был генерал-майором, потомственным дворянином Полтавской губернии, а мать была урожденной баронессой фон дер Ховен-Приваловской. Впоследствии семья Григоровича переехала в Кронштадт, а потом в Ревель. В 1869 г. отец решил отдать сына в морской корпус. После успешного окончания И.К. Григорович был произведен в гардемарины, а в 1875 г. – в мичманы. В 1878 году И.К. Григорович и еще несколько русских моряков на пароходе «Цимбрия» с целью отвлечения внимания Великобритании от русско-турецкого театра военных действий отправился в Северную Америку, где вошел в состав экипажа корабля «Забияка». В период с 1883 по 1899 г. он проходил службу на кораблях различных флотов Российской империи. 15 февраля 1899 г. капитан 1-го ранга И.К. Григорович принял командование новейшего эскадренного броненосца «Цесаревич», а в 1903 г. прибыл в Порт-Артур, где и вошел в состав Тихоокеанской эскадры. Вскоре началась Русско-японская война. В апреле 1904 г. по высочайшему повелению он был назначен главным командиром порта и военным губернатором Порт-Артура с производством в контр-адмиралы. Во многом благодаря И.К. Григоровичу русская эскадра, базируясь в осажденном городе почти до последних дней, сохраняла способность сражаться на море и содействовать армии. Но судьба Порт-Артура решалась не в море, а на суше. По возвращении в Россию адмирал И.К. Григорович был прикомандирован к адмиралтейству. Летом 1905 г. его назначили начальником штаба главного командира Черноморского флота. Череда восстаний на кораблях и в береговых частях Черноморского флота вынудила правительство произвести полные кадровые перестановки. И.К. Григорович был назначен в Либаву командиром порта имени Александра III. Неспокойно было и там. В октябре 1908 г. адмирал получил новый перевод по службе в Кронштадт. 9 февраля 1909 г. командира Кронштадтского порта и военного губернатора Кронштадта И.К. Григоровича назначили заместителем морского министра[682].

После Русско-японской войны главными силами военных флотов стали дредноуты. Броненосцы, потерянные Россией в Порт-Артуре и Цусиме, утратили значение. Страна получила уникальный шанс включиться в новый тур гонки морских вооружений почти на тех же условиях, что и ее соперники. Но время шло, а дело стояло на месте. Препятствием на пути строительства флота стала Государственная Дума. Депутаты не верили первым лицам адмиралтейства. Они считали, что флот обойдется дешевыми миноносцами и подводными лодками, а деньги нужны для усиления армии. А о строительстве новых морских заводов они вообще не хотели слышать. Адмирал И.К. Григорович с грустью писал: «1909 г. прошел бесцельно. Из-за отсутствия доверия морскому ведомству со стороны законодательных учреждений никакой деятельности проявить было нельзя». В Думе на морских руководителей нападал А.И. Гучков, а также другие депутаты. Все сводилось к тому, что пока адмиралтейство не покончит со старым порядком, не реорганизует ведомство, пока не откроет все свои дефекты, ассигнования выдаваться не будут. Такое же отношение к морскому ведомству было и у членов Совета министров. Для постройки линкоров правительство просило у Думы 30 млн руб. ежегодно. Премьер-министр П.А. Столыпин, убеждая законодателей, говорил, что это послужит мировым интересам России. Ему вторил министр иностранных дел А.П. Извольский, говоря, что в то время без флота нельзя даже быть равноправным государством, а у России такие задачи, осуществление которых невозможно без морской силы. Средства на закладку первых четырех линкоров П.А. Столыпин нашел, употребив права, данные ему «Положением о порядке верховного управления страной».