Сергей Руденко – Конунг: Я принес вам огонь! (страница 41)

Все тринадцать вождей-хевдингов эхом продублировали приказ[88], и почти 3 000 хирдманов слитно шагнули вперед. Очень тонкая, и на вид — такая ненадежная линий — безо всякой раскачки покатилась на перехват.

Когда между вагами осталось шагов пятьдесят или меньше, тот же приказ прогремел снова:

— «Стап аан!» — раздалось из тыла, но на этот раз команда вызвала совсем другой эффект.

Эхо едва успело подхватить этот крик, как в то же самое мгновение строй фризов распался на три части. Меньшие — фланговые отряды примерно по 650–700 человек — прямо на ходу отделились, перестроились в колонны и — так же сходу яростно врубились в арвадский строй!

В этом месте стены ущелье уже «успели» достаточно разойтись, чтобы прижавшись к самым его стенам, фризы умудрились разминуться с фронтом фаланги, и вгрызться в практически беззащитные бока вражеского построения. Десятками вырезая копейщиков, в тот момент, когда их главное оружие оказалось бесполезным.

Трем первым рядам арвадов, густо ощетинившимся копьями, с самыми тяжело бронированными и умелыми воинами — тоже было нелегко. Здесь шли слишком хорошо вымуштрованные бойцы. И они физически не способны были оставить строй — бросить своих товарищей — и рвануть в рукопашную. Из-за этого прямо сейчас, они оказались совершенно неспособно хоть как-то помочь собственным флангам.

Самые опытные воины фризов, с наслаждением вырезали из растерянных товарищей, и умудрялись при этом безупречно держать строй. Но почти 5-тысячная масса, даже таких сверхумелых парней, как арвады, все же не могла отменить физику. Тем более, когда их командиры и сами не понимали, что делать.

Одни — попытались все-таки организовать атаку, вторые — решили дисциплинированно дождаться приказов от «полковников» и попытались сохранить строй, третьи, пятые и двенадцатые — впали в ступор или принялись выдумывать и вовсе что-то свое…

В считанные мгновения арвады сами буквально разорвало фалангу. В сущие мгновения она потеряла свою ударную мощь, так и не успев столкнуться с врагом. По-настоящему сильное построение, в центре — оно расползлось, как старая тряпка в руках у «Злой Тётки Инерции».

А в рядах фризов гремит новый приказ:

— «Клоп халл!» [89] — и положение арвадов снова ухудшается.

Когда фланговые отряды извернулись и неожиданно вцепились в уязвимые бока фаланги, фризский центр резко притормозил… а потом и вовсе умудрился попятиться, не разрывая линии щитов. Почти полторы тысячи так и не вступившихся в бой хирдманов, невозмутимо замерли буквально в 25–30 шагах от врага.

Да, вражескую фалангу разорвало, но отдельные командиры арвадов все-таки повели своих людей в атаку. И тогда — фризы снова вдруг неожиданно отошли еще на десяток шагов.

Благодаря новому рисковому маневру, половина арвадского ударного кулака превратилась в растянутую и бесполезную кучу-малу. Еще три арвадских полка — идущие во втором эшелоне — сумели сохранить строй, но уперлись в растерянную толпой своих товарищей, и потеряли всякую возможность вмешаться в эту резню…

…Немногочисленные шеренги хирдманов выглядели не очень-то убедительно только в ожидании всей многотысячной массы арвадских копейщиков. Но когда в их «стену щитов» принялись биться разрозненные кучки воинов, даже слепому стало понятно — так эту «плотину» не размолотить и за тысячу лет. Раньше они сами умрут от старости.

И снова приказ.

— «Стап аан!» (Наступай!) — фризский центр снова пришел в движение.

После очередной команды — все полторы тысячи хирдманов сделали шаг вперед. Упершись, они своими щитами — словно тысячерукий бульдозер гигантским отвалом — с легкостью столкнули разрозненные кучки копейщиков. Самые неопытные арвады — посыпались под ноги своим же товарищам, но большинство ветеранов и «везунчиков» просто спрессовало между собой. Многих из воинов сжало так, что теперь они потеряли возможность полноценно орудовать в этой свалке даже мечами.

— «Клоп халл!» (Бей их!) — засверкали мечи, копья, секиры, и фризы принялись перемалывать запаниковавшую толпу.

Снова команда, еще шаг, и снова на визжащих от ужаса людей, обрушивается сверкающий стальной ураган.

А потом — все снова, и опять, и опять, и опять…

* * *

К началу битвы на правом фланге — около 2 400 воинов-чиуру легко сдержали натиск 2-тысячного отряда ополченцев из Карта. Те действовали они не очень-то настойчиво, но благодаря этому, правда, и потерь особо ни несли. Так что возня эта могла продолжаться до бесконечности.

А вот на левом фланге события для обороняющихся складывались не в пример веселее…

…Проходимая часть тамошних склонов была куда уже, чем та, что досталось чиуру. Поэтому удерживать основную баррикаду поручили ополчениям Тютонгов и Безродных. Вместе у них не набиралось около 1 100 воинов.

Просто чуть в стороне от них — на самом отшибе — пришлось сложить еще одну совсем короткую насыпь, которую и вовсе поручили двум сотням бойцов из Подгорных кланов.

Насыпи успели сложить не очень-то высокие, поэтому стоило газорцам рассмотреть все это, и прикинуть расклады, как они, конечно же, сразу оценили выгоды от такого разделения. И естественно, разделить свой корпус.

В атаку на «большую» баррикаду пошли почти равные силы — около 1 200 человек. «Малой» — тоже досталось внимание почти 1 000 воинов. Но «один к пяти» — это совсем другое дело.

Насколько бы низкими не получилось насыпи, но первый натиск защитники отбили играючи. Однако газорцев это не смутило, и они всерьез принялись наседать. Тут бы сначала флангу, а потом и всей Союзной армии конец, и вполне возможно именно так нападающие и думали, но был один нюанс.

Около 500 воинов Озерных кланов все это время просидели в резерве, разумно стараясь не отсвечивать. А стоило врагам увязнуть, как они совершенно неожиданно обрушились на ту тысячу, что уже собиралась праздновать победу. Все получилось так ловко и неожиданно, что газорцы даже не смогли рассмотреть, что они по-прежнему в большинстве.

Уцелевшие «подгорные» ополченцы кинулись рубить убегающих, а их «помощники» аккуратно спустились с насыпи, обошли отдельно стоящую скалу, (делившую левый фланг на части) и накинулись на второй газорский отряд с тыла…

В общем, довольно неожиданно газорское ополчение оказалось перебито или рассеяно, а арвадов в это время так прижали, что и они явно почувствовали себя в ловушке. Хотя сил у них все еще с избытком хватало, чтобы победить.

Лучники, к примеру, успели пополнить боезапас и вернуться, три полка — половина копейщиков — все еще никак не могли принять участия в бою. Да и гвардия по-прежнему скучала, но подступиться и помочь — не могла…

…В этот момент Игорь вряд ли смог сказать, сколько уже продолжается битва. Пока он так ни разу и не взмахнул мечом, но наблюдая за происходящим, бывший журналист и в самом деле «взмок от волнения». Сообщения вестовых бросали его то в жар, то в холод. Неоправданный ужас — легко сменялся таким же ослепляющим счастьем.

Когда один из гонцов с правого фланга принялся теребить его за рукав, и настойчиво пытаться что-то прошептать на ухо, Игорь чуть было не врезал парню. А когда расслышал сообщение — искренне пожалел, что не сделал этого сразу.

— Господин, господин, нужно уходить! — запыхавшийся воин все еще говорил с трудом, и в первой момент, ярл его не понял.

— Какого демона?! — взревел Игорь в изумлении.

— Мой ярл, нужно срочно бежать!!! Чиуру драпают, господин! Самая правая часть их строя все еще сопротивляется, и именно поэтому нас пока не отрезали от прохода, но скоро их добьют, и тогда… — во все это просто не хотелось верить.

— Как такое могло произойти?

— «Священный отряд» Карта, мой ярл! Пока обычные воины атаковали баррикады по фронту и связали чиуру, те ударили колонной вдоль обрыва. Ударили всей силой в самый край укреплений… Горцы — бились храбро, но тут появился шанс, что их лишат возможности отступить, и они сломались… И еще, — молодой воин несколько раз с силой вздохнул-выдохнул, и наконец продолжил. — Еще, господин! Первыми бежали два из трех лордов чиуру со своими телохранителями. Бежали впереди своих воинов, бросив на растерзание третьего вместе с его людьми…

В последние годы разгромленное племя вроде снова начало собираться с силами, но объединению мешали целых три наметившихся «центра силы». Поэтому когда их ополчение пришло, восемнадцать вождей-хевдингов чиуру вроде и старались держаться, как единое целое, но всегда бросалось в глаза, что настоящая власть есть только у трех из них.

Все это промелькнуло в сознании Игоря за одно мгновение, и наступило понимание — возможность наконец-то убрать соперника чужими руками, вполне могла подвинуть поганцев поискать выгоды даже в поражении.

«…Черт, но подвергнуть опасности вообще весь поход… Типа, синица в руке? Ну, смотрите, твари! Ладно, разберемся потом. Главное, чтобы это — потом — все-таки было…»

Об этом и правда, можно было подумать и позже, например, в плену, а сейчас нужен был правильный приказ.

Пока от него еще хоть то-то зависело…

— Не вступай больше ни с кем в разговоры! Не хватало, чтобы все кинулись бежать! Тогда нас и правда зажмут, и прорвутся за каменную стену на наших собственных плечах… — мысли путались, лихорадочно толпились, наскакивая друг на друга. — Беги на левый фланг, передай полуденным вождям следующее…