Сергей Романов – Байки о любви, семье и теще (страница 34)
И тут наглый мужик нисколько не стесняясь, расстегнул ширинку и вывалил наружу свое хозяйство.
— Видел?..
— А за оскорбление действием работника внутренних органов и дополнительный срок схлопочешь, — гневно пообещал следователь.
— А я и не оскорбляю, а демонстрирую случившийся факт. Потому как из-за этой самой ЛЭП в сорок лет уже стал почти импотентом.
— Чего-о? — приподнялся со своего стула следователь, — Что мелишь-то?
— А то и говорю, что у нас в Правых Бережках, все мужики, кому перевалило за сорок — явные импотенты. Кому за тридцать — пока потенциальные. И все из-за ЛЭП, которая проходит над поселком.
— Кто вам такую чепуху сказал?
— Был у нас лектор из области, он и сказал: гудение проводов и высокое напряжение воздействует на сексуальные потенции мужской части населения. А я ещё свою бабу ох как хочу! И она меня требует. — «Преступник» спрятал хозяйство и застегнул ширинку, — Можешь так и записать в свой протокол допроса.
На следующий день площадка перед милицейским управлением была заполнена жителями Правых Бережек, которые все как один приехали на выручку землякам. Громче всех возмущалась дамская половина митинга.
— Женщины! — кричала одна из жен членов «банды», — До каких пор мы будем терпеть издевательства над нашими мужиками. Их облучают, в молодые годы делают сексуальными инвалидами. А теперь вот и гноят в тюрьме! Произвол! В знак протеста я предлагаю спилить в Бережках все высоковольтные столбы!
— Правильно! — поддержал её хор голосов, — Спилить их к едрене фене! А не дадут — объявим голодовку!
— Бабы! — продолжала ораторша, — Мы ведь тоже живые люди и хотим всех земных удовольствий. Но воздействие ЛЭП оказывает негативное влияние на потенцию наших мужей…
К зданию милиции, где проходил стихийный митинг, подъехало несколько черных машин. Как оказалось, явились и префект, и прокурор, и санитарный врач.
— Дорогие мои женщины! — с доброй улыбкой обратился префект к народу, — Ну что за чушь вы несете? По все России тянутся линии высоковольтных передач, и люди спокойно живут и даже размножаются…
— А вот поживите со своей женой у нас в поселке, посмотрим что она вам через годик скажет!
— Женщины!
— Требует всестороннюю медицинскую экспертизу!
— Бабоньки!
— Свободу нашим мужикам. Они страдают за правое дело!
— Сдаюсь! — поднял вверх руки префект и посмотрел на врача, — Будем вам экспертиза.
Тот соглашаясь, красноречиво закивал головой.
Прокурор, яростно жестикулируя, что-то говорил начальнику внутренних дел. После чего милиционер поспешил в здание управления, из которого под победное улюлюканье вскоре появились «члены банды расхитителей».
Народ стал понемногу расходиться, и уже к вечеру площадь была свободной.
Дело, как всегда замяли. Никакой медицинской экспертизы, конечно, не проводилось, но и к уголовной ответственности за порчу государственного имущества мужиков не привлекли. Удержали и без того скудной зарплаты, деньги за нанесенный ущерб и на этом все закончилось. Больше на ЛЭП в Правых Бережках никто не покушался. Но через год в поселке остались жить только старики. Остальное население рассосалось по другим селам и районам области. Благо, крестьянские руки всюду требовались…
РЕВНИВЕЦ
Настя у Павлика — красивая, словно Афродита. Стройная фигура как у классической модели 90×60×90, льняные волосы до пояса, осиная талия, длинные как у циркуля ножки. Одевается Настя только по последнему слову моды. И пусть одевается, пока молода. Павлику на это денег нисколько не жалко.
А ходит! Как она ходит! Не ходит, а пишет. Не пишет, а рисует! У Павлика дух захватывает, когда Настя играючи подходит к нему и нежно целует. Положит руки на его рельефные плечи, прижмется всем телом, прикоснется губами к уху и «Мур-р, мур-р…» Какой, к чертям собачим, в это время может быть бизнес, если «мур-р» раздается в то время, когда пора лететь на работу. Плевать! Павлик бережно поднимает жену на руки и несет к кровати, по пути скидывая с ног туфли.
У Павлика тоже масса достоинств. Он и добр, и ласков, и не скуп, и заботлив. Одна беда — ревнив до безумия. Изведется, если жена задерживается даже на полчаса. А как страдает, если мужчины оглядываются на его супругу восторженными глазами. И совсем настроение падает, если Настя кому-то улыбнется. Даже из своих сокурсников. А учится Настя в институте иностранных языков.
Почти год после свадьбы, если не считать мелких размолвок из-за ревнивого характера Павла, молодые прожили душа в душу. И вот первое их лето ворвалось в семью горячим солнцем, несносной жарой и нерешенной проблемой: куда все-таки податься отдыхать?
— Только на синее-синее море! — требовала Настя.
— Ничего себе, на море! — содрогаясь от ревности, отвечал Павел, — Это же все кому не лень станут пялить на тебя, почти раздетую, глаза! Нет и нет! Мы поедем на север. В Питер! Нет, ещё дальше — на Соловки. В Кижи! Ты была в Кижах? То-то. Такое увидишь! Там храмы деревянные, монастыри, все без одного гвоздя построено. Посмотришь — понравиться. Да и к тому же в Кижах и не так жарко. Терпеть не могу жару!
— Только на юг! На морской пляж с горячим песочком…
— Ну, хорошо, не хочешь в Кижи, поедем на Байкал. В Сибирь-матушку. Байдарку лодку возьмем. Тайга кругом, и мы с тобой по Ангаре на лодке. Кстати, там тоже есть песчаные плесы. И жарко — можно загорать.
— На море!
Вопрос об отдыхе оставался открытым. А в Москве от жары асфальт плавился. Впору по Тверской в плавках и купальниках дефилировать. Настя в такой из парящих дней последний экзамен за четвертый курс сдала. Все свобода! Пришла домой взмыленная, веселая. Прохладную воду в ванной включила, стащила рывком с себе коротенькое платьице и осталась в чем мать родила.
Паша рот открыл от изумления и в растерянности опустился на стул:
— Ты что, в институт голая ходишь?
Настя колокольчиком рассмеялась:
— Почему голая? Ты что дальтоник? Я же платье сняла.
— А под платьем-то — ни-че-го!
— А зачем? Парит-то как! В аудиториях — настоящая русская баня!
— Но ведь если ты наклонишься — видно все!
— Что все?
— Все! И эти и то! — Павел похлопал себя ладонями по груди и по заднему месту. — Наклонишься и…
— А зачем мне наклоняться? — стала терять терпение Настя.
— Как зачем? А вдруг что-то нечаянно из рук выронишь?
— Кто-нибудь поднимет и подаст. Рыцари ещё не перевелись!
— Ах, рыцари! С тобой всегда рыцари! — начинал заводиться Паша, — Я так и предполагал.
— Да что с тобой? — в изумлении округляла и без того огромные глаза Настя, — С чего вдруг такой взрыв ревности? Из-за того, что не надела нижнее белье?
— А хотя бы и из-за этого…
Она выключила душ, вышла из ванны, положила руки ему на плечи мур-р-р…
— Дурачок ты мой, дурачок! Без трусиков и лифчика в жаркие дни даже гинекологи советуют ходить. Чтобы не вызвать раздражение кожи синтетическим бельем, чтобы уберечься от инфекции, наконец.
— Говоришь, гинекологи советуют? — с подозрением спросил Паша.
— Ага, рекомендуют.
Всю ночь Павлику снились ужасные сны. Вот его Настенька в многолюдной аудитории наклоняется за упавшим платочком, обнажая молочные ягодицы. Вот старик профессор-экзаменатор щуриться, вглядываясь в её глубокое декольте с сочными зрелыми яблочками.
Он проснулся в холодном поту. В комнату заглядывало солнышко. Встал, без шума оделся и вышел из квартиры. А ещё через полчаса открыл дверь платной гинекологической консультации.
— А вы по адресу? — с усмешкой спросил мужичок, так похожий на приснившегося ночью профессора. И выслушав сбивчивый рассказ ревнивого мужа, улыбнулся, — Многие женщины не носят нижнее белье. Но, скорее всего, ваша жена приняла совет врача чересчур буквально. Во-первых, синтетику можно заменить бельем хлопковым. Оно нисколько не вредит ни коже, ни здоровью. Во-вторых, для женщин прогулки без интимной части туалета не вполне гигиеничны. В третьих…
Это был их первый большой скандал. На научной основе. И Настя сдалась. Му-р-р. Запасшись десятком комплектов качественного нижнего белья, они отправились на комфортабельном теплоходе в Кижи. Где все храмы и соборы были построены без использования гвоздей.
РАЗ, ДВА — ПРОДАНО!
Одна сварливая баба, которую подруга решилась пригласить на день рождения, мужа с собой прихватила. И всю дорогу, пока добиралась, читала ему нотации:
— Не забудь поздороваться со всеми, жди пока пригласят к обеду, локти на стол не клади, в разговор не встревай, а лучше сиди и помалкивай, да водку не хлещи, чай, не дома.
А мужик и дома-то водку только по большим праздникам трескал. А что касается манер, то он по жизни был человеком скромным и застенчивым. Не даром в педагогическом институте с успехом сдал все зачеты по этике, а в настоящее время преподавал в школе историю.
Приехали. Все чин-чинарем. У супруги от счастья — словесный понос, а мужик уселся в уголочке и молча потягивает сигаретку за сигареткой. Иногда вежливо улыбается хозяйке имениннице.
Сели за стол. По одной, по другой выпили. Непринужденный разговор завязался с переходами на различные темы. То о моде, то о новом президенте, то о дороговизне, то о крымских татарах. Баба его вовсю компетенцией брызжет, а мужик молчит и только всех гостей обводит влюбленными глазами. Хорошо ему стало вот и все.
— А как вы думаете, неожиданно побеспокоила его покой симпатичная, но незамужняя хозяйка, — Новый президент — деспот?