Сергей Пухаев – ДЕТИ САЛЬВАТОРА (страница 10)

Ихтиандр не проплыл и полпути до Армана Вильбуа, а Сальватора уже выпустили из-под стражи.

Он снова уединился в своих обширных владениях, защищенных от мира высокой бетонной стеной с бронированными воротами.

Джим и Кристо с командой из двенадцати молчаливых, умных и исполнительных работников продолжали управлять хозяйством.

Вся территория, сады, фонтаны, усадьба и бассейн, были в полном порядке, уцелевшие при конфискации животные и птицы были накормлены и здоровы.

Сальватор был доволен. Его бетонные стены спасали от назойливых журналистов и неожиданных визитов не прошеных гостей.

***

До войны здесь стояла его небольшая клиника с садом, обнесенная каменной стеной. В саду был построен большой бассейн с морскими обитателями, который с помощью мощного насоса регулярно пополнялся свежей морской водой прямо из залива Ла-Плата.

Уже тогда доктор прилично зарабатывал, имя Сальватора было широко известно в научных кругах Северной и Южной Америки, где он прославился своими невероятно смелыми хирургическими операциями. Его вызывали, когда положение больных считалось безнадежным и другие хирурги отказывались от проведения операции.

Сальватор никогда не отказывался, и ему очень часто удавалось спасти обреченные жизни.

Помимо врачевания он активно занимался экспериментальной и научной деятельностью и намного опережал ученых коллег своего времени.

Его эксперименты показали, что из любого организма, можно создать более совершенный организм.

Так давно было известно, что к одному дереву можно привить отростки или просто почки нескольких разных плодовых деревьев, и оно начнет плодоносить разными плодами, потому – что растения не отторгают органы других видов.

В отличие от растений, у животных и человека большое количество разных антигенов в крови. Найти две особи с одинаковой группой крови и одинаковыми биофакторами Сальватору не удавалось. Он скрещивал разные виды животных, переставляя их органы, вшивал жабры рыб млекопитающим, менял шкуры, конечности и головы, но до войны все подопытные животные Сальватора жили недолго и погибали из-за отторжения инородных органов.

Успех пришел позже только после созданного им универсального кровезаменителя.

Сальватор решил создать работающий стерильный раствор способный, как кровь переносить кислород из органов дыхания во все внутренние органы и ткани, забирать там углекислый газ с другими продуктами обмена веществ и выводить их из организма через органы выполняющие функции выделения. При этом в нем должны были отсутствовать все индивидуальные для каждого живого существа ингредиенты, содержащиеся в их крови.

К органам, выполняющим функции выделения Сальватор относил желудочно-кишечный тракт, почки с мочеточниками, мочевым пузырем и с мочеиспускательным каналом, а также легкие и кожу.

Почки, являясь основными органами выделения, выводят через мочеточники избыток воды, азотсодержащие продукты распада белков, некоторые соли и другие, ненужные водорастворимые вещества.

Мочеточники парный мочевыводящий орган, служащий для отведения мочи в мочевой пузырь. Когда пузырь наполняется, просвет мочеточников автоматически перекрывается, не давая моче, вернутся обратно в почки.

Через мочеиспускательный канал происходит опорожнение наружу содержимого мочевого пузыря.

Небольшая часть мочевой кислоты и мочевины выделяется через кожу и желудочно-кишечный тракт.

Желудочно-кишечный тракт извлекает из пищи питательные вещества, всасывая их в лимфу и кровь. Не переваренные продукты удаляются из организма наружу. Потовые железы кожи помимо мочевой кислоты и мочевины выделяют воду и растворимые в воде соли.

Легкие снабжают организм кислородом, дающим ему энергию, и выводят из него углекислый газ, являющийся побочным продуктом или одним из отходов жизнедеятельности организма.

Для нормальной работы органов кислород должен регулярно поступать в кровь, а углекислый газ регулярно ее покидать.

После кропотливой работы раствор был получен и первыми на ком Сальватор его удачно испытал, оказались молодые акулы, которые к тому времени поели всех прочих обитателей бассейна.

Акулы, которым Сальватор сделал полное переливание крови, заменив ее своим кровезаменителем, прекрасно себя чувствовали и вели активный образ жизни.

В конце 1912 года молодой индеец принес задыхающееся завернутое в пеленки новорожденное дитя.

По мнению самого Сальватора обычных шансов на спасение не было, но решение пришло моментально, он решил рискнуть и согласился оперировать.

– Никаких гарантий дать не могу, о результатах операции узнаешь завтра утром, – сказал он обескураженному арауканцу.

Его смелости и находчивости не было предела. Ребенок задыхался, счет шел на считанные часы, а может и минуты.

Донорских легких нет, но в его бассейне плавают молодые акулы с универсальным кровезаменителем вместо крови.

До этого Сальватор уже проделал несколько экспериментальных операций по пересадке акульих жабр обезьянам. Экспериментируя, ему приходилось полностью изменять работу всего организма приматов.

В результате этих изменений обезьяны погибали, но две последние превосходно себя чувствовали и дышали под водой. Вскоре и они погибли, но это произошло уже лишь из-за последующего отторжения инородных тканей, так как универсального кровезаменителя тогда еще не было.

Положение было безвыходное, и Сальватор пошел на осознанный риск, он сделал все необходимые изменения в организме младенца, затем вырезал у акулы жабры и вшил их в проделанные под лопатками задыхающегося ребенка отверстия.

В небольшой ванне с морской водой младенец задышал жабрами, а Сальватор уже не торопясь, принялся за восстановление работы его легких.

Как и ожидал Сальватор, операция прошла успешно, и ребенок остался жив.

Более того, теперь он мог находиться как на воздухе, так и под водой.

Появился первый Человек-рыба, Сальватор, не думая, назвал его Ихтиандром. Если в скором времени работа легких полностью восстановится, и ребенок не погибнет, эта операция станет его триумфом, но афишировать и предавать её огласке, было опасно. Такому ребенку был нужен особый уход и полная секретность.

Как будут использованы люди-амфибии в современном мире, Сальватор мог только догадываться. Тем более в Европе началась суровая балканская война.

Утром в воротах клиники он сообщил индейцу, который принес мальчика, что младенец не перенес операцию, умер и захоронен. Индеец заплакал, поблагодарил доктора за хлопоты и ушел восвояси.

Немногочисленный персонал клиники, за исключением помощника Сальватора, не знал о том, что операция прошла успешно, и был распущен. Сальватор объявил им, что прекращает медицинскую деятельность в Буэнос-Айресе.

С первых же дней помощник Сальватора активно помогал ему ухаживать за Ихтиандром, менял воду в бассейне, ездил за детским питанием.

Это был немой афроамериканец Джим. Сальватору он нравился больше всех, прежде всего за то, что понимал всё с одного только взгляда, был преданным, работящим, разбирался в медицине, а самое главное не мог болтануть ничего лишнего.

Маленький Ихтиандр, не умея ползать, уже хорошо плавал как настоящий лягушонок.

Когда ему исполнилось два года, из Парижа от Гарвардской группы врачей-добровольцев пришло приглашение на войну, они не справлялись с многочисленными черепно-мозговыми ранениями.

Сальватор недолго думая, отправился на французский фронт.

Уезжая, он договорился о доставке в клинику необходимых продуктов и был уверен, что у Джима с Ихтиандром всё будет хорошо, тем более что клинику охраняли четыре огромные собаки.

Эти неподкупные сторожа точно не пропустят во двор чужака.

Через два с половиной года Сальватор вернулся.

Ихтиандр был жив и здоров, подрос, прекрасно бегал с собаками по саду и как рыба плавал в бассейне. Единственным недостатком было то, что ребенок почти не умел говорить, но с помощью жестов они с Джимом прекрасно друг друга понимали.

Сальватору предстояла большая и кропотливая воспитательная работа. Дети хорошо усваивают языки, поэтому Сальватор сразу же стал обучать его испанскому, английскому и немецкому языкам. Затем основными изучаемыми дисциплинами стали картография, ихтиология и океанология.

Чтобы Ихтиандру не было скучно в бассейне и было, у кого учиться плавать Сальватор купил ему дельфиненка. Дельфин плавал быстрее, поэтому Ихтиандр назвал его Лидинг, что означало лидирующий. Они сразу же крепко и навеки подружились.

Разбогатев на удачных земельных спекуляциях, Сальватор скупил вокруг своей клиники обширную территорию, решив отгородить Ихтиандра от мира еще тремя стенами.

На службу он привлек дюжину молодых исполнительных и технически грамотных афроамериканских иммигрантов, которые за несколько лет под его руководством возвели неприступные стены, прокопали туннель к морю, построили наземные и подземные сооружения, развели прекрасные сады. Работа у Сальватора им нравилась, они ни в чем не нуждались и охотно согласились ухаживать за подопытными животными и садами, в которых они проживали. Под руководством Сальватора и Джима это была необыкновенно слаженная и производительная команда. Посвященные в тайну Ихтиандра они дали клятву о неразглашении и согласились не покидать усадьбу Сальватора.

Сальватор прекратил публичную врачебную практику и уединился от мира, вход в его владения был закрыт даже для друзей.