Сергей Пономарев – Рассказы 29. Колодец историй (страница 25)
– Да по…
Пох… Пох… Пох-п… Опять. Здесь громче, отчетливей.
– Слышали, товарищ капитан? Хлопки какие-то.
– Ага. Может, в деревне салют…
– Днем, что ль?
– Ага. Бежим. Наотдыхались.
Как стемнело, остановились на второй привал.
– Пожрать бы чего-нибудь… Только не клюквы… – поскуливал Фомкин.
– Терпи, боец. Жизнь наша такая – терпеть. Ты знаешь, кстати, что волк может неделю не есть?
– Это какой-то другой волк, не я…
Вдруг Фомкин вскочил, потянул носом в сторону, обнюхал ветер.
– Заяц! – обрадовался он и бросился за добычей.
– Стоять! Отставить охоту! – закричал вдогонку Колокольцов, но голодного курсанта было уже не остановить. Пришлось догонять.
…Дебилы… Один дрыхнет на посту, другой несется, будто щенка с поводка спустили… Ай, веткой по морде… Третий посылает таких дебилов на задания… И всем будто пох… Тут под ствол… Ни понимания, ни страха, ни ответственности. Вон жрет уже чего-то… Дебилы.
Колокольцов выскочил на полянку, где Фомкин раздирал на куски какую-то живность.
– Курсант! Кричал же – отставить!
– Тык заац, тоащ катан! – Изо рта волка повалились кровавые куски.
– Заац, – передразнил капитан, пригляделся, – это, вообще-то, кролик… Погоди, что?
– Что?
– Кролик… Откуда здесь кролик?
– Прискакал…
– Кролик, блин, Фомкин! А на лапе у него что, посмотри!
– Что?
– Веревка, Фомкин! Он же привязан был! Да брось ты жрать! Ищи вокруг датчики движения, на деревьях, в кустах, высота метр-полтора…
Стали рыскать вокруг.
– Тут коробка какая-то пластиковая!
– И здесь тоже… Валим, срочно! – скомандовал капитан.
– Зайца, то есть кролика надо…
– Тихо! Заткнись! Слышишь?
Сверху загудели осы. Колокольцов заранее знал, что увидит, но все равно поднял морду на звук. Большой, мощный, не из дешевых, дрон как будто только этого и ждал – резко, со свистом выбросил из себя какую-то тряпку, которая развернулась в воздухе, превратилась в сеть, накрыла капитана. Тот попытался скинуть ее, но только сильнее запутался. Попробовал перегрызть, да как ее перегрызть – тонкая, крепкая синтетическая нить.
Вокруг суетился Фомкин, безуспешно тянул сеть зубами.
– Товарищ капитан, разрешите обратиться, тут пальцы нужны!
– Запрещаю! – закричал Колокольцов. – Никаких обращений, на дроне камера! Инструкция, Фомкин! Никто не должен про нас знать! Это важнее, чем я или ты, понял?!
Вторая сеть свистнула и окутала курсанта. Дрон повисел еще немного в воздухе, наставив стеклянный глаз на обездвиженных волков, после пропал так же резко, как и появился.
– Улетел, товарищ капитан! Может, сейчас обратимся?
– Нельзя! Вдруг еще где камеры? Люди могут наблюдать через оптику издалека. Лежи теперь смирно, береги силы.
– Нас убьют?
– Нет. Хотели бы – сразу убили…
Через несколько минут зашуршали кусты, из них, тяжело дыша, вылез грузный мужик в камуфляже. Вытащил оружие, которое Колокольцов опознал как длинноствольный пневматический пистолет. Камуфляжный прицелился, выстрелил.
П-ш-ш – из зада курсанта торчит дротик. П-ш-ш – другой дротик в спине капитана.
На квадроцикле с прицепом подъехал второй человек. По запаху женщина.
…Дебилы… Сказал же, стой, так нет… Этот за зайцем бежит, тот на посту спит… Не спать на посту… Не спать на посту, Колокольцов… Не сп… Ладно, хоть высплюсь…
Колокольцов почувствовал вонь козла.
– Муэ-э-э… Бэ-э… М-м-э-е-е-э!
Колокольцов услышал блеяние. Он не торопился открывать глаза, лежал, будто спал еще, пытался понять обстановку. Вот рядом козел, и что? Дневной свет лез через веки, значит, спал часов восемь-десять. И что? И ничего.
– Дим, покорми козла. Слышишь, орет?
– Маш, покорми козла!
– Ну Ди-и-им!
– Ну Маа-аш! Я камеры ставлю. Надо успеть, пока звери спят.
– Зачем тебе в вольере камеры?
– Затем, что если и эти двое убегут, то мы хотя бы будем знать, когда и как.
– Ме-е-е-э-э! Бо-э-э-э-е!
– Ди-и-им! Пожалей козлика! Смотри, какие глаза у него грустные. Натерпелся всякого, да, мекалка? Испугался, наверное, взрывов, из деревни сбежал… Дай ему хлеба, мою порцию, я все равно на диете.
– Так дай сама.
– Так я за волками слежу – скоро проснутся. Вдруг им плохо станет, помощь ветеринара потребуется? Да мало ли… Ой, смотри, Черныш очнулся! Ты как, Черныш?
– Твою ж… Маш, держи калитку, я выскочу!
Колокольцов открывает глаза. Медленно садится, в голове шумит. Перед глазами металлическая сетка. За сеткой женщина, толстяк, козел, деревенский домик. В сетке калитка. Калитка закрыта на засов. Засов на замок. Волк встал, огляделся. Сбоку, сзади, сверху – доски. Похоже на вольер. Клетка. Поймали нас. Где Фомкин? Вон Фомкин. Дрыхнет еще.
– Черныш, – заговорила женщина Маша, – попей воды, полегче станет. Вон вода, в тазу. Вон мясо, ешьте. Ведите себя хорошо и не убегайте, как те, другие, а то нас с Димой уволят. А больше зоопарков у нас нету – проблема. Козлик, жди здесь, хлеба дам.
Капитан поковылял к тазу. Стал жадно лакать воду, в голове начало проясняться. Она сказала «зоопарк»… Охренеть, зоопарк? Серьезно?
За забором Маша кормила козла, Колокольцов присмотрелся к ней внимательнее – одета в рабочий комбинезон, на спине белый медведь, надпись «Ленинградский зоопарк».
Медленно и как-то боком притащился Фомкин. Капитан дал ему напиться, потом спросил:
– Я слышал, Фомкин, тебе в Питере зоопарк понравился? Похоже, дождется тебя скоро твоя рыжая сучка…
– Да что вы сразу, товарищ капитан?..
– А то, что когда кричат тебе «стой», «отставить», то надо выполнять! Из-за твоей выходки нас женщина Маша, вон та, что козла кормит, в зоопарк отвезет!
– Да какой зоопарк? Обратимся ночью, перелезем и свалим!