Сергей Полев – Оружейный Барон. Том 3 (страница 15)

С их слов лететь ещё часа три, а открыть глаза можно будет только после того, как вертолёт покинет посадочную площадку, высадив нас. Это нужно, чтобы мы не увидели его бортовой номер — скрытность превыше всего.

Всё то время, пока мы летим, я насилую свой мозг, проверяя и перепроверяя варианты развития событий. Если бы не провидцы, то всё было бы сильно проще, а так приходится изворачиваться, делая непредсказуемые шаги.

Повторяться тоже нельзя, ведь Император может приказать своим «всевидящим» наблюдать за другими событиями, узнав о которых он сможет заполучить преимущество. Но мы этого не допустим.

Единственное слабое звено моего плана — это князь. Однако нас спасают все те же провидцы, ведь благодаря им мы знаем, что Романова не смогут ликвидировать или похитить. А даже если отравят, то у нас будет время принять меры. Даже страшно представить, в каком состоянии находится его СБ… Наверняка задействованы почти все сотрудники.

Не проходит и пары лет, как мы приземляемся во второй раз. Теперь нас выводят под ручки и просят идти прямо. Позади взлетает вертолёт, а значит, совсем скоро можно будет снять повязки.

— Ну, когда уже?! — негодует Катя.

— Ещё немного, Ваше Высочество, — отвечает один из слуг. — Почти… Теперь можно.

Я стягиваю с себя повязку и вижу голые стены, да двух мужиков в рабочей одежде. Они смахивают на эталонных грузчиков — прикрытие просто шикарное, я бы ни за что не подумал, что это СБ Романовых, а по плану, это должна быть именно она.

— За грехи Дедала… — говорю начало кодовой фразы.

— Ответил Икар, — произносит белобрысый СБшник.

— Отлично. Куда теперь? — смотрю по сторонам.

— Прошу за мной, — мужчина показывает мне за спину.

— Нас покормят? — вопрошает недовольная Катя.

— В контейнере будет небольшой запас провизии, Ваше Высочество.

— Хоть что-то…

Нас ведут по коридору без окон, затем вниз по лестнице, этажей на пять, а то и шесть. В конце пути мы оказываемся на складе у двадцатитонного контейнера, которые прицеплен к фуре.

СБшники открывают его и просят нас пройти внутрь. Мы пробираемся сквозь ящики с цветами и попадаем в небольшой закуток с двумя креслами, прикрученными к полу. В полумраке я нахожу два налобных фонаря: один отдаю Кате, второй надеваю сам.

В это время мужики переставляют ящики и надёжно закрепляют их таким образом, чтобы при проверке нас не было видно. Мы в это время усаживаемся в кресла и пристёгиваемся. Под ногами находится небольшой металлический ящик с водой, газировкой, вяленным мясом и конфетами — самое время перекусить.

— Мы закончили, — сообщает белобрысый. — До Новосибирска ехать пять с небольшим часов, в это время проблем не возникнет. Но после того как водитель трижды посигналит, пожалуйста, потушите фонари и соблюдайте тишину.

— Спасибо за напоминание, — благодарю я.

— На окраине Москвы вас встретят наши люди. Они трижды постучат по двери, а затем откроют её. Если стука не будет, тогда готовьтесь либо к проверке, либо к бою.

— Мы готовы ко всему. Можете закрывать.

СБшники выполняют мою просьбу, теперь мрак разрезают только два мощных фонарика. Катя уже уплетает мясо, запивая любимой газировкой, а я довольствуюсь водой и пытаюсь усесться поудобнее.

Второй раз я еду в качестве контрабандного товара — спасибо инфраструктуре отца, ведь без неё попасть в Москву было бы в разы тяжелее. А так, нас довезут до парадного входа и даже ходить не придётся, пересаживайся из одно транспорта в другой и будешь счастлив.

Мне сейчас слишком опасно возвращаться домой, поэтому я решил перекантоваться у Романовых. Там и безопаснее, и быстрее можно реагировать на ответ Императора.

Интересно посмотреть, как живут князья…

Сразу после трапезы Катя вырубается. Видимо, она спала меньше меня. Меня в сон не клонит, да и как можно уснуть, когда в любой момент что-то может пойти не по плану. Мне приходится выключить фонарик, чтобы не разбудить её нечаянным движением головы.

К счастью, поездка проходит без эксцессов: нас отвозят на вокзал Новосибирска, а оттуда через пару часов на утреннем поезде отправляют в Москву.

В столицу мы должны прибыть в полдень. Мои внутренние часы к тому времени уже не работают, и я совершенно не понимаю, какое время суток за бортом. Остаётся надеяться, что всё идёт по плану.

Катя просыпается в тот момент, когда наш контейнер выгружают из поезда. Мне приходится закрыть её рот рукой, ведь она пытается что-то спросить. Ничего страшно, Катино Высочество стерпит.

Мы катаемся то вверх, то вниз. Так продолжается ещё четверть часа прежде, чем нас погружают на прицеп и вывозят с территории склада.

— Теперь можно разговаривать, — сообщаю я.

— Как же хочется в туалет… — пищит Катя.

— Остался где-то час. Не потерпишь?

— «Не потерпишь» кончилось давным-давно… Я вот-вот лопну!

— У тебя только три варианта: сходить прямо тут, пробраться сквозь ящики и сделать дела в другом конце, либо потерпеть, — включаю фонарик и смотрю на измученное лицо Кати.

— Нет… Давай ты проберёшься к двери… — едва ли не умоляет она.

— Ладно… Всё равно проверок быть не должно, — начинаю снимать верхние ящики с цветами. — Я так понимаю, вернуться в кресло у меня не получится?

— Нет, конечно!

— Ну хоть мяска возьму, — беру полупустую бутылку воды и упаковку мяса. — Ладно, если что, зови.

— Иди уже… — бурчит Катя и держится за промежность.

Я переползаю в другой конец контейнера и выключаю фонарь. Не проходит и пару секунд, как появляется тот самый журчащий звук. Интересно, насколько же неловко Её Высочеству? Наверняка готова сгореть от стыда.

Так или иначе, мы становимся ближе друг к другу, и пусть сейчас способ сближения довольно необычен. Главное, что я всё больше втираюсь в доверие к пепельноволосой девушке, у которой есть все шансы стать Императрицей.

Остаток поездки проходит в тишине, если не считать звуков движущегося большегруза.

Точно по графику он сворачивает на обочину и останавливается. Люди Романова уже должны ждать нас там… Остаётся услышать тройной стук и можно будет выдохнуть.

Мы на последнем этапе этого изнурительного путешествия, осталось всего чуть-чуть…

Проходит минута. Две. Три. Но никто не стучит. Неужели опаздывают? Ладно, подождём.

— Ну что там? — не выдерживает Катя. — Когда нас уже выпустят?

— Тише ты… — шикаю я. — Мало ли что там случилось…

Я слышу, как кто-то подходит к двери. Инстинктивно напрягаюсь и тянусь к татуировкам. Судя по звуку шагов, человек идёт один и движется по обочине со стороны кабины. Вот-вот должен раздаться стук…

Но вместо него, двери начинают открываться. Я выхватываю автомат, ставлю бронебойные и целюсь в неприятеля через слой металла. Решаю ему помочь и бью по двери ногой со всей дури.

Человек отлетает на метр назад, и я вижу только коричневые ботинки и край джинсов. Стенки контейнера — так себе укрытие, поэтому я выпрыгиваю из него с автоматов наготове.

На земле лежит мужик с разбитым носом, который подтирает кровь и ошарашенными глазами смотрит на меня. Было бы их несколько, я бы открыл огонь без предупреждения, а так всё выглядит слишком странным…

— Ты кто?! — ору я и направляю дуло ему в лицо.

— Водитель! — вопит он и закрывается руками.

— Какого хрена ты не постучал?! — вижу, что вокруг никого, только лес.

— Что? Откуда мне было знать… Я должен был отвезти контейнер на место и передать часть груза людям на «Ренж Ровере», но их тут нет, вот я и забеспокоился… А потом услышал голоса…

— Встал! — приказываю я.

— Не убивай… У меня семья… — он медленно поднимается на ноги.

— Быстрее! Встал и подошёл к кабине!

— Я просто…

— Шагай! — толкаю его дулом и осматриваюсь. — Сколько ключей в связке?!

— Какой ещё связке?.. — недоумевает он.

— Один из ключей заводит машину, сколько ещё весит вместе с ним?

— Чего?.. Зачем?..