Сергей Полев – Оружейный Барон. Том 3 (страница 17)

— Мне удалось получить доступ к некоторым внешним камерам, — Лилия пересылает видеофайл, и я открываю его. — Видишь охранника?

— Вижу.

— Понаблюдай за ним.

Мужчина идёт вдоль забора с автоматом в руках. Ни с того ни с сего он падает на землю и больше не поднимается. Вдалеке в тот же миг теряет сознание другой охранник — его тень на стене дома становится сильно короче.

— Чего?.. — удивляюсь я. — Что это за магия?

— Я перерыла весь интернет, но не нашла ничего подобного! — заявляет Лилия. — Были люди с даром умерщвления, но им требовалось прикоснуться к человеку. Да и есть один нюанс: провидцы Романовых не могли пропустить подобную смерть, ведь это убийство. Насколько мне известно, у них были резервные люди, которые наблюдали за будущим из тайных убежищ.

— Понимаю, к чему ты ведёшь… Убить князя просто не могли… Это невозможно.

— Как видишь, кому-то это удалось. Из полицейских переговоров я узнала, что на телах нет никаких следов, а все двести сорок три человека умерли одновременно.

— П*здец… Что за хрень-то такая… — чешу затылок. — Ладно, сейчас мы ничего не выясним, нужно возвращаться в Карабаш. Пёрт Николаевич там далеко? Мне нужна эвакуация вечерним поездом.

— Я всё сделаю. Не отключайся от сети, скоро я вышлю всю необходимую информацию.

— Жду.

Лилия заканчивает сеанс видео связи, а я сижу с осознанием того, что произошли события, шанс которых был ниже одной тысячной доли процента. По понятным причинам, я на такой исход не рассчитывал, и не успел должным образом подготовиться.

Не люблю импровизировать, но ничего не поделаешь, придётся улепётывать из Москвы и ложиться на дно.

— Как ты думаешь, кто бы это мог быть? — обращаюсь к Кате.

— Император, чёрт его побери! — не поднимая головы, негодует она. — Кто же ещё?!

— Я так не думаю… Императору смерть твоего отца невыгодна. По крайней мере до тех пор, пока он сам публично не отмылся. Не может же он быть таким тупым? Ведь мы его обвинили в использовании невиданной субстанции, а через пару дней загадочным образом умирает его враг? Идиотизм чистой воды. Проще было взять под арест за государственную измену или что-то подобное.

— Но кто тогда? — Катя облокачивается на стол и недоверчиво смотрит на меня.

— Надо подумать… — я замечаю, как на её глазах наворачиваются слёзы. — Но кто бы это ни был, мы их найдём. И я тебе обещаю, что быстрой смерти они не дождутся!

— Так я и знала, что это всё было глупой идеей, — она падает на стол и тяжело вздыхает. — Лучше бы я до конца своих дней сидела в той «башне» в Гималаях. Тогда папа был бы жив…

— Его уже не вернёшь, как бы грубо это не звучало, — вижу на экране сообщение от Лилии. — Идём, нужно выбираться. Времени до вечернего поезда осталось немного.

— Надеюсь, хотя бы мама жива… — Катя нехотя встаёт из-за стола. — Она должна была быть на испанском побережье…

— Как только доберёмся до Карабаша, обязательно с ней свяжемся. Но сейчас нужно поторопиться, — беру её за руку и тащу за собой.

Времени достаточно: поезд отправляется через три часа, но сегодня понедельник и многие вот-вот поедут с работы. Трафик будет таким, что не протолкнёшься. А на этой развалюхе ехать по полосе для аристократов не получится, ведь любой патруль тут же остановит.

Мы садимся в «Пятнашку» и едем в сторону восточного вокзала. К несчастью, он находится на противоположной стороне города. А ещё хуже, что Катя теперь совсем не боец — она выглядит не просто подавленной, а разбитой. Главное, чтобы не начала винить меня во всех бедах…

Еду я на автопилоте, и поэтому есть время подумать. А поразмыслить есть над чем. Как минимум неясно, кто убил Романова.

В таком деле принято искать того, кто получит наибольший профит от смерти князя. Если исключить вероятность того, что Император — это истеричная школьница, у которой впервые начались месячные, то его причастность можно отбросить.

Остаются те, кому одновременно выгодно подставить главу государства и заодно убить князя. Логика подсказывает, что это могут быть претенденты на престол, ведь так они убивают двух зайцев: убирают сильного конкурента и инициируют начало смуты.

Подозреваю, что правду мы узнаем нескоро. Нужно будет понаблюдать за теми, кто будет топить за свержение диктатора-убийцы. Похоже, что революция, которую мы планировали организовать, назревает и без нашего участия. Костёр понемногу разгорается…

Если не считать смерть сильного союзника, то я остаюсь в шоколаде, ведь Императору будет не до меня. И это не может не радовать. Осталось лишь понять, просочилась ли наверх информация о моих способностях, ведь есть вероятность, что тот важный хрен, которого я убил, хотел нажиться на мне в обход воли своего господина.

Даже страшно представить, сколько денег я бы мог ему принести, заставь он меня пахать на него целыми сутками. Ради таких гор золота можно и рискнуть своим положением, сохранив всё в тайне.

Но с другой стороны, у них остались записи с камер. А, возможно, и какие-то бумажки… Хотя документы могли и сжечь, от греха подальше, или вообще не заводить. Это же СС, хрен его знает, какие у них порядки.

Если же расследование проводили только по записям с камер и показаниям свидетелей, то о световых патронах они ничего не знают, ведь принял я их в кромешной темноте при неработающих камерах. Остаются лишь те, кто меня допрашивал и сам безногий «Федя».

Как бы то ни было, пока что остановимся на том, что Император знает о моих талантах. В таких вещах перестраховка никогда не помешает.

Через час после начала поездки мы попадаем в небольшую пробку. Мне приходится часто тормозить до полной остановки, а затем трогаться. Сворованная колымага издаёт нехорошие звуки на оборотах выше двух тысяч, а стрелка температуры охлаждающей жидкости медленно, но верно ползёт в красную зону.

Мы проезжаем ещё пару светофоров, как движок закипает — из-под капота валит белый дым с характерным запахом. Мне удаётся проехать ещё немного на нейтральной передаче и свернуть в переулок. Там-то «Пятнашка» и останавливается, скорее всего, навсегда.

— Приехали… — констатирую я.

— И что теперь? — Катя отлипает от стекла пассажирской двери.

— Придётся искать новую машину, пешком мы не дойдём, — выхожу и разминаю спину. — Давай, времени нет.

— Как мне всё это надоело… — ворчит она и вываливается из мёртвой «Пятнашки».

Мы идём между домами, я в этот момент высматриваю машины на парковках. Нам не везёт, ведь вокруг только средний и высокий сегмент автопрома — вокруг нас богатый район. А это значит, что дешёвых машин с простенькой или отсутствующей противоугонной системой здесь попросту нет. А без специального оборудования добротную иномарку не вскрыть.

Минут через тридцать пешей прогулки я замечаю знакомые дома и дворы. Помнится, мы шли похожим маршрутом с Анжеликой. Неужели кошатница живёт где-то рядом? Нужно проверить…

Я протаскиваю Катю ещё два квартала и натыкаюсь на ту самую парковку, с который в прошлый раз мы позаимствовали двухдверный «Лексус». Мы просто обязаны вновь взять его, а тем более я помню, в какой квартире живёт кошатница.

— Побудь здесь, — прошу Катю и иду к подъезду. — Скоро вернусь.

— Ага, — сухо выдавливает она и остаётся стоять у машины.

Добираюсь до входной двери, звоню в домофон и представляюсь доставщиком подарков — говорю, что от Анжелики. Ничего не подозревающая женщина выпускает меня внутрь.

Поднимаюсь на лифте и стучу в дверь. Полная, рыжеволосая женщина открывает и с интересом разглядывает, куда же я задевал подарок. Куда-куда… в «воровской карман»!

— Прошу прощения, но мне нужны ключи от вашей машины, — захожу в квартиру. — Забрать вы её сможете у вокзала. Вот, небольшой презент за беспокойство.

Я кладу пачку десятитысячных купюр на тумбочку. Там двести тысяч, и этого должно хватить, чтобы уговорить женщину.

— Кто вы? — дрожащим голосом спрашивает она.

— Друг Анжелики. Вы меня извините, но у меня совершенно нет времени. Отдайте, пожалуйста, ключи.

— Я не могу её вам доверить… Вдруг что-то с ней случится?

— Тогда я компенсирую затраты в двойном размере. За деньги можете не переживать. Даю слово барона, что всё верну.

— Барона?.. И где же вы правите?..

— Бл*дь! — вырывается у меня. — Вот ведь запарила…

— Ничего я вам не дам! Убирайтесь из моей квартиры!

— Попробуем по-другому, — достаю «АК» и целюсь женщине промеж глаз. — Ключи, быстро!

— На вешалке! — верещит она, кошки ходят вокруг неё и мяукают.

Я забираю ключи, открываю дверь и перед уходом добавляю:

— Если позвонишь в полицию, мои люди найдут тебя… И поверь, ты будешь молить о смерти, — выхожу в подъезд. — Через пять часов заберёшь машину на вокзале. Ключи будут в бардачке.

Захлопываю дверь и иду к лифту. Переживаю, что женщина может вызвать полицию, но и избавляться от неё нельзя — Анжелика рассердится. Поэтому остаётся надеяться на благоразумие этой кошатницы.

Спускаюсь вниз и быстрым шагом иду к машине. Катя в это время сидит на капоте. Чем дальше в лес, тем хуже она выглядит…

— Всё готово, едем! — говорю я и сажусь за руль.

— Ага… — безучастно выдаёт Катя.

На «Лексусе» уже можно ехать по выделенной полосе, теперь нас вряд ли остановят. Да и смогут ли? Этот зверь легко набирает двести пятьдесят километров в час! А где двести, там и триста. Попробуй догони!