Сергей Плотников – Ураганная эпоха (страница 36)

— Вот ты где!

Голос был незнакомый, девица, которая целеустремленно подошла к Аркадию, глядя ему в глаза со сложной смесью эмоций на красивом личике — тоже. В смысле, вообще незнакомой, она не проскакивала ни в одном из бесчисленных аналитических материалов, не была ни дочерью, ни сестрой, ни женой одного из его «важных контактов». К тому же она не светилась магией и, судя по манере двигаться, не занималась сколько-нибудь серьезно никаким спортом или единоборствами. В общем, подсознание моментально обработало девушку и переложило ее в папку: «Опасности не представляет». И зря. Потому что левой щеке Аркадия тут же прилетело от хлесткой ладони этой девицы!

Слишком быстро, он успел увидеть ее движение, но не успел отреагировать — ни перехватить ее руку, ни увернуться. Расслабился и не ждал беды.

— Между нами все кончено! — выпалила девица.

Затем приподнялась на цыпочки, схватила Аркадия за щеки, с силой притянула его голову к себе и крепко, страстно поцеловала!

Аркадия, бывало, пытались ударить или убить люди, которых он впервые видел. Но поцеловать — все-таки нет, ни разу такого не случалось. Даже при том, что он отлично знал о привлекательности своей внешности и при случае старался использовать этот фактор в свою пользу.

Причудливое ощущение! Девица очень старалась, это Аркадий сразу понял, к тому же у него по венам курсировал адреналин от пощечины, усиливая ощущения. Но… как ни странно, уровень удовольствия все равно не дотягивал до привычного! Хотя он добросовестно ответил девушке, чтобы не стоять столбом и не портить репутацию Варде.

«С Леонидой даже самый первый раз было лучше, — решил Аркадий, когда девица закончила. — Словно током тряхнуло. Здесь — ничего похожего. Но все равно, надо быть благодарным судьбе за такой опыт!»

Тем временем девица опять опустилась на пятки, размахнулась и ударила Аркадия уже левой рукой, по правой щеке — значительно слабее, но все равно чувствительнее. Второй замах он уже видел и успел бы увернуться, однако волевым усилием заставил себя этого не делать.

— А это — чтобы дольше меня вспоминал! — со слезами в голосе проговорила девушка.

После чего развернулась и, вскинув голову, пошла прочь — только грива светлых волос метнулась по воздуху.

«Да уж, — подумал Аркадий, — я-то теперь точно тебя никогда не забуду!»

— О! — сказал сзади голос сына. — Настя! Она что, нас перепутала?

Аркадий со вздохом обернулся к Варде. Он знал, что они выглядели как братья-близнецы — но сейчас это особенно бросалось в глаза, поскольку сын отрастил себе волосы подлиннее и собирал их в хвостик на затылке. Аркадий же по-прежнему носил косу, когда принимал молодой облик. Видимо, девица была настолько в расстроенных чувствах, что не обратила внимания на длину прически.

«Наверное, пора с этим завязывать. Леонида права — не дело выглядеть ровесником собственных сыновей! Уже ведь и Лёшка скоро догонит… Буду всегда ходить сорокалетним и с бородой».

— Сын, ты что, с половиной университета переспал? — мягко спросил Аркадий. — Эта череда твоих подружек…

— Нет, что ты, — солнечно улыбнулся Варда. — Я все-таки традиционной ориентации, а в нашем университете учится примерно шестьдесят процентов студенток, из которых довольно приличная доля замужем, почти замужем, все равно что замужем, хочет только замуж, не интересуется отношениями с мужчинами или предпочитает брюнетов. Так что в любом случае на моем счету никак не может быть пятьдесят процентов списочного состава!

— Максимум процентов сорок, — фыркнул Аркадий. — Ясно. А был такой скромный мальчик, так краснел из-за влюбленности в одноклассницу…

— В одноклубницу, — поправил Варда. — Моей первой влюбленностью была девочка из клуба по плаванию. Ну ладно, Творец с ней, с моей личной жизнью, пошли выбирать подарок маме, как договаривались.

— Пошли, — покладисто согласился Аркадий.

История 26. Горы, бомбы, шашлыки (Кирилл Ураганов и Аркадий Веселов). 845 г. (16+)

У нас в школе «Маяк» обычно даже на каникулах такая движуха, что лишний гость или десять погоды не делают. Нет, ладно, насчет «десяти» я загнул: если это не единая организованная группа детей на экскурсию или на краткий обучающий семинар, для них все же придется готовить гостевые комнаты — какие-никакие, а хлопоты. Но Весёловы — не гости, а члены семьи. Я всегда говорил Аркадию и Леониде, что они могут заглядывать без предупреждения и оставлять у нас мелких — хоть одного, хоть обоих (хоть всех троих, когда третья народится). Нам почти что все равно, а им легче.

Нет, на самом деле не все равно. Девчонки всегда рады видеть Варду — он для них этакий коллективный младший братишка! А для меня — сложно сказать. Для брата он все же маловат, я и собственного брата именно братом не воспринимаю… Племянник? Нет, в моем представлении племянники — это те, кого ты видишь только по праздникам. Двоюродный сын? Ранний внук? Что-то такое. А Лёшку мне в принципе всегда трудно было отделить от Кеши и Феди: эти три товарища как-то комплектом идут, и кто из них сын, кто брат, кто сын друга я обычно особо не задумываюсь, ругаю и наказываю всех одинаково. Хвалю тоже — но наказывать приходится чаще.

Однако именно Весёловы никогда без оповещения не заглядывают и детей не скидывают, наоборот, всегда предупреждают минимум за неделю. Нет, пару раз было такое, когда что-то всплывало неожиданно у Леониды и Аркадия у обоих сразу, и никого из их родни с другой стороны подключить было нельзя. Но исключительные случаи, и тогда, когда Варда был совсем малышом. Сейчас-то он и один прекрасно несколько дней в доме проживет без родителей, и о Лёшке позаботится, если надо.

Так что когда Аркадий позвонил мне вечером из Лиманиона и спросил: «Ничего, если я завтра с утра привезу Варду и оставлю на недельку?» — я, мягко говоря, удивился.

— Случилось что?

— Не то, о чем ты, наверное, беспокоишься. С Леонидой все в порядке, со мной и Лёшкой тоже, никакого аврала нигде на работе. А остальное при личной встрече расскажу.

— Варда что-то начудил? — догадался я. — Подрался с чьим-то высокопоставленным сыночком, и его надо временно убрать с глаз долой?

За Вардой раньше такого не водилось, но недавно он начал интересоваться девочками — а в период полового созревания даже самые разумные мальчишки начинают делать глупости, проверено всем человечеством!

— При личной встрече, — повторил Аркадий. — Но мне нравится направление, в котором ты мыслишь!

Они прилетели на вертолете следующим утром, совсем рано. Мы с Лёвкой пошли их встречать — она просто по дороге на ферму, а я целенаправленно. Варда выскочил из вертолета первый, и я едва его узнал! Он зачем-то перекрасился в шатена, да еще и автозагаром обработался до того, что у них с Лёвкой стал один цвет кожи!

— Ты влюбился в меня, что ли? — шутливо спросила мальчика моя жена. — Одной масти со мной стал!

— Это папина идея, — чуть надулся Варда. — Ни в кого я не влюблялся!

Ого, это что-то новенькое! Похоже, он не очень-то хотел сюда лететь — но Аркадий его уговорил. Да еще и в маскировке! Выслеживает их кто-то, что ли?

Аркадий вылез за Вардой следом, поговорил о чем-то с пилотом, тот кивнул и улетел. Значит, обратно мой двуличный друг собрался своим ходом — обычное дело. Или вообще здесь заночует. Это уже менее обычно: у него редко бывает время, чтобы погостить. Собственно, вообще не бывает, но иногда он волевым усилием разгребает себе выходной именно для того, чтобы побыть с сыновьями.

Дальше Лёвка отправилась на ферму, а я проводил Варду (и Аркадия) в здание школы. По пути я пытался разговорить мальчика, но ответы получал скорее односложные. То ли он дулся за что-то не только на отца, но и на меня, то ли…

— Погоди, ты что, секретность какую-то соблюдаешь, что ли?

Варда дернул плечом.

— Спроси у папы! Он просил никому не говорить!

— О, молодец! — воскликнул Аркадий. — Я не имел в виду Кира, но отрадно видеть, что ты меня так понял.

Варда вздохнул, закатил глаза, сразу напомнив мне Лёшку. В отличие от него, Варда ну о-очень редко закатывал глаза на отца — он Аркадия почти боготворил.

— Так что у вас все-таки случилось? — спросил я.

И Варда, иногда с некоторыми ремарками Аркадия, рассказал мне леденящую душу историю о похищении какими-то мелкими наркобарыгами, которые приняли его за Смеющегося Жнеца. И о том, что Варда от них сугубо самостоятельно сбежал, но в результате не попал на вечеринку к девочке, и Аркадий даже не дал ему позвонить и извиниться, а велел соблюдать полное радиомолчание, ни с кем из дома не связываться. И утром сразу же на вертолете помчал сюда.

— Да не успели они никому про меня рассказать! — отчаянно жестикулировал Варда. — Они тупые были, как пробки! А Юлия… — тут он запнулся и слегка порозовел. — А Юлия подумает, что я лентяй, который костюм не подготовил!

— Перед Юлией ты потом извинишься и подаришь что-нибудь раритетное из той эпохи, виниловую пластинку, например, — отмахнулся Аркадий. — Перед девочками даже полезно побыть загадочным и показать, что ты по ее первому зову не бежишь…

— А то ты бы не побежал, если бы мама позвала!

— А у вас все так серьезно? — уточнил Аркадий.

Варда густо покраснел.

— Может, и было бы серьезно… — упрямо сказал он. — Когда-нибудь, со временем. Теперь уж не узнаешь!