Сергей Плотников – Соло для капитана с оркестром (страница 35)

Но Володька, оказывается, не собирался изъявлять благодарности.

Он появился на пороге, как всегда, похожий на побитого жизнью ворона в своей черной одежде на несколько размеров больше, чем нужно. Супился и отводил глаза, но Сашкино приглашение заходить и присаживаться на единственный стул принял.

А потом заговорил без особых преамбул:

— Я тут подумал, — сказал он, избегая обращаться к Сашке «капитан». — Мы так Ульяну и не помянули.

Сашка растерялся.

Вот этого он точно не ждал.

— Я… извини, что тогда обвинил тебя в ее гибели, — Крестоносец все еще глядел в пол, но говорил четко и ясно. — Я знаю, ты не виноват. Это был несчастный случай.

— На самом деле, меня там даже не было, — сознался Сашка. — Должен был быть, но проспал. Поэтому я попал в следующий шлюп, и сидел на запасном тренажере для инструктора, поэтому меня спас Сашкин амулет…

— Вот, — сказал Володька. — Тем более. Я тогда почему-то решил, что шлюп развалился из-за твоей безалаберности. Я был несправедлив. Только потом понял: что бы там ни случилось, ты вряд ли мог настолько накосячить.

— Там два кристалла попали в резонанс, плохо были откалиброваны, — тихо объяснил Сашка.

Крестоносец удивленно поднял на него глаза.

— Откуда ты знаешь? Ничего же не сообщили!

— Разузнал. У моей тети Гали — помнишь, я рассказывал? Не помнишь? Ну неважно. В общем, у нее есть старая приятельница в Петербуржском следственном комитете, она по дружбе поделилась… Но учти, я тебе не говорил этого.

Володька в ступоре кивнул. Помолчал немного.

Потом сказал:

— Так помянем?

Сашка прикинул. Время до заступления на вахту у него, конечно, было. Правда, он хотел провести его по-другому… но чувствовалось, что для Володьки это важно. Кроме того, если бы он сказал «извини, в другой раз, сейчас отдохнуть хочу», это непоправимо разрушило бы атмосферу. А заодно и хрупкое доверие, которое начало понемногу восстанавливаться между ними с академических лет.

— Помянем, — согласился он.

— Тогда я вот… нарисовал.

Володька достал из бездонного кармана своего макинтоша, который, по Сашкиному мнению, мог бы сойти за плащ-палатку, небольшую папку, размером с книжку. Из этой папки он достал лист плотной бумаги, протянул его Сашке.

На листе была изображена ослепительно красивая и столь же ослепительно улыбающаяся девушка.Сашка хотел было сказать, что в жизни у Ульяны нос был кривее и не было веснушек, но вовремя сдержался. «Какая молодая!» — удивленно подумал он.

Как-то незаметно люди на десять лет моложе успели стать для него почти детьми. Ульяна была ровесницей Белки, когда погибла.

Внезапно поразило: пойди дела немного по-другому, и Белка тоже никогда не стала бы старше.

В результате все эти сложные эмоции Сашке удалось утрамбовать в одно слово:

— Красиво, — сказал Сашка.

Он достал из-под кровати бутылку «Северного сияния», а из шкафчика над кроватью три рюмки.

— Извини, другого ничего нет. Не успел нормальным затариться. А этого у нас после домового целый ящик остался. Натащил как-то.

— Ничего, — ответил Володька. — Мне вообще-то нравится.

— Если не врешь из вежливости, то ты первый, кого я знаю, — улыбнулся Сашка. — Только по одной… в смысле, ты как хочешь, а я больше одной не могу. Мне на вахту следующим.

— Я помню, — кивнул Володька. — Я напиваться не люблю.

Сашка вспомнил, что во время студенческих попоек Володька один оставался практически трезв. Еще одна причина, почему ему досталось прозвище «Крестоносец» — борец за веру.

Сашка разлил алкогольную гадость по рюмкам. Улину отодвинул в сторону и прислонил к ней портрет. Традиционного кусочка хлеба он, разумеется, найти у себя не мог — на флоте офицерам запрещалось хомячить в каютах что бы то ни было (хотя многие все равно припрятывали), а на «Блике» просто нужды не было. Какой смысл, если можно просто зайти в кают-компанию и взять любой перекус? Княгиня имела привычку держать две-три открытые коробки с печеньем или карамельками прямо в буфете.

Но ведь дело не в хлебе, а в традиции. Тем более, Улька всегда блюла талию, сколько Сашка ее помнил. Не всем так везет, как Саньке: с ее бешеным метаболизмом и высоким ростом та всегда могла есть сколько хотела и чего хотела.

Они выпили. Помолчали.

Могла бы воцариться неловкость, но вдруг Володька спросил:

— Слушай, ты не против, если я и дальше буду рисовать про приключения Белобрысого?

Сашка аж удивился.

— А разве мой голос вообще котируется? Мало ли с кого ты там вдохновлялся…

— Да дурак был, — Володька поморщился. — Даже не подумал, что общие знакомые могут узнать эти случаи и сопоставить…

— Ну… — когда-то это Сашку тоже возмутило, но теперь ему начало казаться, что все эти переживания — сущая мелочь в масштабах вселенной. Скорее можно даже гордиться, что с тебя нарисовали популярный комикс. — Знаешь, пожалуй, мне уже норм. Тем более, весь материал с моей бурной флотской службы ты израсходовал.

— Я имею в виду, материал с «Блика», — объяснил Володька. — Мне Люда такого понарассказала!

Сашка даже не сразу понял, что под «Людой» он имел в виду Людоедку.

— Это ты у самой Берг и спрашивай, — сказал Сашка. — И у девчонок тоже.

— Да они не против! — Володька махнул рукой. — Просто… ну, я же не буду отдельного героя придумывать? Или героинь? Белобрысый уже хорошо идет… Хочу дальше развивать его образ. А образ-то с тебя писан, как ни крути. Добавить Санькины дуэли, добавить провоз шелка контрабандой на голое тело… Нет, не шелка, а то сопоставят с Жемчужиной, у вас могут быть неприятности. Какую-нибудь зачарованную ловчую сеть придумаю, пусть Белобрысый отвлекает мощным телом дам из таможни...

Сашкепришло кое-что на ум и он начал улыбаться еще до того, как заговорил.

— А как тебе такое приключение: Белобрысый в одиночку заваливает боевой корабль сильномогучим колдунством, после чего спасается в зачарованном собственноручно сундуке, отдавшись на волю эфирным волнам? Вдвоем с обнаженной красоткой?

Володька фыркнул.

— Никто не поверит. Даже для Белобрысого это слишком!

Теперь смеялись уже вместе. И было им неожиданно легко.

«Ну да, — подумал Сашка, — у нас много общего: оба любим женщин постарше! Точнее, оба не можем устоять перед отдельными представительницами...»

Подумал — и сам себе удивился. Впервые с исчезновения Княгини получилось хотя бы мысленно сказать о ней что-то фривольное.

И ни капли горечи.

***

Полет до Порт-Суглата шел ровно, без приключений, за что весь экипаж «Блика» был ужасно благодарен жизни, судьбе, вселенной и чему угодно. Правда, приходилось экономить еду — точнее, вкусности — потому что на Жасмине не успели почти ничем закупиться. То есть о пресловутых печеньках и конфетах в кают-компании пришлось забыть, да и булочки Катерина пекла без корицы и почти без масла, а это, конечно же, уже совсем не то.

Не было и свежих овощей, поэтому Сандра, посовещавшись с Людоедкой, прописала всем витамины из неприкосновенного запаса — как единственный человек, имеющий хоть какое-то представление о целебной магии свыше первой помощи.

Но никто не роптал.

То есть ворчали, конечно, потихоньку, но за рамки легкого нытья эти жалобы не выливались. В какой-то момент Сашка и Катерина рассмотрели возможность заглянуть на какую-нибудь планету «по пути» для пополнения припасов, но, как на грех, ничего сносного по этому маршруту не попадалось. От Жасмина они шли до Порт-Суглата Тимофеевским стримом, как самым прямым и быстрым, а там по обе стороны имелись только свежесозданные колонии. Разумеется, как раз продовольствие все начинали производить в первую очередь, однако Людоедка отсоветовала.

— Порты там оборудованы плохо, диспетчерский контроль не налажен… Правда, и сталкиваться не с кем, но на взлет-посадку можно потратить здорово времени и нервов.

— Хуже, чем на Тэте, точно не будет, — усмехнулся Сашка.

— Тэта — особый случай, там нас знают. А на какой-нибудь захудалой планетишке «преуспевающую» бригантину могут попробовать обобрать во все поля… или даже прямиком ограбить. Конечно, с вашими и Сандриными талантами это будет непросто сделать, но вам так хочется стать персонажем плохонького вестерна?

Сашка подумал и решил, что меньше всего ему хочется подписываться на новые и совершенно ненужные приключения после всего, что они недавно пережили. И ради чего? Ради возможности трескать сладкую выпечку?

Кроме того, оставалась еще проблема поиска Княгини и Роовли-Кообас. Самый прямой путь туда от Жасмина все равно лежал через Порт-Суглат, однако любое отклонение от маршрута соответственно удлиняло и время, через которое «Блик» попадет на бывшую базу Князя. А у Княгини и так была нехилая такая фора…

Утешало только то, что от Мирабилис к Роовли-Кообас тоже прямых стримов нет, придется петлять. Ну или идти напрямик, сжигая несусветную прорву кристаллов — кому такое по карману?