Сергей Плотников – Плюшевый: пророк (страница 16)
Она продолжала в том же духе, ребята повторяли за ней — и на колени начали опускаться и другие бойцы, присоединяясь к речитативу! Сперва те, кто дрался со мной у озера и у каньона; потом — и все остальные. Еще в первые часы после попадания в этот мир я отметил, что учеников Дуба среди прочего учат декларировать хором. Вот тут этот навык внезапно раскрылся во всей красе: мои бойцы легко попали в темп! Сильный, уверенный, низкий для женщины голос Лелы легко вел молитву.
Я с удивлением увидел, как Герт, Фиен, Рида… и даже моя мать!.. все опускаются на колени! Он и Кеверт тоже — хотя и с небольшим опозданием, а Кеверт еще при этом удивленно оглядывался по сторонам.
— Что за… — пробормотал Лидис, его зрачки нервно бегали.
«Сейчас нападет!» — подумал я, по-прежнему продолжая закачивать энергию в руку. Интересно, мой противник поймет, что я делаю? Вообще-то, это заметно внутренним зрением на последней стадии!
Но тут стало заметно кое-что еще. Ауры учеников, подмастерий и мастеров Дуба вдруг начали сливаться — знакомая наша техника синхронизации, позволяющая создавать общий щит! Кстати, речитатив и беспрекословное выполнение команд действительно служат подготовкой к изучению этого приема.
Сейчас ученики явно выполняли это ненамеренно — но и не сказать, чтобы совсем случайно. Общий настрой, общее движение — многие стояли на коленях вплотную друг к другу, соприкасаясь плечами и слегка покачиваясь — наконец, общий противник. Все это сыграло свою роль!
И вся эта огромная масса невидимого огня будто куполом накрывала нас — будто ауры нескольких Великих мастеров!
Творец, я и не предполагал такого эффекта! В нашей Школе считается, что даже хорошо подготовленные бойцы не могут объединиться больше чем впятером или вшестером. На что эта совокупная аура, интересно, способна, и как ею управлять⁈
(На всякий случай я попробовал отдать мысленную команду — вдруг эта аура сфокусирована на мне. Ничего не произошло.)
Похоже, глава Ясного Полудня тоже задался первым вопросом — и был уверен, что я знаю ответ на второй. Потому что его лицо исказилось даже не страхом, а каким-то священным ужасом. Он сорвался с места, взяв такой разбег, которого я даже у Кузнечиков не видел, прыжком преодолел кольцо моих молящихся ребят — и кинулся прочь!
Что за…
А как же его люди⁈
— Мы прогнали злого духа! — вскричала Лела Он. — От святой молитвы его корежит! Спасибо тебе, Истинный Бог!
Остальные ответили воплем яростной радости.
p. s. Рида Коннах считает, что лайки — тоже род благословения!
Глава 7
Хитрый план Лиса Коннаха
— Хотите верьте, хотите нет, лично я всего лишь прибыл сюда, чтобы сообщить: мы, Летучие Мыши, очень сожалеем о том недоразумении, что произошло на Большом Турнире! — проговорил Вейл Клоннар, глава Школы Летучей Мыши. — Как видите, я даже явился лично, чтобы лично заверить вас, Коннах!
— Ценю это, — произнес я. — Вы имеете в виду, о том недоразумении, что вы обвинили моих союзников и родичей, Даретов и Олеров из Школы Ручья, в мошенничестве и намеренном убийстве вашего мастера?
Смуглый, темноволосый глава Летучих Мышей чуть приподнял брови.
— Признаться, я имел в виду только то, что нам не следовало чинить препятствий для отхода вашей уважаемой тетушке, подмастерью Он, и ее слугам и домочадцам, если таковые были в той партии. Но если вы настаиваете, можно сказать и так.
— Я настаиваю, — сухо сказал я. — Те, кто идет против моих союзников, идет и против меня. Глава Дарет заверил меня в том, что он не принимал «пилюль бессмертия» или аналогичных зелий. И по нему это видно: подобные снадобья всегда оказывают долговременное воздействие на организм, а Лейт был здоров, когда я видел его последний раз.
Глава Летучей Мыши чуть склонил голову и промолчал.
— Конечно, обидно, когда сперва подмастерье Дуба побеждает мастера — а потом и подмастерье Ручьев делает то же. Но судьба бойца непредсказуема, порой и более сильный боец может проиграть тому, кто слабее, но удачливее, или оказался более ловким, — сказал я. — Мой отец всегда учил меня относиться к этому с подобающим смирением. И сам он, кстати, тоже погиб от руки более слабого бойца, над которым одержал победу.
— Понимаю, — снова кивнул глава Летучей Мыши. — Мы уже отправили в Школу Дуба и лично госпоже Он подарки с нашими извинениями. После ваших объяснений я считаю нужным также отправить посланцев и в Школу Ручья.
— Своевременная мысль.
Мы еще немного поторговались, но в целом прийти к взаимопониманию оказалось очень легко. Я даже сперва не понял, почему так легко — неужто он так впечатлился бегством Соннота? Но потом до меня дошло, что ситуация несколько сложнее.
Дело в том, что, оказывается, во время Большого Турнира Школа Последнего Заката несколько перенапряглась. Их мастер Левин Фаэс — кстати, из семьи, приближенной к главной — погиб от руки Ориса. Их главная семья, Эйл, вроде бы была очень стабильной: трое взрослых женатых сыновей, наполовину выросшие внуки… Но, как оказалось, Лейт Дарет убил младшего из братьев Эйл, это так повлияло на их отца, что его хватил удар, в результате которого у него оказалась парализована половина тела — еще и поэтому Эйлы так взбесились! В бою у озера Исс участвовал один из старших братьев Эйлов, его победил и убил мастер Олер, дядя Айны. И последний оставшийся Эйл вроде как заправлял всем на Турнире, но тут соседние Школы почуяли слабину — причем застрельщиком тут выступала Школа Ясного Полудня, которая враждовала с Последним Закатом с момента своего основания. В общем, еще до конца Турнира, спустя пару поединков чести и несколько открытых нападений, роды Последнего Заката потеряли всех своих мастеров и подмастерий. После этого без лишних церемоний их собственность была поделена, а ученики изгнаны, казнены или (младшие) проданы в рабство.
Именно поэтому Школа Ясного Полудня явилась выяснять отношения и с нами: захватив владения Последнего Заката, они оказались в одной с нами провинции и хотели свести знакомство, проверить, с чем нас едят, так сказать. И заодно заверить в том, что их политика — это не политика Последнего Заката.
В общем, Школа Последнего Заката была уничтожена, и вроде бы это выглядело как цепь случайностей. Одной из этих случайностей, даже не самой главной, было то, что некоторую роль в конфликте, приведшей к гибели старших Эйлов, сыграла Лела Он — подмастерье Школы Дуба.
А теперь еще и глава Школы Ясного Полудня опозорился до последней степени: вызвал на бой пацана заведомо слабее, а потом вдруг чего-то испугался и сбежал от драки! Это был бы позор, даже будь бой обычным, но речь-то шла о поединке чести! То есть мужик заведомо утратил свою честь, да еще и сбежал. Скорее всего, главой Школы ему больше не бывать — а если его род оставит его в этом качестве, вся Школа будет опозорена!
Короче, если смотреть на все это со стороны, то выходило вот что.
Орис Коннах был убит при запутанных обстоятельствах, в которых какую-то роль сыграла Школа Последнего Заката в лице мастера Левина Фаэса, а какую-то — Школа Ворона (на деле, Школа Ворона была вообще не при чем, если говорить конкретно о смерти Ориса, но мы ведь говорим о том, как ситуация смотрелась со стороны, так?). После этого Школа Ворона была буквально в течение полугода уничтожена, причем преимущественно чужими руками. Прошло еще чуть больше двух лет — и та же участь постигла Школу Последнего Заката. Причем и там, и там прослеживалось участие Школы Дуба! Пусть даже во втором случае оно было менее явным.
Грубо говоря, мне приписывали составление «хитрого плана», благодаря которому семейство Эйлов потерпело крах и утащило за собой всю их Школу.
А я ни одного этого Эйла даже в глаза не видел, что самое смешное!
После этого представитель Школы, захватившей собственность Школы Последнего Заката согласно моему хитроплану, попытался на меня бычить — возможно, чтобы сорваться с крючка или заранее отвергнуть обвинения в сговоре между нами. И тут же потерял честь, хуже, чем погиб. Страшный, страшный человек Лис Коннах! Не прощает ни одной ошибки!
Ну что ж, таким подарком судьбы грех не воспользоваться. Так что на словах я все отрицал, однако не слишком искренним тоном. А на деле постарался спокойно и как должное принять то, что все окрестные Школы явились ко мне с этакой «Декларацией о ненападении». Мол, дорогой, милый Лис Коннах, мы тебя очень уважаем и планируем обходить десятой дорогой, так что если вдруг тебе покажется, что мы что-то насчет тебя умышляем, ты сначала у нас спросишь, а не будешь нас сразу стирать с лица земли, ладно?
А ведь именно за этим они и приехали — даже Школа Тростника! Хотя с ними, я был уверен, получится сложнее: как-никак, между мною и Эрасом Бергином все еще стояла смерть его сына. И моего дяди Элиса Коннаха, если уж на то пошло.
Все эти мастера попытались заверить меня, что демарш Соннота был исключительно его идеей — и плодом его неуравновешенности. Я также многозначительно покивал и сказал, что злые духи могут овладеть любым, если человек завистью, гневом и высокомерием откроет в своей душе дверь. И хорошо, что молитва позволила изгнать одержимого злыми духами без кровопролития.
Мастера переглянулись — и не стали развивать тему дальше.