Сергей Плотников – Плюшевый: предтеча (страница 10)

Когда твоя половинка готова с воображаемым воплем «За ВДВ!» сигануть с края нормальности, вместо того, чтобы удержать тебя на нем… В общем, результат может получиться непредсказуемым.

— Мне по-прежнему не нравится твой пульс, — пробормотала Сора, напряженно хмуря брови и не отпуская мое запястье. — Уверена, будь у меня оксигенатор, он бы сейчас что-то неприличное показывал…

— Да, я бы хотел показать тебе что-то неприличное в другом ключе… — заметил я. Теперь хмыкнула Сора, но тут же стерла улыбку с лица.

— Тебе очень повезло, что магия доработала, даже пока ты был в отключке! — сурово сказала она.

— Ага, я вообще везучий… как утопленник… — я прикинул и понял, что мой резерв стремительно исчерпывается. Не так стремительно, как прежде: все-таки я немного прокачался за предыдущие два года. Прирост составил процентов двадцать, что значительно меньше медианных показателей развития. Но на «светлячок» меня бы по-прежнему не хватило. — Давай еще раз Черное Солнце. Или еще парочку. Кто там сейчас у тебя по очереди?

— Последний раз его зажигала Яса, Герт и Рида с огнеметами дежурят по слизням, — отчиталась Сора. — Но слизней становится все меньше, последний раз вообще почти никто не вылез. Они там могут кончиться?

— Могут, конечно, — немного удивился я, — ты же представляешь, как там все устроено? — тут я сообразил. — Ах ты ж!

Алёна ведь не маг — я склонен был об этом забывать в обиходе и прежде, а теперь, когда она как Великий мастер получила возможности, близкие к магическим, помнить стало еще сложнее. Но в ее бытность Леонидой Весёловой у моей жены не было ни возможности, ни, насколько я понимаю, желания рисковать, выходя в открытый метакосмос в одном скафандре. И не было фантазии изучать его с помощью дрона от первого лица. Максимум она любовалась на Междумирье из иллюминатора крейсера — а наши орденские крейсера больше всего напоминают подводные лодки. Это уж потом народ подсуетился и стал клепать прогулочные посудины с большими панорамными окнами. Но Алёна, если я не ошибаюсь, никогда на такой не каталась.

А даже если бы и каталась. Разглядывать в Междумирье особо нечего: тускло светящиеся облака газа. Поначалу это кажется очень красивым — словно летишь сквозь обычные облака на закате, или сквозь подсвеченный солнцем туман. Но без сколько-нибудь твердых ориентиров, учитывая, что ветра-течения постоянно «перемешивают» все газовые формации между собой, постоянная атмосферная турбулентность начинает быстро утомлять и глаза, и ум. Навигация в Междумирье «классическим» способом, какой применяли древние маги, пока специалисты из наших рядов не привнесли в нее немного живительной математики, натурально сводила людей с ума! И я не шучу. Жена нашего старшего сына большую часть жизни состояла компаньонкой при специалистке по навигации, и одной из ее обязанностей было следить, чтобы та не вышла из дома голой.

Короче говоря, Алёна, работавшая долгое время директором Научно-исследовательского института магии, медицины и технологий, естественно, отлично представляла, что такое Междумирье — но только в теории.

— Ладно, — сказал я, — пока делать особо нечего, давай прочитаю небольшую лекцию…Иэррей, вы слушаете?

— Очень внимательно, — ответил лекарь.

— Тогда участвуйте в разговоре, — сказал я. — И спрашивайте, что непонятно. Я чувствую, пора уже расширять круг посвященных. Сора, тогда не обижайся, я начну с версии для чайников.

Я начал объяснять буквально на пальцах.

О том, что есть космос, в котором расположены планеты и звезды, — это для Иэррея сюрпризом не стало, астрономическая школа существовала и на Островах, и в Империи. И о том, что «другим краем» планеты соприкасаются с иным пространством или слоем реальности, наполненным магической силой. Что планеты от этого пространства отделяет так называемая Кромка, которая обычно позволяет части магии просачиваться на планету. Но в этом мире по какой-то причине Кромка необыкновенно толстая, поэтому чудесная сила — магия — сюда не добирается, и ее здесь не знают. Что Черное Солнце позволяет пробить Кромку, но контакт, естественно, двухсторонний: оттуда сюда лезут магические существа, которые там обитают.

Лекарь не перебивал, не спрашивал, откуда мне все это известно, только задавал уточняющие вопросы. Например, вытаскивая у меня из спины иголки, поинтересовался:

— Это именно существа? Не демоны? Не злые духи?

— Нет, обычные животные, просто сформированные совсем другой средой, чем наша, — пояснил я. — Они привыкли непрерывно потреблять значительно больше магии, чем мы здесь, на планетах. Поэтому без магии их, как правило, не убить. Ну или без передовой техники, например, огнеметов… Хотя наши слизни выглядят довольно примитивными и неопасными на фоне тех существ, которые в Междумирье встречаются обычно…

— Мое воображение меня подводит, — заметил Иэррей. — Мне трудно представить более страшных и опасных созданий, чем быстро ползающие моллюски, которые растворяют все, с чем соприкоснутся!

— Добавьте им ноги, крылья, скорость передвижения и способность плеваться кислотой, — фыркнула Сора. — И увеличьте в размере раза в три. Получите более-менее стандартного метакосмического хищника.

— Более-менее, — подтвердил я. — Так вот, я подозреваю, что вокруг этой планеты на самом деле довольно спокойно. Чтобы убедиться, надо, конечно, выйти наружу, но я не уверен, что удар Черного Солнца возможен по ту сторону или что смогу пробить Кромку в обратном направлении с помощью магии — у Морковки вот не получилось…

— У кого? — удивился Иэррей.

— У моего… личного метакосмического хищника. Потом расскажу. Так вот, я очень сильно подозреваю, что, раз Кромка здесь такая плотная и пробить ее снаружи не получается, в окрестностях этой планеты мало по-настоящему сильных и быстрых хищников. Они-то ведь выживают именно за счет того, что пробивают Кромку там, где она слабеет, ныряют на планеты и пожирают все растения и животных в зоне видимости. А эти слизни населяют некую довольно изобильную среду, может быть, заросли растений, которые питаются магией так, как наши растения питаются солнечным светом…

— Наши растения питаются солнечным светом⁈

— А я вам не рассказывала? — удивилась Сора. — А, да, мы в основном физиологией и анатомией занимались, а не ботаникой. Да, питаются, но это сейчас неважно.

— Хорошо, но вы должны пообещать мне еще парочку лекций на этот счет, — попросил Иэррей.

— Хорошо, — согласилась Сора.

— Так вот, — продолжил я. — Я думаю, слизни потребляют именно эти растения, плюс всех более мелких существ, которые среди них обитают. Но вот более крупные хищники в гости прилетают редко — Морковка мне говорил, что сами слизни малопитательные, а до животных с планеты им не добраться. Поскольку расстояния и координаты на планете вполне коррелируют с расстояниями и координатами по ту сторону Кромки, а мы сделали несколько Черных Солнц подряд… — тут я почувствовал, как мысли опять начинают путаться, а дыхания снова перестает хватать. — В общем, слизни правда могли закончиться. А у меня окончательно кончилась магия, так что, Сора, дорогая…

— Поняла, — она легко поднялась с корточек. — Пойду зажгу новое Черное Солнце, а Ясу отправлю сюда.

— М-м, лучше помоги мне выйти. Иэррей, вы же все иголки вытащили?

— Да, они уже не нужны. Вам намного лучше, и теперь они только мешают, — подтвердил лекарь.

— Лучше, но не настолько хорошо, чтобы вставать! И дренажные трубки пока тебе нужны, — возмутилась моя жена.

— Сора, милая. Как я только что сказал, мы создали несколько подряд прорывов в Кромке за короткий срок, почти на одном и том же месте! Даже если тут сравнительно низкоконкурентная среда и вблизи никого, кроме слизней, нет… За те пару часов, что мы сражаемся за мою жизнь, вполне могут прилететь твари из более отдаленных районов. Они очень остро чуют Прорывы, даже за много сотен миль.

Сора изменилась в лице.

— Ты имеешь в виду, кто-то вроде Черноцвета?

— Очень надеюсь, что нет!

Черноцвет — действительно страшная дрянь. Размером он с карьерный самосвал, а формой похож на красивый тропический цветок с пятью или семью лепестками, и каждый лепесток способен выпускать длинные щупальца-стрекала. Стрекала покрыты разъедающей слизью, с которой когда-то даже регенерация Проклятья, начарованная лучшими магами древности, справиться не могла! Одно прикосновение — и все, пишите письма. В мою бытность ребенком-волшебником считалось, что для уничтожения такой твари нужно собрать отряд из двадцати-тридцати юнитов. Справлюсь ли я один, пусть даже полноценно используя магию, а также имея на подхвате Великого мастера и двух бойцов с огнеметами? Есть некоторые сомнения. Нет, с моим предыдущим резервом это было бы плевое дело — одного «светлячка» этой твари хватило бы. А вот с нынешним…

Опираясь на руку Соры, я выбрался из нашей «сторожки». Иэррей шел следом. Мне было все еще до того хреново, что я действительно не смог бы спуститься с низкого крыльца без помощи жены. М-да, в таком состоянии только с Черноцветом и сражаться! Это не говоря о том, что бывают твари и похуже. Почти любых ульевых взять, например.

Правда, тут нам должно помочь то, что у Черного Солнца не такой уж большой радиус, а просто так «проломить» местную кромку даже такие сильные хищники, как Морковка, не способны. Он, помнится, сам еле протиснулся в разрыв. Значит, ничего крупнее дракона нам не грозит. Слабое утешение, — ульевые, например, почти все довольно небольшие по отдельности, — но уж какое есть.