Сергей Плотников – Фантастика 2025-155 (страница 93)

В общем, вопрос с происхождением беременности мы закрыли и начали понемногу готовиться к рождению ребенка. Обустраивали детскую, делали мебель и все такое. В моем прошлом мире считалось, что не стоит начинать раньше второго триместра — можно, мол, сглазить. Но мы, во-первых, получили почти что гарантии, что ребенок родится здоровым, во-вторых, понимали, что осенью, когда пойдет самое производство ткани и торговля, у нас вообще не будет времени ни на что! А ребенок-то родится уже к зимнему Солнцевороту…

Между тем лето вступило в свою самую жаркую пору. Работ на полях было не так уж много — во многом благодаря тому, что мы буквально упахались зимой и весной! Например, благодаря прорытым каналам мы без труда смогли организовать полив. Вредителей легко убивала Рагна, а с болезнями и ростом растений внезапно помогла Мириэль.

— Я так-то плохой травник, — со вздохом сказала она. — Но связь с Лесом есть у всех эльфов, и последнее время я чувствую, что она во мне обостряется. Слышала, такое бывает во время беременности!

В общем, посадки нас радовали, отношения с крестьянами постепенно налаживались — слуги уже всем рассказали о том, что в поместье с ними хорошо обращаются, нормально кормят и прилично платят. Ну и раздача мяса детям, безусловно, добавила нам очков популярности. Я даже подумывал о том, не начать ли строить шлюзы прямо сейчас, не дожидаясь зимы, как мы планировали.

И тут случилось то, что показало: форсировать работы надо в другом направлении! Не в инженерном, а в социальном.

Нас явились грабить! Или, скорее, показать новому барону, как «приличные люди» в этих местах делают дела.

Дальше я вынужден рассказывать с чужих слов, потому что в тот день отправился выгуливать Ночку подальше в горы. Она хоть и стала сама порой приходить к нам в большую гостиную, увы, больше никаких признаков разума или эмоций не проявляла. Однако я не оставлял надежды и придумал брать ее на длительные прогулки, как зимой. Одновременно и сам знакомился со своими владениями и прилегающими землями, и с Ночкой время проводил.

А вот мои девчонки остались и решили устроить «пляжный выходной». Правда, пляжа как такового у нас не имелось, но в одном месте Леу нашла ровную, обращенную на юг гранитную плиту, спускающуюся прямо к холодным водам озера. Да, холодным: даже в летнюю жару наше водохранилище не прямо сказать чтобы хорошо прогревалось! К тому же в силу особенностей рельефа у него почти не было мелководья, глубина начиналась почти сразу от обреза воды.

Уж не знаю, кому в голову пришла эта идея, думаю, Ханне или Леу. Но Леу предложила всем девчонкам покататься по озеру на драконе — то есть на ней — а потом вместе поваляться на солнышке. Мириэль начала было отнекиваться, что не хочет рисковать ребенком — у нее кончался первый триместр и животик был уже даже немного заметен без одежды, если знать, куда смотреть. А грудь потяжелела и стала еще великолепнее, чем была, хоть я и не думал, что это возможно.

Однако Рагна ей сказала:

— Не думаю, что будет беда, если не начнешь нырять, как в прошлый раз!

Мириэль вздохнула.

— Я не пыталась покончить с собой! Я хотела провести глубинную медитацию, это особая техника, меня ей дедушка с бабушкой научили! Ныряешь на глубину. Задерживаешь дыхание на две-три минуты, потом обратно. Так все беды и проблемы словно бы остаются на поверхности. Я просто не учла температуру воды и свое собственное взвинченное состояние — слишком быстро сожгла кислород и мне не хватило воздуха выбраться наружу!

— Верим, верим, — успокоительно сказала Ханна. — Но, серьезно, ты слишком много работаешь, Мира… Как и мы все, но только у тебя есть тело, которому можно этим повредить! Так что давай, отдохни.

— Ладно, — лукаво сказала Мириэль. — Но только если Рагна искупается вместе со мной!

— Что? — ахнула Рагна. — Как ты это видишь⁈

— А что такого? Ханну я, понятное дело, не прошу — если она нечаянно утонет, Леу может ее так просто не достать со дна, будет неприятно…

— Это я-то не достану⁈ — возмутилась Леу. — Да я кого хочешь достану!

Ханна захохотала, Леу сообразила, что сказала, и тоже захихикала.

А Рагна нахмурилась.

— Я не смогу плавать! Удельный вес кости выше, чем воды. Так что я тоже сразу пойду ко дну, как и Ханна. С той только разницей, что меня найти и достать будет легче. Да я и сама смогу выбраться вверх по склону.

— Зато, — сказала Мириэль, — если ты прокатишься на шее Леу, опустив ноги в воду, то сможешь почувствовать давление воды, контраст холода и солнечного тепла! Это все кость ощущает, не так ли?

— Н-ну… пожалуй.

— Вот! Тебе тоже доступны плотские удовольствия, и не только в снах с божественной энергией! — весело сказала Мира. — Попробуй!

— Но… мне придется раздеться.

— А то мы скелетов не видели, — фыркнула Ханна. — Я вообще всегда перед вами голая!.. — Потом добавила тоном ниже. — Хотя мне, безусловно, неприятно будет видеть твой скелет. Но ничего, думаю, быстро привыкну. Возможность получить удовольствие в нашем случае куда важнее!

— Для эксперимента, Рагна! — добавила Мириэль.

— Ну раз для эксперимента, то ладно, — сдалась некромантша.

Так что Рагна аккуратно отколола маску от капюшона, сняла платье (в тот день на ней было канареечно-желтое) и осторожно, с помощью Миры, забралась верхом на Леу. Сама Мира к ней присоединилась, надев для разнообразия кожаные брюки и белую рубашку, которые предпочитала носить раньше. Потом она мне рассказывала, что предпочла бы тоже покататься на драконе голышом, но из дома открывался отличный вид почти на все рукотворное озеро — и светить своими прелестями перед орками она считала несоответствующим своей роли хозяйки дома.

«И потом, — лукаво добавила она, — они и так все тебе завидуют, Андрей! Нечего еще сильнее дразнить!»

Поэтому, когда из леса по неприметной тропке вышел вооруженный отряд карателей, их встретило потрясающее зрелище: эльфийка с мечом (она все-таки взяла Ханну, но надежно закрепила ее на перевязи) и скелет верхом на драконе с радостными воплями бороздят озерную гладь.

Как мне потом рассказывала Рагна, когда они подкатили к самому дому, обдав этих молодчиков облаком брызг, те тут же попадали на землю, будто по ним стреляли. А тут еще Рагна обычным скрипучим голосом любого лича (модулятор-то она оставила на берегу) сказала:

— Мы — баронессы Ильмор. А вы, надо полагать, на ужин?..

И все, мужики тут же бросились обратно в лес. Ползком, как были.

— Вооружение куда хуже, чем у наемников, но вполне приличное, — рассказывала потом Ханна. — Ливрей ни на ком не было, но, если судить по выучке, скорее всего, герцогская дружина.

— Понял, — вздохнул я. — Значит, пора нанести визит герцогу Фойту!

Глава 18

В гостях у герцога Фойта

Жизнь такая непростая штука, когда становишься бароном! Мало просто управлять наделом, нужно учитывать еще всякие сословные тонкости. Мне очень повезло, что я вовремя сманил к себе Габриэля — без него ни в жизнь не разобрался бы.

— Кстати, вы ведь тоже аристократ? — уточнил я у него. — В смысле, у вас наследственное поместье, но титула вроде бы нет?

— Все верно, — кивнул он, — я нетитулованный дворянин. Собственно, титулов в королевстве три… ладно, четыре, считая собственно королевский, — он усмехнулся в усы. — Барон, герцог, граф. Графский титул, пожалованный вашему приятелю Мишелю, самый среди них странный. В том смысле, что это придворный титул, и к нему может даже прилагаться земельный надел, поместье. Но это поместье все равно остается на королевских землях, распоряжаться в ней граф толком не может, даже взимать налоги с крестьян. Налоги они платят королю. А графу платят только стоимость аренды земли.

Я кивнул, уже зная, что это разные вещи. Мои крестьяне, кстати, попытались эту тонкость обойти — мол, от налогов я их освободил, значит, и от арендной платы тоже! Не на того напали: Иркан живо избавил их от лишних заблуждений.

— Да, и еще. Графский титул не наследуется, а вот поместье может наследоваться, может нет. Зависит от условий, на которых оно пожаловано. Баронский и герцогский титулы дают куда больше прав над своими землями. И судебные, и даже законодательные в некотором роде, хотя вы все равно обязаны соблюдать законы королевства. Поэтому неудивительно, что большинство баронов считают тех же графов «ненастоящими титулованными». Герцоги, которые официально в табели о рангах выше, относятся более снисходительно.

— Но я ведь не вассал герцогу Фойту, — сказал я. — Однако все равно должен держаться с ним уважительно? Или как?

— Уважительно, — подумав, сказал Габриэль, — но не слишком. Мол, выше-то он выше, но в ваши дела совать нос права не имеет. Вы все-таки прямой вассал короля, а с ним даже договора о защите его дружиной не заключали.

— Ясно, — сказал я. — Слушайте, а вот если бы я захотел пойти в вассалы Фойту, хотя баронство пожаловано мне королем? Как это можно было бы сделать?

— И вы, и герцог должны подать королю прошение, в письменной или устной форме. И, возможно, приплатить. Король не очень-то любит усиливать герцогов за счет баронов. Поэтому обычно действуют по-другому: заключают отдельные договоры «о дружбе и защите». Тот же самый вассалитет, только ограниченный. Мол, герцог предоставляет барону дружину, а тот ему за это — часть собранных налогов.