Сергей Переслегин – Война на пороге. Гильбертова пустыня (страница 81)

Бомба, которая ему приснилась, таки долетела до корейской столицы и теперь ей крышка, столице. Так просто. Сотня килотонн и все. На его остров хватило бы и двадцати. По- светились бы празднично в ночи всем аулом — и аут! И главное — ничего не сделаешь. Конечно, японские спецслужбы кинули к себе маленькую, чтоб обратно, гневно объявив мировой терроризм, грохнуть корейский город. Ломать — не строить! Убивать — не рожать!

После второго взрыва Первый фактически был занят корейским вопросом, он не ходил на тактические совещания. Почти не бывал в Штабе, словно обрел себе иное руководство. Гном все время забывал, что Первый — разведчик и дипломат, а совсем не руководитель операций. Игорь, тот — да, но он и так был правой рукой Гнома по Охе и Петропавловску. Фактически, он заменил Владлена и даже как-то непостижимо подправлял ситуации у моста. Он был менеджером на войне, у него всегда все было. Гному казалось, что Игорь — инопланетянин. Откуда-то он умел водить небольшие самолеты и, может быть, и даже наверное, катера. Игорь был нейтрален к распоряжениям местного начальства и все время на связи с Москвой. Он вел свою денежную игру и учитывал действия Гнома. Однажды позвонила Гурия. Гном удивился, что из Магадана. Неужели вернется прежняя жизнь? А дети? "Дети пока не могут пособить в войне", — усмехнулся Игорь в трубку жене.

С момента выхода десантного соединения из Фукуоки, узнав, услышав и отрефлектировав ситуацию на фронтах и сложив ее в своей жизни, Гном начал мстить за Владлена, отмечая крестиками события "памяти друга". Маша считала, что он сошел с ума. Потому что он перестал шутить. Это было жутковато.

Сухопутный отряд грамотно провел вторую атаку Охи и отчитался об уничтожении японских сил в городе. Эти военные ролевики, коль было не велено, в плен и не брали. Вытесняли в леса и зачищали. Враги, так враги.

После ядерного взрыва в Тотгори Гном понял, что его корейская операция, столь бережно прикрытая командующим, успевает, и ему наплевать на то, что в Интернете обнародован факт введения в действие японского плана "Гражданская оборона и эвакуация: угроза тотальной войны". А то до этого, они не планировали своих атак по всему региону?

— По Сеулу и Инчхону были нанесены воздушные удары, десантирование прошло успешно… Теоретически, товарищ командующий, они могли бы и нам так же обеспечить высадку десантов. Бомбу во Владик и атака по всему побережью. Только мы им не нужны. Исторически. Они чтут историю, поганцы. Вот Кирафуту это — отдайте!

Объявили войну Северной Корее, сволочи, когда уже стоят на подступах к Сеулу. Даже американе что-то вроде ноты прислали. "Вот те раз, нельзя же так!" Сами научили. Гегемонят все страны по одной схеме.

Уже в 6.10 по своему Токио они захватили плацдарм в Пусане, тут и грохнуло в Пхеньяне. А пока любовались свечением, уже по Тайваню вдарили, в Инчхоне десант вывалили, причем не свой, а маньчжурский, шашни слепили с 2010-го года. Предупреждал Кирилл корейцев, да куда там.

И дальше понеслись значки на карту:

7.10. Высадка японского десанта в Пусане.

7.15. Захват плацдарма в Даньшуе.

7.20. Захват ключевых пунктов в Тайбее.

7.30. Высадка маньчжурского десанта в Даньшуе.

А про "зеленый Хинган" русские как-то не спели, и на границах у нас было круто. Инциденты и прецеденты так и сыпались. Погибла куча народу, но за эту линию японцы только злобно дергали, чтоб болело, но не наступали. Маньчжурию они, конечно, получат под протекторат. Затем и Китай делили. Эх, переиграли их Проектанты наших, да и китайских.

— А Корея-то кончилась! — сказал Гном.

— Помнишь, Воронин, как в 2006-м году корейцы с китайцами вопили, что Коидзуми в Храм Ясукуни пошел на 2-е сентября — де, почтить фашистов и воспеть милитаризм своей страны.

Гном помнил, он дважды играл эту информационную новость, доказывая играющим, что в корейской ситуации нужно быстро строить корабли и самолеты, а не протесты выражать. Какая, блин, разница, куда ходит Коидзуми и каких богов он чтит?

Вот и догрелись. Эх, не ведется новая война старыми методами!

— Что такое 2 сентября? — спросил кадет Васильев, его незаменимый, ловкий и могучий адъютант, но необразованный, жуть.

— 2-е сентября, друг мой — это годовщина подписания милитаристской Японией акта капитуляции в сорок пятом. А также начало текущей войны. Траурный день России. А Храм Ясукуни известен тем, что в нем хранятся списки всех погибших японских солдат, участвовавших в войнах в 1930—40-е годы, а также списки военных преступников, казненных по приговору Токийского военного трибунала. Что такое Токийский процесс, ты знаешь?

— Так точно, товарищ майор, разрешите идти?

— Иди, Васильев! А после войны — иди учись. А сейчас — к Марии Эдуардовне дуй. Вот все и совпало, как в нашей Игре Сахалинской.

"В заявлении МИД КНР говорится, что посещение Д. Коидзуми храма Ясукуни "способно резко ухудшить дипломатические отношения между двумя странами". МИД Южной Кореи, в свою очередь, также осудил поступок японского премьера, а глава местного правительства призвал Японию доказать, что Токио не намерен возвращаться к милитаристскому прошлому", — Гном открыл ноутбук старинного образца, тот замигал и ожил.

— Ну, — обрадовался Гном, — так у меня игровые корейцы примерно и поступили. Протесты там в международное сообщество, "а вы нам докажите, паршивые японцы, что вы не верблюды!". Пока понятно, что Япония им все доказала силой, а они со своим средневековым демократическим мышлением едут в протекторат. Во — история! Всех научит.

— Больно только, если сам ей попался, — задумчиво произнес Кирилл, читая открытую статью через голову Гнома. — У тебя что — метафорический поиск?

— Нет, романтическая душа… А примочки эти поставил Владлен. Но только я и так быстро ориентируюсь, и паролей не надо никаких. Код 12345, и зайчик Бо уже в Выборге, а ты, Кирилл Андреевич, — "бесполезное животное", по японским меркам. Люблю мультики. Особенно старинные. Жаль, японцы за два года до войны прекратили эту культурную пропаганду.

— Я тоже любил мультики. Теперь читаю Клаузевица, — усмехнулся Кирилл. — Очень помогает после дипломатических раутов с корейцами. Борьба мне у них нравится. Оружие средневековое. Эх, пропала цивилизация…

— Ты смотри, Кирилл, что пишут нам из прошлого:

"Сам Д. Коидзуми заявил, что при личной встрече объяснит коллегам мотивы своего поступка. Очевидно, что он попытается доказать, что решил почтить память не преступников, а простых японских солдат".

Ну, дураки на ровном месте, а если он правда в 2006-м ходил поклониться солдатам? Вполне возможно, кстати.

И тут венец нашей прессы, читаю:

"С 1931 по 1945 год Япония постоянно вела войны за пределами своей территории. Японской армии удалось захватить практически все страны Юго-Восточной Азии, большую часть Китая и подойти к границам Индии. Эти войны сопровождались массовыми убийствами мирного населения, которые в Китае считают геноцидом".

— А сейчас они что делают? Не захватывают, что ли? Соломку бы подстелить, раз уже так один раз в истории было. Дураки исторические… Вот тебе, Кирилл Андреевич, консервативное общество. Хоть криком кричи: ребята, вооружайтесь заранее, потом, ежели что, сдадите мусульманам или в утиль. Вооруженные дипломаты вообще смотрятся лучше, чем кивающие на справедливость мировой общественности.

— Да я, Гном, только третьего дня оттуда. Они до последнего дня отрицали свой День-М, а теперь, когда он случился, опоздали еще на час с реакцией. Для ракетной войны опоздание на час, сам знаешь. Будем мы теперь жить в японской версии АТР. Не дадут тебе взять Токио, майор.

Кирилл ждал командующего.

А командующий на полчаса заперся с Москвой, а потом вышел, собрал совещание, улыбнулся и сказал:

— Япония, господа офицеры, обращается к России с просьбой прекратить военные действия "в связи с крайне неблагоприятным развитием обстановки в регионе". — И умолк. Адмиралы и офицеры только что в осадок не выпали. Куда уж благоприятнее?

— Если бы не было у нас Финской войны в истории, то я бы сам сказал "произвол", но коммунисты там отличились, в 1939-м, так что у нас-то шапка горит", — грустно отозвался вице-адмирал Веревка.

— Но война наша сворачивается, и освободить Сахалин по настроениям Москвы мы, друзья, не успеваем. Президент просит мира и, полагаю, согласится на любой. Вас, Александр Ильич, на море мы прикроем на несколько дней, потому что операция около Кореи — это ваш приз. Последний, — закончил адмирал.

"Мудрец! Хорошо ему в рамках своего возраста. Ничего не придется доказывать. Почетная или не почетная отставка. А нам? Нам придется объясняться с детьми".

Когда они вышли, несколько ошарашенные, по своим делам, войскам и постам, Маша сообщила Гному, что КНДР объявляет войну Японии и Южной Корее.

— Бедняги, они даже перешли в наступление на 38-й параллели и до конца дня стойко вели бои за линию обороны.

"Карта" (6)

"В некоторых источниках выражается сомнение в том, нужна ли была японцам дорогостоящая во всех отношениях Петропавловская операция, если они не предполагали захватывать Камчатку и даже не претендовали на северные Курильские острова. Утверждается, что 1-е и 2-е авианосные соединения следовало использовать для прикрытия крупномасштабной десантной операции на Сахалин и Южные Курилы; при этом выход в море Петропавловского оперативного соединения во главе с "Нахимовым "признается неизбежным, но считается неопасным: силами трех или даже четырех оперативных соединений японцы организовали бы эшелонированную оборону против русских ракет.