Сергей Патрушев – Принцесса Алиса (страница 4)
Когда они отошли достаточно далеко, Алиса развернула свёрток. В нём лежал крепкий кинжал в простых, но добротных ножнах, и тёмный платок, чтобы закрывать на людях лицо. Простые, бесценные дары. Она сжала рукоять кинжала, чувствуя его вес. Это был не нож для бумаги. Это было оружие. Часть её новой жизни.
Они шли дальше, вверх, к затянутым облаками вершинам, оставляя внизу не только дворец, но и последние следы привычного мира. Воздух стал разреженным и холодным. Алиса оглянулась в последний раз. Там, в долине, лежало всё её прошлое – прекрасное, мёртвое и уже незнакомое. Впереди же был только туман, камень и рука Сергея, твёрдо ведущая её в неизвестность, которая отныне звалась будущим.
Тропа горных козлов оправдала свое название. Это был не путь, а цепь испытаний: скользкие каменные уступы над бездонными расселинами, шаткие переправы через ревущие потоки, выбитые ветром и временем в скалах. Дыхание свистело в лёгких, каждое движение отзывалось болью в мышцах. Алиса молчала, стиснув зубы, и шагала следом, её пальцы впивались в камень, когда Сергей протягивал ей руку. Она училась у горы, как стала учиться у леса: слушать ветер, выбирать опору, не смотреть вниз.
На третий день, когда провизия, данная Гавейном, подошла к концу, они увидели дым. Не тонкую струйку костра, а густые, чёрные клубы, поднимающиеся из-за гребня. Сергей нахмурился.
«Это не печь. Это пожар. И недалеко.»
Они осторожно поднялись на перевал. Внизу, в небольшой долине, пылало несколько лачуг. Фигурки людей метались, как муравьи, раздавались отдалённые крики. А вокруг на конях кружили люди в тёмных плащах, с факелами и мечами. Наёмники. Или королевские головорезы, маскирующиеся под разбойников.
«Рудокопное поселение, – прошептал Сергей, его лицо исказилось гневом. – Они ищут нас здесь.»
Один из всадников отделился от группы и погнал коня к убегающей женщине с ребёнком на руках. Сердце Алисы заколотилось. Она посмотрела на Сергея. Он уже сжимал в руке свою алебарду, его раны, казалось, забылись. Он был готов броситься вниз, в эту бойню, один против десятка.
«Нет! – её пальцы впились в его рукав. – Они убьют тебя. Нас должны искать живыми. Или…» – её мысль заработала с холодной, отчаянной скоростью. – «Или мёртвыми, но опознанными.»
Она сорвала с головы тёмный платок, подаренный Гавейном. Её золотистые волосы, грязные и спутанные, выпали на плечи, залитые светом заходящего солнца.
«Ты останешься здесь. Спрячешься. А я…» – она сделала глубокий вдох, глядя на палящие дома и кричащих людей. – «Я спущусь. И покажусь им.»
Сергей схватил её за плечи.
«Ты с ума сошла! Они…»
«Они ищут принцессу Алису, – перебила она, глядя ему прямо в глаза. В её взгляде не было страха, только стальная решимость, которой он раньше в ней не видел. – И они её найдут. Только не там, где ожидают. Я отвлеку их. Выведу из посёлка. А ты… ты поможешь тем, кто остался. Потом найдёшь меня. Ты ведь обещал найти, где бы я ни была?»
Это была авантюра безумнее побега из башни. Но она видела в его глазах то же самое понимание: иного выбора нет. Позволить вырезать невинных – они не смогут. Он медленно кивнул, его пальцы разжались.
«Жди моего сигнала. Когда они будут преследовать меня, ты действуй.»
Она натянула платок обратно, но уже не для того, чтобы скрыться. Теперь он был частью плана. Собрав всё своё мужество, Алиса сделала шаг вперёд, к обрыву, ведущему в пылающий ад. Она больше не была девочкой, спасающейся от своей судьбы. Она шла ей навстречу, чтобы перехитрить. Впервые в жизни она чувствовала не тяжесть короны, а её острие. И была готова использовать его как оружие.
Она спускалась не по тропе, а прямо по осыпающемуся склону, поднимая тучи пыли, которую снизу легко могли принять за попытку к бегству. Сердце колотилось так, будто хотело вырваться из груди, но в голове была ледяная ясность. Она должна была быть замечена, но не сразу схвачена. Должна была дать Сергею время.
Когда до первых горящих лачуг оставалось несколько десятков шагов, она сорвала с головы платок, давая ветру разметать свои волосы – единственное её богатство, оставшееся от прежней жизни. Затем она встала во весь рост на фоне серого камня, хлопнула в ладоши и крикнула, что было сил, глядя на группу наёмников, грабивших погреб у крайнего дома:
«Эй! Вы ищете меня?»
На мгновение воцарилась тишина, нарушаемая лишь треском пламени. Потом один из них, рослый детина с шрамом через глаз, медленно развернулся. Его взгляд скользнул по её лицу, задержался на волосах. Расплывшаяся ухмылка обнажила кривые зубы.
«Ну что ж… Кажется, нам сегодня везёт, ребята. Сама в руки идёт.»
Они двинулись к ней, не спеша, уверенные в своей силе. Их было пятеро. Алиса отступила на шаг, имитируя испуг, затем резко развернулась и бросилась бежать – не к лесу, где ждал Сергей, а вдоль реки, к узкому каньону, который они заметили с перевала.
«Держи её!» – рявкнул командир, и погоня началась.
Алиса бежала, как никогда в жизни, чувствуя, как за спиной нарастает топот сапог и тяжёлое дыхание преследователей. Она влетела в каменные врата каньона. Здесь было темно, сыро и тесно. Стены сходились так близко, что в некоторых местах нужно было пробираться боком. Это была ловушка. Но не для неё.
Она замерла за огромным валуном, прижавшись к холодному камню, и выхватила кинжал Гавейна. Сейчас главное было – время. Сергей должен был успеть.
Первый наёмник ворвался в каньон, неосторожно, уверенный, что загнал дичь в тупик. Он не увидел её в тени, пока не поравнялся с валуном. В последний миг его глаза расширились от удивления. Алиса не стала наносить удар – вместо этого она изо всех сил толкнула в его грудь рыхлую груду мелких камней, наваленную на валуне. Камнепад обрушился на него с глухим стуком, сбивая с ног и оглушая.
Второй, увидев это, замедлил ход, с подозрением вглядываясь в полумрак.
«Вперёд, трус! Она одна!» – донёсся сзади голос командира.
Алиса отступила глубже, её дыхание было частым и прерывистым. Ещё немного. Ей нужно было продержаться ещё немного. Внезапно снаружи, из посёлка, донёсся новый звук – не крик, а сдавленный стон и грохот падающего тела. Потом ещё один. И яростный, знакомый ей клич. Сергей.
Улыбка, дикая и торжествующая, тронула её губы. Он справился. Теперь её очередь.
Оставшиеся в каньоне наёмники заколебались, оглядываясь на звуки схватки снаружи. Алиса использовала их замешательство. Она метнула кинжал в стену прямо перед лицом второго преследователя. Оружие, ударившись о камень, с грохотом отскочило, но добилось своего – человек инстинктивно отпрянул, и в этот момент она, подобрав с земли увесистый камень, бросилась на него со всей яростью отчаяния. Удар пришёлся по руке, держащей меч. Тот выронил оружие с криком.
Но третий был уже рядом. Он навис над ней, и в его глазах она увидела не жадность, а холодную злобу. Он занёс меч для короткого, колющего удара. Отступать было некуда.
В этот миг снаружи в каньон, как ураган, ворвалась тень. Сергей, окровавленный, с глазами безумца, с размаху всадил древко алебарды в спину наёмника. Тот рухнул, не успев издать звука.
В узком пространстве каньона воцарилась тишина, нарушаемая лишь их тяжёлым дыханием. Они стояли спиной к спине, среди тел и камней – принцесса и простолюдин, ставшие воинами, ставшие одним целым против всего мира. Сергей встретил её взгляд и кивнул. Посёлок был свободен. Погоня уничтожена. Но шум, несомненно, привлёк внимание других. Они снова были в бегах. Но теперь они знали – выжить можно только вместе и только сражаясь. Их бегство закончилось. Началась война.
Тишина в каньоне была обманчивой. Снаружи доносились приглушённые крики освобождённых рудокопов и плач детей. Но впереди уже выли новые сигнальные рога – ближе, громче. Уничтоженный отряд был лишь щупальцем. Осьминог королевской воли раскинул щупальца по всем горным тропам.
«Нельзя оставаться,» – прошептал Сергей, вытирая окровавленное древко алебарды о плащ одного из наёмников. Его лицо было серым от усталости, но глаза горели. – «Они идут сюда. Мы нашли тебя. Теперь они сомнут это место, чтобы найти меня.»
Алиса кивнула, подбирая свой кинжал. Рука дрожала, но не от страха – от дикой, непривычной адреналиновой дрожи. Она оглядела каньон, их импровизированную крепость, и поняла: они должны разделиться. Ненадолго. Чтобы сбить со следа.
«Они ищут пару, – сказала она, глядя на Сергея. – Мужчину и женщину. Дай мне твой плащ. Самый потрёпанный. И уходи. Тропой, которую мы наметили к рудникам.»
«Я не оставлю тебя одну!»
«Ты и не оставишь. Ты пойдёшь первым. Оставишь знаки. Я последую за тобой… но другим путём. Я создам второй след. Они замедлятся, будут гадать.» Её план был рискован и прост. Она набросила его грубый, пропахший дымом и потом плащ поверх своего, спрятала волосы, снова обмотав голову платком. Теперь в полумраке её можно было принять за раненого мужчину.
Они вышли из каньона, и на мгновение их руки сплелись в тени скалы – сжатие, полное всего, что было невысказано. Потом Сергей метнулся вверх по старой звериной тропе, намеренно ломая ветки, оставляя на влажном мху отпечатки сапог.
Алиса ждала, считая удары сердца. Когда внизу, у горящих домов, показались факелы нового отряда, она двинулась в противоположную сторону – вдоль ручья, туда, где земля была каменистой и не хранила следов. Её задача была не убежать, а быть замеченной. И снова исчезнуть.