Сергей Панченко – Пекло. Книга 4. Дороги (страница 18)

– Блин, Петь, вначале так было всё ясно, а теперь вообще ничего не понятно, – захныкала супруга. – У меня из-за этого силы заканчиваются.

– Стой здесь, я пойду в лагерь, попробую пообщаться с офицером, может, он подскажет, куда обратиться. – Пётр поставил на землю рюкзак и, не дожидаясь ответа, направился к палаточному лагерю.

Ему повезло, двое военных в форме направлялись к дороге. Пётр двинулся им наперерез.

– Товарищи офицеры, – обратился он издалека. – Можно минуточку внимания?

Военные остановились. Один из них, повыше и потолще, примерно в возрасте Петра, оказался майором, второй капитаном.

– Можно Машку за ляжку, – в военном стиле ответил капитан.

– Простите, военным премудростям не обучен. – Пётр перевёл дыхание. – Мне нужна ваша помощь. Мой тесть, у которого сейчас отдыхает мой сын, летает на самолёте «Байкал», такой небольшой.

– Мы знаем, что это за самолёт. – Майор обратил внимание на рукоятку пистолета, выглядывающую из кармана, и на всякий случай положил пятерню на кобуру с ПМом.

– Очень хорошо. Мы с женой собрались идти к ним пешком, а потом подумали, что тесть решит сам лететь к нам, чтобы вернуть внука и заодно узнать, как мы пережили землетрясение. Я думаю, что в процессе полёта он переговаривался с авиадиспетчерами или пилотами других самолётов, чтобы разузнать обстановку. У вас, у военных, есть такие службы, которые могли бы рассказать нам об этом? – Пётр умоляюще посмотрел на офицеров.

– Мы не лётчики, друг, мы инженеры, – ответил майор. – Но я уверен, что переговоры и фиксация борта в небе где-то отслеживаются. Это тебе надо на аэродром, там популярнее объяснят. Но будь уверен, что туда тебя не пустят и, скорее всего, никакой информации не дадут. Сейчас у всех военных волосы на заднице дыбом стоят, и им не до твоих расспросов. Что за пушка у тебя в кармане?

– А, это… – Пётр полез за пистолетом.

– Чи-чи-чи. – Майор вытянул вперёд левую руку, а правой достал свой табельный ПМ. – Осторожнее.

– Это травмат с резиновыми пулями, – ответил Пётр. – Ситуация требует.

– Понятно. Но ты им больно-то не свети перед военными. У нас приказ в случае признаков агрессии открывать огонь на поражение. Начальство боится, что сейчас начнутся попытки завладения оружием, и надо быть осмотрительнее.

– А где ближайший военный аэродром? – Петру было не до опасений военных.

– Я тебе говорю: не пустят. Напрасно потратите время. Хочешь узнать, сел твой тесть или нет, найди первый попавшийся гражданский аэродром, и если там ещё кто-нибудь остался или работает оборудование, они обязательно узнают, был ли запрос на посадку с такого-то борта на любой из подмосковных аэродромов. Думаю, это лучший вариант, – посоветовал майор.

Пётр задумался над его советом. С гражданскими найти контакты в современных реалиях действительно было намного проще.

– Ладно, спасибо вам, мужики. Удачи. – Пётр пожал руки военным и вернулся к Марине. Передал ей смысл разговора и открыл карту, чтобы посмотреть расположение ближайших аэродромов. Себя он поблагодарил за то, что не поленился перед поездкой в Зарянку скачать на телефон карты, чтобы они работали без подгрузки. Марина снова воспрянула духом. Любая надежда сейчас являлась источником света в полной тьме неопределённости.

– Ну да, папка, чтобы знать, где садиться, обязательно должен был выйти на связь, – согласилась она. – Мы обязательно узнаем об этом.

– Главное, чтобы связь работала. Сама понимаешь, здания разрушены, электричества нет.

– А в самолётах есть рации, – напомнила Марина.

– Точно. – Находчивость супруги очень помогла Петру зарядиться оптимизмом.

А ещё им улыбнулась удача по дороге. Едва начав новый отрезок пути, они наткнулись на вырванный из земли водопровод. Из разорванной трубы текла вода. На вкус она оказалась обычной питьевой без всякого привкуса. Пётр набрал пустую пятилитровку и убрал её в свой рюкзак. Утолив жажду, пара с новыми силами двинулась дальше.

Указатель в сторону аэродрома сохранился. Они свернули в сторону от платной трассы, и вскоре шум работы техники стих. Там, где не было развитой инфраструктуры, и следы разрушений смотрелись не так впечатляюще. Местами всё выглядело почти как прежде. Деревья вдоль дороги, сама она, почти не тронутая землетрясением, птичий гомон, насекомые, вьющиеся вокруг цветущего цикория.

– Понимаешь, против кого это было? – Пётр обратил внимание на упавшую электрическую опору. – Чьё место в этом мире на самом деле зыбко.

– А динозавры что миру сделали, а мамонты? – спросила Марина. – Я не верю, что Бог сотворил это намеренно. Просто мы попали в пик какого-то циклического процесса. Не повезло.

– А я верю, что нас наказали за гордыню.

– Давай так: я не гордилась своим человеческим статусом, меня можно было и пожалеть, – пошутила Марина.

Сзади донёсся шум двигателя автомобиля. Это был первый легковой, попавшийся им по пути. Старая «Нива» с огромной антенной рации пронеслась мимо, подпрыгивая на неровностях дороги. Пётр заметил удивлённый взгляд водителя, брошенный в их сторону.

– Мог бы и подвезти, – крикнула Марина вслед машине.

– Торопится как на пожар, – заметил Пётр.

Через десять минут дорога сделала крутой поворот, и до того, как они увидели аэродром, его стало слышно. На поле, выровненном совсем недавно, стояли с десяток пёстрых одно- и двухместных винтовых самолётов. Два из них готовились взлетать. Чуть поодаль расположился единственный тренировочный реактивный самолёт. Бетонная взлётка выглядела вздыбленной, плиты местами разошлись, а местами, наоборот, наехали друг на друга. Развалины диспетчерской вышки аэроклуба догорали, и никто не пытался их потушить.

Та самая «Нива» с антенной стояла в окружении нескольких человек. Видимо, её решили использовать для организации работы аэродрома.

– Нам надо туда, – Пётр указал в сторону машины.

Народ, окруживший «Ниву», заметил их и ждал с интересом.

– Привет! – первым поздоровался Пётр. – Хороший денёк.

Его позитив не оценили. До Петра дошло, что у этих людей вполне могли погибнуть родные, и денёк для них был совсем не хорошим.

– Простите, мы с женой хотим кое-что узнать, и вы могли бы помочь нам, – продолжил Пётр без маски хорошего настроения на лице. – У нас отец и сын могли оказаться в воздухе. Тесть летает на «Байкале» и мог сорваться к нам после землетрясения. Чтобы не разминуться, хотелось бы узнать, не запрашивал ли он посадку где-нибудь поблизости. – Пётр замолчал в ожидании реакции.

Из «Нивы» в этот момент доносились переговоры по рации. Лётчик передавал сведения о том, что видит под собой. Ничего утешительного из его сообщения не последовало. На севере Москвы появился разлом, из которого поднималась лава. Чёрный дым и облака пыли уносило в северо-восточном направлении. Полёт в тех краях грозил повреждением двигателя абразивными частицами пепла. Пилот сообщил, что возвращается на аэродром.

– Сделай фото с геолокацией, – попросил человек на рации. – Мы должны знать всю обстановку в деталях.

– Я делаю, но снимки вам точно не понравятся.

Мужчина у рации переключился на другого пилота и общался с ним минут пять. Пётр устал ждать. Ему казалось, что тесть с Тёмкой кружат где-то рядом и никак не могут найти удобную площадку для посадки.

– Простите, простите, мужики. – Пётр протиснулся к машине. – Простите ради бога, но не могли бы вы нам помочь? – прямо обратился он к человеку с рацией.

Мужчина отвлёкся от разговора и недовольно посмотрел на Петра.

– Это вас я обогнал? – спросил он.

– Да, нас. Мы шли к вам специально. У нашего отца есть самолёт «Байкал», и он может в этот момент находиться поблизости. Заботливый дед хочет вернуть внука родителям. Понимаете? Как нам узнать, он в воздухе, рядом или нет? – Голос Петра дрожал от волнения.

– Мужик, мы же не просто тут балакаем, а делом занимаемся, – ответил радист. – Людей спасаем, подходящие площадки для палаточных лагерей ищем, кому помочь можно, наземные отряды координируем.

– У отца самолёт с баками для химии. Он мог бы вам пригодиться для какой-нибудь работы. Помогите, пожалуйста. – Пётр слышать не хотел про других.

Чем сильнее им овладевало волнение, тем явственнее он ощущал, как уходит полезное время.

– Пятнадцатый, взлёт разрешаю, седьмой, взлёт разрешаю. Жду отчёт о положении дел в вашем секторе и качественные снимки. Если появятся чрезвычайные сведения, переходите на наш внутренний канал, я всегда на связи. – Мужчина с рацией отложил танкетку. – Так, значит, у вас «Байкал» летит к Москве?

– Мы предполагаем. Связи нет, поэтому никак не можем скоординировать свои действия. Боимся, что мы пойдём в Ставрополь, а отец полетит сюда, – эмоционально вмешалась в разговор Марина.

– Из Ставрополя? – удивился диспетчер. – А топлива хватит?

– В натяг на пустом самолёте с попутным ветром может и хватить, – ответил один из мужчин, окруживших машину. Он посмотрел на конус ветроуказателя, возвышающегося на тонкой высокой мачте. – Юго-западный, попутный.

– Ладно, пройдёмся по частотам. Говорите, он у вас из сельскохозяйственной авиации? – Диспетчер покрутил рукоятку на рации. – Есть кто на этой частоте? Приём.

Он переходил с частоты на частоту, но ответа не было. У Петра от напряжения вспотели руки. Он нервно тёр их об одежду.

– Нет никого, эфир молчит, – ответил диспетчер. – Или не долетели ещё, или вообще не вылетали.