Сергей Орлов – Ты уже была здесь (страница 2)
Отец ответил на шестом гудке.
— Что случилось?
Он не здоровался после десяти вечера. Если дочь звонила поздно, значит, кто-то заболел или понадобились деньги. Деньги, по его мнению, требовались Вере чаще, чем она признавала.
— Ты сегодня был у меня?
— Нет.
— Посмотри сообщение.
В трубке зашуршало. Отец держал телефон слишком близко ко рту, и каждый его вдох казался отдельным звуком.
— Что я должен увидеть?
— Это моя кухня. Кто-то прислал мне сейчас.
Он молчал.
— Пап?
— Откуда фотография?
— Я же говорю, неизвестный номер.
— Не разговаривай с ними.
С ними.
Вера посмотрела в боковое окно. За стеклом медленно проплыл пустой автобус; внутри, на последнем сиденье, лежала забытая красная сумка.
— Ты знаешь, кто это?
— Нет. Мало ли мошенников.
— Они были в квартире.
— Звони в полицию.
— Уже. Почему ты сказал «с ними»?
— Потому что одним человеком это обычно не делается.
Он ответил сразу. Раньше, когда отец говорил неправду, он тоже отвечал быстро — чтобы Вера не успела задать следующий вопрос. Потом она стала замечать, что быстрые ответы бывают и правдивыми. Привычка искать признаки лжи пережила свою полезность.
— Твой ключ у тебя?
— Да.
— Проверь, пожалуйста.
— Вера, я знаю, где мои вещи.
— Просто проверь.
Послышались шаги, короткий звон, затем раздражённое:
— Здесь. На месте.
— Хорошо.
— Ты сейчас где?
— Еду домой. Не одна.
— С кем?
— С охранником из мастерской.
— Не входи до полиции.
— Мне уже сказали.
Отец помолчал.
— Приеду.
— Не надо. Тебе завтра к врачу.
— Это послезавтра.
Она помнила, как сама записывала его на четверг, но спорить не стала.
— Папа, я перезвоню.
Он не попрощался.
Через минуту на экране появилось новое сообщение от незнакомого номера.
«У него спросила?»
Вера выпрямилась. От пальцев к локтям прошёл холод.
Тимур оглянулся.
— Ещё пишут?
Она показала ему экран. Он протянул руку к водителю:
— Давайте радио потише.
Вера открыла фото, которое отправила отцу, и увидела под ним две отметки доставки. Они ничего не доказывали. Номер мог быть его вторым телефоном. Кто-то мог сидеть рядом с ним. Кто-то мог просто угадать: почти любой человек сначала спрашивает тех, у кого есть ключи.
Она написала: «Что вам нужно?»
Ответа не было.
Вера сделала снимок экрана. Затем ещё один, с номером и временем. Сохранила фотографию отдельно. Ей вспомнилось, как следователь девять лет назад попросил не пересказывать разговоры по памяти, а показать сообщения Нины. Тогда она сказала, что ничего важного там нет.
Телефон сестры был выключен. Переписка сохранилась в её собственном телефоне.
Следователь снова попросил показать.
Вера показала не всё.
Такси остановилось у подъезда в 23:51. Дождь закончился, на ступенях блестела вода. На первом этаже, за стеклом консьержной, голубел телевизор. Вера обычно злилась на его свет: консьержка засыпала, а экран мигал всю ночь, как плохо закрытый холодильник. Сейчас ей хотелось, чтобы телевизор работал громче и чтобы в будке сидели сразу пять человек.
— Кто сегодня дежурит? — спросил Тимур.
— Тамара Ильинична.
— Ей скажем.
В будке никого не было. На столе лежали очки, поверх журнала посетителей — раскрытая пачка печенья. Дверь в подсобку была приоткрыта. Тимур постучал в стекло.
— Есть кто?
Тамара Ильинична вышла, поправляя пояс кофты.