Сергей Ольков – Двуликий (страница 5)

– Нет, не возражаю, – ответил Ян, решив, что так для него будет даже лучше.

– Тогда начнём, – Константин прокашлялся и продолжил. – Вчера, а вернее уже сегодня в четвёртом часу утра от дежурного поступил звонок о том, что в парке недалеко от станции метро обнаружен труп неизвестного мужчины. Сейчас мы уже знаем, что убитый это Берёзин Ярослав Маркович, полных семнадцать лет.

«Так ему было только семнадцать! – пронеслось в голове Яна. – Никогда бы не подумал, выглядел совсем по-взрослому, в отца, наверное, пошёл. Такой же рослый».

– На трупе было обнаружено всего одна колото-резаная рана на левой стороне грудной клетки спереди. Медик сказал, что удар был нанесён острым предметом, предположительно ножом. Сразу скажу, что при осмотре места происшествия орудие убийства обнаружено не было.

«Плохо же ты искал, – подумал Ян. – В кустах он лежит, в пяти метрах от трупа, а ещё важняк».

– С места преступления был изъят след обуви, сорок второго размера, с характерными особенностями подошвы, думаю, что по нему мы легко идентифицируем преступника.

– Его ещё надо найти, чтобы идентифицировать, – саркастически заметил Роман.

– Совершенно верно, – согласился Константин, – вот вы этим и займётесь, версий накидаете, распределите обязанности, в общем не буду вас учить.

– А можно у вас уточнить? – Екатерина подняла руку, как это делают дети во время школьного урока. – У вас, Константин Петрович, есть какая-то своя версия того, что произошло? Хотелось бы это услышать.

Константин откинулся на спинку кресла и задумался.

– Там недалеко от трупа на бетонных блоках мы обнаружили почти выпитую бутылку водки. Если окажется, что в организме убитого есть алкоголь, то вероятнее всего потерпевший с кем-то распивал спиртные напитки. Потом они что-то не поделили со своим собеседником, ну и пошло-поехало, – при этом Константин посмотрел на Яна, точнее на его повреждённую бровь. – Других версий у меня пока нет.

– Бытовуха, – пробасил опер. – Нужно выяснить у его родственников кто у него в корешах ходил.

– Матери у него нет, отец вряд ли это знает, – с сомнением заметил Константин, – но надо искать. Вот ты Роман этим и займёшься. Установи родственников или знакомых потерпевшего, может тогда и выйдем на убийцу.

– А мне что делать? – спросил участковый.

Константин снова посмотрел на Яна.

– Всё, принимай управление, нарезай задачи, я пойду.

– Давай, пока, – махнул рукой Ян.

Подождав пока Константин со всеми попрощается и выйдет за дверь, Ян оглядел присутствующих. Трое пар глаз выжидательно смотрели на него.

– Ну хорошо. Роман вместе с участковым занимаются установлением связей потерпевшего, а я прогуляюсь ещё раз до места преступления.

Ян прикусил язык, но было уже поздно. Слово не воробей, вылетит, не поймаешь. Хотя вроде никто особо не обратил внимания на это его «ещё раз». Все продолжали сидеть молча, пожирая его глазами.

Потом Екатерина опять подняла руку.

– Ян Геннадьевич, я знаю, что в таких случаях выясняют были ли установлены в месте преступления видеокамеры. Можно я этим займусь?

– Камеры? – ну что за заноза эта Екатерина, пожалуй что он недооценил её, – Нет, камеры я тоже беру на себя, а вы Екатерина поезжайте в морг.

– Как в морг? Зачем?

По лицу девушки было заметно, что она находится в сильной степени растерянности.

– Как зачем? Будете присутствовать при вскрытии, потом расскажете нам о причине смерти, ну и был ли в крови потерпевшего алкоголь.

– Я…ни разу этого не делала…даже не знаю, смогу ли я…

На девушку было жалко смотреть, пальцы на руках у неё затряслись, а на глаза навернулись слёзы.

– Ну что за детский сад, – раздосадовано проговорил Ян. – Вы в полиции работаете или где?

– В полиции, – сквозь слёзы чуть слышно произнесла Екатерина, – только я мёртвых боюсь и этих…ужасов всяких…

– Живых надо бояться, Катюх, – вмешался в разговор Роман. – Ян Геннадьевич, разрешите мы с участковым составим Екатерине компанию? Для моральной поддержки, так сказать.

– Я не возражаю, – махнул рукой Ян. – Задачи я вам троим поставил и мне не важно каким составом вы будете её выполнять, главное чтобы результат был.

Они обменялись телефонами и группа удалилась выполнять задание, а Ян как только все ушли тут же поехал разыскивать своё удостоверение.

*****

До места происшествия Ян доехал без приключений. На уже знакомом ему участке местности были видны следы пребывания следственно-оперативной группы: на кустах болтались обрывки сигнальной ленты, ограждавшей место убийства; на земле валялись медицинские перчатки, какая-то рваная упаковка.

Ян сразу направился к тому месту, где по его предположению должен был находиться нож. Листья уже почти опали и поэтому кусты просматривались довольно хорошо. Но как он ни шарил между корней и спутанных веток, никакого ножа он не нашёл.

«Может я направление перепутал?» – подумал Ян.

Он попытался воссоздать события прошлой ночи. Вот тут они с Берёзиным сошли с тротуара. Именно здесь он нанёс тот самый роковой удар. И вот в этом месте он присел, обхватив руками голову, а затем, выпрямившись, кинул нож в кусты. Ну, всё правильно. Именно там он и искал. Но ножа не было.

После часа бесцельных поисков Ян понял, что ножа ему не найти.

«А что если «гопник» успел побывать здесь до приезда оперативной группы?» – задал себе вопрос Ян. Ответ напрашивался сам собой. Скорее всего «гопник» вернулся сюда после того, как Ян ушёл домой. И нож сейчас у него. Это конечно плохо, но не критично, так как его отпечатков там нет. Нужно теперь поискать удостоверение?

Ян снова стал рыскать по траве, тщательно загребая листву ногами, а временами даже становясь на четвереньки. Ползал по траве, старательно пыхтя и перебирая конечностями. В конце концов, замёрз так, что перестал чувствовать пальцы на руках и ногах, а зубы стали стучать как рингтон на его мобильнике. Но всё бестолку, удостоверения нигде не было. Да и непонятно в каком месте он мог его обронить. Одно ясно, что это произошло во время драки, но где именно?

Увлёкшись поисками, Ян вышел к тому месту, где гопник с Берёзиным распивали спиртное. Самой бутылки нигде не было видно, видимо Константин её изъял, но на бетонном блоке валялись остатки пищи: хлебные корки, рыбьи головы, упаковки от чипсов, а на земле – множество сигаретных окурков. Ян стал поднимать их один за другим и тщательно осматривать пока не наткнулся на окурок от сигарет «Оскар» с пробковым фильтром. Сам по себе этот факт значил не очень много, мало ли у нас любителей дешёвых арабских сигарет, но вот если провести анализ ДНК по двум окуркам: найденным здесь и обнаруженный на детской площадке, то результаты могут быть очень интересными.

Ян аккуратно завернул окурок в припасённый для этой цели прозрачный полиэтиленовый пакетик и положил находку в карман.

Теперь нужно было наведаться в метрополитен. Удостоверения у него не было, а без него никто бы не стал с ним разговаривать и тем более демонстрировать запись с видеокамер, поэтому вся надежда была на сержанта Мальцева.

На этот раз Яну повезло. Сержант был на месте.

– Привет, давно не виделись, – стараясь выглядеть как можно более непринуждённо Ян протянул сержанту руку.

Тот пожал её, однако было видно, что особого воодушевления при виде Яна он не испытывает.

– Привет, уважаемый, за записью пришёл? По тому убийству?

– Ну да, – удивился Ян, всматриваясь в невесёлое лицо сержанта, – приятно иметь дело с профессионалом. Качество хорошее?

– Да какое там, – сержант сплюнул на пол и с интересом посмотрел на его левую бровь. – Камера дерьмо, какие-то силуэты бегают, что-то происходит, а кто…что…не понятно. Короче пойдём, сам посмотришь.

Они прошли в небольшое помещение, где кроме нескольких работающих мониторов стоял письменный стол и пару стульев. В углу комнаты находилась небольшое помещение для содержания буйных граждан, оборудованное толстыми металлическими прутьями.

– Вот смотри, – сержант поклацал мышкой, выставив дату и время и на одном из мониторов появился Ян, идущий по парковой аллее. Видимость была действительно плохая, силуэт расплывался, растворялся с окружающим его сумраком, но Ян понял, что это он. Да и как он мог себя не узнать: фигура, манеры, походка. Кто кроме него так подёргивает плечами при ходьбе? Странно, что сержант не опознал его. Или всё-таки опознал?

Ян исподтишка скосил глаза на сержанта, но его лицо было непроницаемо, как маска.

Тем временем на экране к Яну приблизились две фигуры, замерли, а потом началась толкотня. Именно толкотня, так как не было видно кто и кому наносит удары, лишь какое-то мельтешение расплывчатых силуэтов, схождение и расхождение теней. Внезапно этот шевелящийся клубок исчез с экрана, а через какое то время по дорожке побежал силуэт человека. Ян догадался, что это убегающий «гопник». Потом он увидел себя, хромающей походкой двигающегося вслед за «гопником».

– Ну вот и конец фильма, – проговорил сержант и нажал на паузу.

– Постой, – раздосадованно воскликнул Ян, – нужно посмотреть, что было дальше.

– Дальше? – сержант хмыкнул, – а дальше ничего не было, камера «отвалилась».

– Что значит «отвалилась»? – не понял Ян. – Её кто-то сломал?

– Да никто не ломал. Мы так говорим когда по каким-то причинам запись прекращается. Вот в этом случае так и получилось.