Сергей Миронов – Избранное (страница 7)
Этими мгновениями он очень дорожил и именно ради них отдавал предпочтение дамам монументального телосложения.
Утвердившись на чреслах своей избранницы, Некто М. поднимался все выше, пока перед ним не открылся захватывающий вид на замысловатый ландшафт ее прелестей.
От одного осознания, что сейчас он — единственный, безраздельный и полновластный хозяин всего этого сверкающего великолепия, у него захватывало дух!
Эти последние мгновения перед головокружительным прыжком в бездну наслаждения он старался растянуть, насколько хватало сил.
Несмотря на то что вся плотоядная масса, сотрясаемая вожделением, ходила под ним ходуном!
И вот, когда до погружения в омут сладострастия оставалось последнее движение, все вокруг потряс страшный грохот.
Удар был такой силы, что переплюнул бы и тот, что вызвал цунами, разрушившее Фукусиму!
Подбросило все, даже тахту и книжные шкафы. Некто М. едва не прилип к потолку и рухнул оттуда прямо под ноги своей Минервы, которая была настолько поглощена предвкушением любви, что даже не заметила сотрясения.
Выглянув в окно, наш любовник обнаружил пропажу стены соседнего дома.
Вместо нее на расчищенной площадке был установлен старенький копер, пыхтя забивавший первую сваю.
На пять корректировочных приходился один основной, забивной удар.
Надо сказать, что в его городе старинная застройка находится под охраной, как памятник всемирного культурного наследия.
Их запрещено разрушать и менять их архитектурный облик.
Однако застройщикам, дабы не заморачиваться реставрацией и перепланировкой, выгоднее снести особняк или доходный дом с трехвековой историей, и восстановить только фасад с железобетонной начинкой.
Городские чинуши за немалую мзду закрывают глаза на то, что от памятника при этом не остается ни одного оригинального, раритетного, исторического кирпича.
Некто М. дорожил культурным наследием и поэтому грязно выругался трехэтажной площадной бранью!
И сделал это максимально доходчиво для обладателя каждой оранжевой каски на строительной площадке.
Он сложил ладони рупором и высказал все, что думает о новых владельцах, и о том, что из всех современных технологий строительства они выбрали ту, что использовалась еще при строительстве пирамид!
При этом он виртуозно подбирал рифмы к чиновной мзде во всех падежных окончаниях!
Задушевная речь нашего героя, казалось, тронула даже железобетонные сваи!
Но не строителей.
Во-первых, они были в шумопоглощающих наушниках, во-вторых, они были турками, не знавшими ни единого слова по-русски!
Однако все же его вопли и жестикуляция заставили их прекратить работу и послать за начальством.
С чувством выполненного долга Некто М. вернулся к своему вулкану, сотрясавшемуся от нетерпения мелкой дрожью.
Пришлось все начинать сначала.
Только воинствующие феминистки, не пропускающие ни одной протестной акции, уверены, что мужчины настолько примитивно организованы, что весь процесс совокупления у них происходит по формуле «сунул, вынул и пошел».
Действительность же, напротив, дает нам массу примеров трагедий человеческих отношений из-за неготовности любовника к решающему шагу.
Все, что поднималось вместе с нашим сердцеедом на вершину наслаждений, с его падением тоже упало.
Потребовались время и усилия, чтобы не только вернуть утраченные позиции, но и продвинуться вперед.
Когда до проникновения в Нирвану оставались последние миллиметры, вселенная вокруг опять сотряслась от страшного удара!
Взлет и падение Некто М. по прежней траектории нанесли ему не только физические, но и сильные нервные потрясения.
Он обрушил на головы турок всю мощь своего красноречия!
Если перевести на литературный язык с языка подворотен, притонов и артистических гримерок, то получилось бы, что он состоял в интимных отношениях с матерью того, кто поставил это копер, в извращенной связи с тем, кто поставил эти сваи, надругался над коллективной матерью всех турок, вступал в оральную связь с каждым турком в отдельности и трижды с самой Турцией, как страной!
Восклицательным знаком к этой тираде послужил кувшин для полива цветов на подоконнике, который он метко запустил в место стыка удлинительных кабелей строительного напряжения.
Мощный фейерверк и взрыв короткого замыкания стали для нашего героя победным салютом.
В наступившей тишине было слышно только клокотание лавы в глубинах вулкана, брошенного в одиночестве на тахте.
В свой третий подход к снаряду наш Казанова вложил все свои силы и способности.
Он не только напористо преодолел прежние камни преткновения, но и легко заскользил со своей Афродитой дальше в изысканном танце любви!
От первых медленных гавотов и менуэтов они перешли к более энергичным котильонам и вальсу.
Танго легко сменил пасодобль и, когда они уже перешли к решающей румбе, все мироздание вокруг опять потряс уже знакомый до боли удар!
Казалось, что планета сошла с орбиты!
Некто М. так припечатало к потолку, что падал он уже в полубессознатальном состоянии и позже не мог вспомнить, каким из своих членов он задел самую возбужденную эрогенную зону у своей Данаи.
Сработал детонатор, и она, отбросив девичью скромность, сама повела их танец к финалу.
Вулкан взорвался и накрыл его извержением, которое уже ничто не могло остановить!
Румбу сменил тяжелый рок-н-ролл!
Турки, по-своему, по-турецки обрадовавшись возобновлению работы, с удивлением обнаружили, что сотрясения, вызванные ударами их копера, перекрываются толчками, пусть и не такими сильными, но в более частом ритме.
Эпицентром этого землетрясения был тот самый дом, где совсем недавно возмущался какой-то сумасшедший.
Амплитуда этих колебаний нарастала, что стало заметно невооруженным глазом.
Дом качало из стороны в сторону.
Внезапно синусоиды обоих колебаний сошлись, вызвав мощный резонансный толчок!
Первым не выдержал штабель чугунных труб, которые, раскатившись по площадке, вызвали эффект домино.
Друг на друга падали плиты, решетки, рулоны, сыпались кирпичи и мешки с цементом.
Не выдержав сотрясения, рассыпался старый копер.
В клубах пыли метались оранжевые каски турок.
Завершающим аккордом этой какофонии стал строительный кран, похоронивший под собой всю эту свалку…
Перепуганные водители жались к обочинам, пропуская карету скорой помощи.
Мигая всеми своими маячками и завывая всеми сиренами, она обогнула стройплощадку, облепленную зеваками, и нырнула в подворотню соседнего дома.
У парадной ее встречала женщина, похожая на монумент, с безжизненным телом на руках.
Она не скрывала слез, каждая из которых была величиной с ампулу для инъекций в руках подъехавшей бригады медиков.
Только когда люди в белых халатах деловито упаковали Некто М., опутав его всякими трубками, кабелями и шлангами, в реанимобиль и уже собрались уезжать, скульптура вышла из оцепенения.
Разметав санитаров, она кинулась в фургон, отчего машина встала на дыбы!
Восстановить равновесие удалось, только усадив санитаров в кабину, и скорая, цепляя бамперами тротуарную плитку, с трудом покинула место происшествия…
А выглядело это, возможно, вовсе даже и не так…
Скупой рыцарь