Сергей Милушкин – Петля времени (страница 32)

Они переглянулись. Чем дальше, тем темнее и непонятнее.

— Как Лиза? — тихо спросила Лена, когда Шаров вышел к ним.

— Курит.

— Она курит? — удивился Петр.

Шаров пожал плечами.

— Дымит как паровоз. Нервничает.

— Мы обещали ей кольцо из игры, — напомнил Виктор. — Оно стоит немалых денег даже по ее меркам. Но тут, как я понимаю, дело даже не в деньгах, а в том, что оно единственное в мире. Разумеется, она будет нервничать. Хотя лично я никогда не понимал людей, которые отдают баснословные деньги за виртуальные, считай несуществующие предметы.

— Это как секс по телефону, — сказал Петр.

— Не знаю, как секс, но выложить за значок на экране несколько сотен тысяч или даже миллионов рублей, это безумие, — вставил Шаров. — То ли дело… — он хлопнул себя по карману, но никто, кроме Виктора не понял, что он имел в виду.

— Ну что, пойдем, послушаем, что скажет этот черт… — сказал Петр. — Но лучше бы вы меня послушались.

Шаров открыл дверь кабинета, и они друг за другом вошли в накуренное помещение.

Лизы почти не было видно из-за плотного, похожего на густой туман, дыма. Она пересела по другую сторону стола. Возле нее стояло блюдце, почти полностью забитое бычками, и бутылка виски. Когда они появились, девушка подняла взгляд и Лена сразу поняла, что Лиза пьяна.

Доктор сидел в паре метров от нее на старом стуле с дерматиновым сиденьем. На его лице застыла то ли улыбка, то ли гримаса. Водянистые глаза смотрели в пустоту, в них ничего не отражалось.

Давид, обмахиваясь старой газетой, стоял возле стены с изображением зеленой дубравы, за которой светлело небольшое озерцо, заросшее высоким рогозом. Денис не спускал глаз с Лизы, будто бы пытаясь наверстать упущенные годы, но судя по его выражению лица, общение не ладилось.

— Ну… — сказал Шаров, усевшись за командирский стол. — Говорите, мы все в нетерпении.

Старик очнулся, осмотрел туманным взглядом кабинет, потом кивнул, словно сосчитав про себя присутствующих.

— Пора, — сказал старик неприятным хриплым голосом. — Надеюсь, мы не опоздали. — Он встал, подошел к окну, отдернул черную занавесь и взглянул на плац, за которым шумел лес. — Если сейчас пойдет дождь, добираться будем час или даже два, хотя здесь всего несколько километров. Машина не пройдет. — Он оглянулся на людей, замерших в кабинете, задернул штору и подошел к древнему стенному шкафу. Открыл одну из дверок и достал большой рюкзак цвета хаки.

Рука Шарова дрогнула и скрылась под столом.

— Даже не думай открывать, — сказал полицейский. — Поставь передо мной.

Инин вывернул кисти в наручниках, скривился от боли, но выполнил приказ.

— Здесь карта, компас, свечи, немного припасов, шоколад… сигнальные ракеты.

Шаров расстегнул молнию, придирчиво осмотрел внутренности и вынул прозрачный запечатанную склянку с мутной жидкостью.

— А это что?

— Это понадобится для… проведения эксперимента, — Инин хотел что-то показать руками, но наручники не дали ему этого сделать.

— Да расстегните уже его, — сказала Лиза, растягивая слова. — Никуда он не денется.

Шаров покачал головой, но затем, подумав, достал ключ и снял наручники.

— Попытаешься меня удивить, получишь подарок в коленную чашечку. Я прострелю тебе ноги, а потом руки. Поверь, мне это доставит особенное удовольствие. Понял?

Инин потер кисти рук и посмотрел на Лизу.

— Понял, начальник.

Шаров вздрогнул, затем быстро спрятал наручники.

— Куда мы идем и сколько мы там пробудем? — спросил Петр.

— Увидите по дороге. А может быть, и вспомните.

Виктор подумал, что Петру должны позвонить и точно — телефон в кармане депутата пронзительно зазвенел.

— Прошу прощения, — быстрым шагом он вышел из кабинета, плотно прикрыв за собой дверь.

Инин вздохнул.

— К сожалению, у кого есть телефоны или другие средства связи, придется оставить их здесь. — Он кивнул на приличного размера сейф, стоящий справа от командирского стола. — Можете туда сложить. Ключ сверху, под стальным бруском.

— Это еще зачем? — Денис вынул свой айфон и проверил пропущенные звонки. — А вдруг…

— Любые помехи от электромагнитного излучения сведут все наши усилия к нулю. Проверено неоднократно.

Денис повертел телефон в руках, потом пожал плечами.

— Ну ладно… раз так… — он подошел к сейфу, открыл дверцу. Кроме нескольких старых газет, внутри ничего не было. Он положил свой телефон на верхнюю полку.

За ним последовал Виктор, Лиза протянула телефон Денису после того, как отправила СМС.

— Написала… что все нормально. Чтобы не беспокоились, — сказала она.

— Хорошо, — ответил Денис и положил ее аппарат рядом со своим.

У Лены и Давида телефонов не оказалось.

Когда вошел Петр, все уставились на него.

— Телефон надо сдать… — кивнул на сейф Шаров. — Иначе типа не сработает…

Петр хотел что-то ответить, но потом неожиданно легко согласился и положил свой аппарат в кучку к уже имеющимся. Последним нехотя достал свой смартфон Шаров.

Он сунул его к остальным и закрыл сейф.

— И еще… Если у кого-то кардиостимулятор, придется остаться…

Они переглянулись. Похоже, все были здоровы. Пока.

Старик, казалось, был удовлетворен.

— Если нет, тогда выходим.

Инин потер руки, взял свою куртку с вешалки в углу комнаты и довольно легкой походкой пошел первым, оставив рюкзак, — к неудовольствию Шарова, на столе.

За ним потянулись остальные — Лиза, Денис…

Виктор взял Петра под руку и шепнул:

— Удалось что-то узнать?

Петр притормозил, посмотрел в темноту коридора и когда лестница под ногами доктора заскрипела, прошептал:

— Ты не поверишь, но этого парня не существует. Нет такого — Константина Червякова. Есть другие люди с такими именами и фамилиями, их много, но именно этого нет. Московского, который учился в нашей школе, состоял на учете в милиции и тому подобное. И это происшествие с нами, довольно громкое дело — шутка ли, взрыв гранаты при проведении «Зарницы» — его тоже нет. Не было никакой гранаты, взрыва, ничего. Никаких упоминаний.

Виктор замер, глядя на ошарашенного Петра.

— Это базы ФСБ, между прочим, не абы что. Пусто! Я, конечно, ни на что не намекаю, но, мне кажется, этого Червякова и в классных журналах не обнаружится.

— Как и самих журналов… — тихо сказал Виктор.

— Ничего не понимаю… ведь не мог же он стереть себя отовсюду…

— Разумеется, не мог… но, видимо, были люди, которые это сделали за него.

— Зачем? — Петр задал вопрос, но сразу же и ответил: — Да ну… брось! Это ведь не теория заговора. Я в них не верю.

— А как еще это объяснить?