Сергей Михеев – Легенда о Золотом Лотосе (страница 8)

– Давай, Олса! Заработай нам немного деньжат для трактира! – крикнул ему хитрый наставник и по обыкновению скривил злобную физиономию. – Не знаю, как ты, а меня снова мучает жажда!

Олсандр пригрозил ему кулаком, быстро разделся до пояса, завязал длинные волосы в хвост на затылке и, не стесняясь, повернулся к зрителям спиной. Все его тело оказалось исполосовано вдоль и поперек огромными уродливыми шрамами. Часть из них он получил от хлыста отца, другие от острых когтей и зубов диких животных, когда был еще ребенком. Но кроме него об этом никто не знал, и толпа уважительно заохала.

Не обращая внимания на крики, хаттхаллец поплевал на ладони, расставил руки в стороны, закружил по площадке, внимательно приглядываясь к чудо-воину. Баба стоял на месте. Он продолжал улыбаться, но все же краем глаза следил за моряком. Наконец, Олсандр решился. Он ловко поднырнул под ноги великана и попытался поднять его. Баба был в два раза крупнее хаттхалльца. Это действие немыслимо развеселило толпу.

– Муравей решил поднять быка! – выкрикнул кто-то и пронзительно засвистел.

Хаттхаллец покраснел от натуги. Хохот перерос в крики поддержки, когда неожиданно для всех ноги великана оторвались от земли. Баба всеми силами пытался удержать равновесие и усидеть на спине Олсандра. Под рев толпы забавная парочка маленькими шажками передвигалась от одного края площадки к другой. Несколько раз всем показалось, что северянину удастся повалить великана на спину и получить награду. Потеха закончилась, когда Олсандр окончательно выдохся. Он упал на колени, тяжело дыша. Его силу оценили и дружно поаплодировали.

Спускаясь по ступенькам, моряк вдруг заметил Хай Цаошена. Он не преминул обратить на это внимание своего товарища. Восточный разбойник стоял в окружении многочисленной охраны и был разодет в золото и шелк, как настоящий император Чжангонга.

– Во дела! – присвистнул Олсандр. – Что тут происходит? Зачем он забрался так далеко от дома?

– Нам сегодня везет! Еще один смельчак решил сразиться с непобедимым мавританцем! – восторженно закричал ведущий. – Что я вижу?! Перед нами один из славных воинов далекого Чжангонга, с земли, где Великие Горы выросли до самых облаков, а может быть и до солнца! Давайте все вместе посмотрим, на что способны Мастера Восточного Боя! Как тебя зовут? – обратился он к невысокому человеку, одетому во все черное.

– ШиШенгШэн, – негромко ответил мужчина.

Олсандр обернулся и обомлел. На помост вышел тот самый коротышка, который после налета на «Зеленый Дракон» оставил ему три глубоких пореза на виске. Позабыв про все на свете, хаттхаллец с нетерпением стал ожидать новый бой.

– Это будет интересно! – хохотнул он. С трудом протиснулся на пятачок, где никто не загораживал вид.

Баба сделал несколько шагов к сопернику и, скаля зубы, показал, насколько невысок для него сын Востока. Выходило аккурат по причинное место. Оценив шутку, толпа загоготала, но Ши не смутился.

– Хо! – выдохнул он. Широко расставил в стороны ноги и руки.

Не успел Баба моргнуть глазом, как его соперник, словно птица, вспорхнул над землей и ударил ребром ладони по шее. Мавританец выпучил глаза, закашлялся, и в первый раз за весь вечер с его лица сошла насмешливая улыбка.

– Хо! – воскликнул Ши и, вновь подпрыгнув, ударил Бабу в грудь обеими ногами.

При этом он перекрутился в воздухе, словно белка. На этот раз великан заметно побледнел. Закатил глаза и пошатнулся.

– Хо! – в третий раз крикнул чжангонгец и, опустившись к самой земле, подсек ноги противника.

Гигант с грохотом упал на помост, подняв к ночному небу облако пыли.

– И наша золотая монета уходит в карман ШиШенгШэна! – завопил зазывала. – Такого у нас еще не было!

– Поспешим! – воскликнул Нано, и друзья побежали к пристани.

«Морская Звезда» стояла в бухте на якоре довольно далеко от берега. Небольшая предосторожность, чтобы Детберт, пребывая в пьяном угаре, не смог выбраться в город и не устроил там погром или еще чего похлеще, как это не раз бывало ранее.

Нано пришлось отдать местному рыбаку пару медных монет, чтобы тот подбросил их на своей лодке до корабля. По правилам, там всегда должна была оставаться охрана из нескольких человек, но в последние дни команда редко вспоминала о своих обязанностях.

Именно поэтому Олсандр и Нано очень удивились, когда, поднявшись на палубу, они обнаружили на капитанском мостике сооруженное из ковров и шкур удобное ложе. Рядом с ним лежала белоснежная скатерть с мисками, наполненными доверху фруктами, деликатесным мясом, разнообразными колбасами, паштетом, свежим хлебом и сладкими булочками. В самом центре стоял поднос со свечами, по краям вазоны с цветами. Поднявшись к рулевому колесу, они увидели возлежавшего у романтичного стола человека в расслабленной позе. Это был их корабельный повар.

– Моя любовь, как ты прекрасна… – пробормотал Бон-Бон, подцепил ножом жирную сосиску, с которой плотной струей стекал соус. Он поднес ее к губам, смачно поцеловал, слизнул языком каплю жира и откусил маленький кусочек. Откинувшись на подушки, истомно застонал и закатил глаза от наслаждения. – М-м… Ты само совершенство…

– Что это… мать твою… кажется, меня сейчас стошнит! – воскликнул Олсандр и скривился.

Корабельный повар подпрыгнул от неожиданности, подавился и зашелся в тяжелом кашле.

– Какого черта вы здесь делаете?! – возмущенно прохрипел он. – Нельзя же так пугать человека! Еще и подкрались незаметно!

– У нас есть новости для капитана, – попытался оправдаться Нано.

– Откуда ты взял столько вкусностей? – Олсандр попытался стащить из миски сдобную булочку, но Бон-Бон был настороже и быстро пресек попытку хищения. – Нас помоями вечно кормишь, а сам себе еду в дорогих трактирах заказываешь?

– Это подарок, – отмахнулся от упрека толстяк. – Подарками, как известно, не делятся.

– В тебя не влезет столько! – Олсандр сделал вторую попытку умыкнуть аппетитный кусок.

– Капитан развлекается в своей каюте! – осерчал повар, прикрыл посуду своей грудью и рявкнул: – Проваливайте отсюда!

– Ладно, ладно! Мы уходим! Обжора! – рассмеялись моряки, направившись к каюте Детберта.

Бон-Бон проводил их обиженным взглядом.

– Мерзкие гаденыши! Такой прекрасный вечер испортили! – выругался он. Со злостью задул свечи. Сноровисто собрал блюда в большие корзины и побежал прятать их в своей кладовой.

Детберт был у себя. Он лежал на грязном полу в замысловатой позе и крепко спал. Вид у него был самый неприглядный. Голый торс едва прикрывали золотые воинские доспехи, на голову он зачем-то напялил шлем с белым хвостом павлина, одной рукой крепко обнимал бочонок местной сивухи, в другой был крепко зажат наполовину наполненный черпак.

Кто-то решил жестоко подшутить над капитаном. Он криво обрезал его длинную бороду почти у самого подбородка, нацепил ее на круглый набалдашник королевского скипетра, украсил женскими заколками и лентами.

Моряки многозначительно переглянулись, с усилием подавили насмешливые ухмылки.

– Опять чудит. Умный ведь мужик и так бестолково свою жизнь губит, – закатил глаза хаттхаллец. – Как думаешь, кто из наших с ним это сделал?

– Судя по кривизне среза, он сделал это сам, – с грустью заметил Нано.

Словно подтверждая его догадку, Детберт поднял руку, ласково погладил свою бороду.

– Любовь моя… – с тоской выдохнул он. – О, моя милая Чиа…

Капитан вытянул губы дудочкой, сделал попытку подняться и поцеловать парик, но не сумев оторвать голову от пола, вновь погрузился в крепкий сон.

– Кто такая Чиа? – поинтересовался Олсандр у Нано.

Но друг сделал ему знак молчать, снял с трости импровизированный парик, засунул его в ближайший мешок со старыми тряпками и загадочно прошептал:

– Смотри, что сейчас будет… Детберт! Вставай! У нас пожар! – что было мочи заорал он.

Бешеный не отреагировал.

– Детберт! «Зеленый Дракон» по правому борту!

Разбойник открыл один глаз, почмокал пересохшими губами, но вскоре в помещении вновь раздался его храп.

Нано сделал знак своему товарищу и, набрав в грудь воздуха, рявкнул:

– Хай Цаошен!

Бешеный мигом поднялся, разлепил мутные очи, исподлобья посмотрел на моряка, посмевшего его разбудить.

– Где? – прохрипел он.

– Тут! На острове! Мы встретили его только что на рынке.

– Врешь!

– Никак нет!

Бешеный с удивлением посмотрел на свои голые ноги, смущенно накинул на них рваный плащ.

– Ждите меня снаружи! – приказал он.

Нано вместе с Олсандром вышел на палубу, облокотился о борт и негромко сказал:

– Настоящее имя капитана Добран. Добран Дан. Много лет назад он занимался наукой, политикой и налаживанием связей между землями Востока и Запада. Однажды он уехал в Чжангонг, смог добиться немалых успехов при дворах императоров. Чиа – его единственная и большая любовь. Он познакомился с ней именно там, и, по всей видимости, она разбила ему сердце. Не знаю, что случилось. Наверное, из-за несчастной любви он пристрастился к выпивке и совершил ряд ошибок. Карьера его покатилась под гору. Он чем-то знатно насолил обоим царским династиям. Надолго куда-то исчез. Говорили, что его жестоко казнили, но спустя какое-то время он объявился на рынке рабов у Черной Горы. Именно там состоялось наше знакомство.

Дверь каюты скрипнула. Капитан появился в дверях абсолютно трезвый, умытый, с аккуратно подстриженной бородкой, в чистой добротной одежде. Без зарослей на лице он показался Олсандру гораздо моложе, чем был на самом деле. Разговор с Малышом пришлось прервать.