Сергей Марков – Проникатель. Ярославль, которого нет (страница 2)
Поплутав немного в проходах отдела художественной литературы, нашёл наконец интересовавший меня раздел фэнтези.
С азартом рыбака, заметившего, как задёргался давно застывший поплавок, начал не спеша, наслаждаясь моментом, изучать содержимое книжных полок. Книги тянулись вдоль стен плотными, аккуратными рядами. От одного их вида внутри возникло знакомое, почти уже забытое чувство, как в детстве: когда заходишь в библиотеку и из моря книг, раскинувшегося перед глазами, долго и мучительно выбираешь одну. Понимая при этом, что тебе, и всей жизни не хватит, чтобы прочесть их все.
Медленно двигался вдоль стеллажей, скользил взглядом по корешкам. Я не искал конкретную книгу, скорее выбирал нужное мне настроение.
Некоторые названия вызывали тёплые воспоминания — с ними мне когда-то было интересно. Другие, наоборот, напоминали о разочарованиях. Такое бывает с некоторыми, бодро начатыми сериями, к которым теряешь интерес, раньше, чем бы этого хотелось. Когда герои плавно «превращаются» в глянцевый пластик. Когда таинственные загадки подменяются кучей непонятных объяснений. Я пару раз брал такие книги в руки, пролистывал, и возвращал на место, словно примеряя на себя, когда- то отлично на мне сидевшие, старые вещи.
Я скучал по хорошей книге, которая не требует у читателя усилий, не давит трендами и не пытается понравиться любой ценой, а просто берёт и затягивает в себя с головой. Хотелось именно такого, чтобы вечера заканчивались не в телефоне, а в мире, из которого не хочется выходить как можно дольше.
Выбор был просто огромный: от классики признанных мэтров до новых романов неизвестных мне авторов. Я не удержался и пробежал глазами несколько страниц широко разрекламированной новинки, вышедшей, насколько я знал, буквально на прошлой неделе.
— Однако быстро тут в Москве всё делается, — возвращая будущий бестселлер на полку, констатировал я и уже потянулся было к следующей книге, как взгляд остановился на стоявшем неподалёку рекламном стенде. На нём эффектно, будто подчёркивая её особенный статус, расположилась всего одна книга. Её яркая, сочная, сверкающая в лучах софитов, глянцевая обложка, словно мощный магнит, притянула к себе моё внимание.
Я взял книгу в руки. С обложки на меня смотрел суровый мужчина средних лет в тёмном бархатном сюртуке. Благородные черты, величественная осанка, едва заметная улыбка. Встретив его цепкий, словно оценивающий, взгляд, у меня вдруг возникло ощущение, словно важная, могущественная персона, увидев простого смертного с этой обложки, снисходительно решила получше его рассмотреть.
За этим правителем — то ли князем, то ли княжеским воеводой (а сейчас такие персонажи присутствуют в большинстве фэнтезийных сюжетов), в общем, главным перцем своего мира — на фоне мрачного готического пейзажа расположились маг в странном шлеме, девушка и какой-то мрачный то ли колдун, то ли злодей.
«Проникатель. В ТЕНИ ВЕЧНОСТИ. Часть первая» — прочитал я название. Чтобы убрать слепящие меня блики, я повернул книгу немного под другим углом и…
Мгновенно выступившая на лбу испарина вместе с возникшей тут же неприятной дрожью в ногах заставила меня замереть на месте. Я сфокусировал взгляд на обложке, и сердце, дрогнув, резко рванулось. Так что я, пожалуй, впервые в жизни ощутил на себе, что «выскочить из груди» — это не просто фигура речи.
С зажатой в похолодевших ладонях глянцевой обложки на меня, ехидно улыбаясь, смотрел… я сам. Собственной персоной.
Конечно, в другой одежде. Конечно же, слегка изменившимся из-за бороды, которой у меня никогда и не было, но я.
Повернул книгу под другим углом — сходство не исчезло.
Словно боясь спугнуть промелькнувшую надежду, я затаил дыхание и, приблизив книгу к глазам, внимательно всмотрелся ещё раз.
— Значит, не показалось, — помрачнев, выдохнул я и задумался:
— Бред какой-то. Это невозможно. Такого просто не может быть. Откуда здесь моё лицо? Я не актёр, не певец, даже не блогер, в конце концов. Единственное место в сети, где есть моя фотография, — профиль на Авито. И да, там я с бородой. С этой дурацкой бородой, которую пририсовал себе в фотошопе ради прикола.
Особой ясности эта гипотеза не внесла. Я прекрасно понимал, какой небыстрый и совсем не простой путь должно было пройти фото, чтобы оказаться на обложке.
— Я знаю точно: невозможное возможно-о, сойти с… — ворвался в мои мысли Рифмоплёт.
— Сойти с ума звучит, конечно, неплохо. Но должно же быть и другое, более разумное объяснение, — усмехнулся я про себя, и рассудок, не желая сдаваться, начал сыпать версии, которые я тут же сам и опровергал: розыгрыш — но никто не знал, что я в это время окажусь именно здесь; технология — но книга была настоящей, с ещё пахнувшими свежей типографской краской бумажными страницами. Сон? Переутомление? Галлюцинация? Я бы понял ещё, если бы не спал трое суток. Но я был в полном порядке. Не считая, конечно, лёгкой дрожи в ногах да холодных вспотевших пальцев.
Я покосился по сторонам. Посетители деловито сновали вокруг, не обращая внимания на застывшего, словно статуя, чудака с зажатой в полусогнутых руках книгой перед носом.
Подумав, что пара глотков горячего кофе сейчас мне явно пошла бы на пользу, я, не выпуская книгу из рук, направился к кофейне. Удобно расположившись за столиком с капучино в руке, я положил книгу на стол, предусмотрительно перевернув её названием вниз. Кофе, к моему удивлению, оказался превосходным, и с каждым глотком мир, окружавший меня, становился всё более привычным и обыденным. Поставив на стол пустую чашку, я, уже немного успокоившись к этому времени, медленно огляделся вокруг. Я попытался было переключиться на бурлящую энергией городскую суету за окном, но мысли упрямо возвращались к загадочной книге.
— Надо отбросить мистику, включить логику и попробовать спокойно разобраться в этой истории ещё раз, — наконец решил я и вдруг поймал себя на мысли: я до сих пор не знаю, кто написал эту книгу. Я не увидел имени автора рядом с названием, а взглянуть на обратную сторону обложки до сих пор не удосужился.
Я пододвинул книгу поближе. На небольшой прямоугольной плашке было фото и короткая аннотация: «Великую войну двух миров завершит пришелец из третьего».
Имя «Эдвард Гофман» не вызывало у меня никаких воспоминаний, как и его портрет. Такое лицо было бы трудно забыть. Лысый, с неестественно высоким лбом, прямым античным носом и огромными глазами. Он немного напоминал инопланетянина из комикса, и немного заострённые кончики ушей лишь усиливали это сходство.
— Инопланетянин, под видом писателя-фантаста прибывший на Землю с целью раскрытия межпланетного заговора… Это было уже больше похоже на сюжет фантастического романа, — раскритиковал я тут же возникшую очередную бредовую версию и понял, что выдохся. Я попросил ещё кофе, сфоткал на всякий случай обложку с обеих сторон и, в ожидании заказа, уставился в окно. Пока я допил капучино, на улице уже начало вечереть.
Яркие огни Нового Арбата, красочные рекламные ролики, быстро сменявшие друг друга на огромных светодиодных экранах, напомнили, что на дворе 2026 год, а не вот это вот полумистический триллер, терзавший мой рассудок последние несколько часов.
Я встал, расплатился за книгу и, крепко держа её в руках, вышел на улицу. Быстро добрался до Арбатской, не обращая внимания на городскую суету вокруг.
Меня наполняло предвкушение. Я уже представлял, как, придя домой, налью себе капельку «Торреса», сяду в мягкое кожаное кресло и, забросив ноги на пуфик, начну читать. Я, перейдя на Боровицкую, зашёл в вагон остановившегося передо мной поезда.
До Отрадного было ещё восемь остановок. Я сел в конце вагона, прислонился к стене и, не устояв перед искушением, раскрыл книгу.
Начиналось всё с пролога, в котором автор очень упрощённо, сухим языком справочника попытался описать историю трёх миров: коммуникации, сложные технологии, фундаментальные законы магии, единые для всех рас.
Была глава, посвящённая Проникателю — устройству, позволявшему его обладателю мгновенно перемещаться между мирами. Был целый раздел, посвящённый контактам двух старейших миров с миром людей. Я дошёл до главы о человеке из третьего мира, который должен был вмешаться в чужую войну. Не став углубляться в подробности, я перелистнул несколько страниц и наткнулся на разворот с ярким, казавшимся сделанным от руки рисунком.
Высокая, мощная стена окружала обширное квадратное пространство. Внутри стояли четыре крепости, походившие на песочные, местами ещё незаконченные замки. Самая маленькая была подписана:
Мой взгляд упёрся в лицо склонившегося надо мной человека, который беззвучно, как в немом кино, шевелил губами, потрясывая меня за плечо.
— Конечная, — наконец я расшифровал доносившиеся до меня звуки. Я, всё ещё не понимая, чего от меня добиваются, огляделся вокруг и только тогда понял, что нахожусь на Алтуфьевской — конечной станции метро моей ветки. Я резко вскочил и, ещё не успев повернуться, уже знал, что увижу…