Сергей Марков – Это ваше танго (страница 3)
Женя заколебался на пару секунд, нутром чуя, что может пожалеть о своем поступке, но все же сложил руки домиком и, стараясь пробиться сквозь монотонный гул человеческого улья, прокричал.
– Девушка! Да, вы. Вам розетка нужна? Я могу уступить, ненадолго.
В нормальной жизни Алиса почти не материлась, предпочитая стеб и ядовитую иронию. Этому искусству обучила ее ныне покойная бабушка Марианна, кандидат наук, почетный музейный работник, специалист по культуре и истории Латинской Америки и переводчик. Та считала, что воспитание, образование и стиль должны быть во всем, и проявляться это должно, даже если тебе надо подколоть человека. А вот мату тихая и скромная некогда девочка, обучилась у преподаватель русского языка.
Бронислав Вениаминович был учителем старой закалки, легко мог поставить минус два за диктант, унизить ученика на глазах класса, пройдясь по внешнему виду, умственным способностям и даже манере сидеть за партой.
Алису всякий раз слегка передергивало от воспоминаний о его знаменитых присказках.
Зато выпустившись с твердой четверкой по русскому из школы, она с удивлением осознала, что владеет языком на уровне хорошего корректора. Этим и подрабатывала иногда.
В общем, Алиса хорошо усвоила не только классический русский, но и обсценную лексику. Матерное слово, оно же лекарственное – и тревогу сублимирует, и процесс мыслительный ускоряет.
Так что материлась пока не вычистила из головы все эмоции от перелета, погоды, боязни опоздать, необходимости нестись, как сумасшедшая.
Правда, в запале не сразу вспомнила, что, во-первых, орать на людях невежливо, а во-вторых, тут могут быть соотечественники, в том числе с детьми. От собственной сознательности ей стало смешно. И все же еще разок тихонько матернулась напоследок.
Ладно, самолет без нее не улетел, и то хорошо. Правда, судя по погоде за окном, оптимистичное «рейс задержан на час из-за погодных условий» – это привет европейской тактичности и стремлению авиакомпании не огрести цунами возмущения от пассажиров.
Алиса принялась изучать табло, чтобы понять, насколько все плачевно. Ничего обнадеживающего оно не сообщало. Порядка тридцати бортов застряли из-за погоды. Значит, сидеть им тут всем явно не час. Снова в самолет вот прямо сейчас точно не хотелось, тем более что лететь предстояло четырнадцать часов. Но и сидеть в аэропорту тоже такое себе удовольствие. «Главное, чтобы здесь все еще были курилки», – подумала Алиса. Эта вредная привычка тоже досталась от бабушки, как и ряд других. «Ох, буся, знала бы ты, куда заведет внучку твоя любовь к Латинской Америке», – тихо проговорила Алиса.
Зазвонил телефон. Вот и они, дружочки. Это была подруга детства Маргарита. Она уже лет десять как переехала сначала в Европу, переводить что-то в ООН, а потом увлеклась танго и отчалила в Байрес. Сейчас Маргарита была главным связным в городе Добрых Ветров. А еще радушной хозяйкой для тех приятелей и подруг, кто выезжал потанцевать. Господи, как Алиса будет рада обнять подругу спустя столько лет. Она ощутила, насколько успела соскучиться. Они же не виделись сколько? Года три, кажется. С того момента, как Марго укатила из Европы. Алиса все обещалась доехать и все что-то никак.
Она улыбнулась и ответила на звонок. Но трубка заговорила по-английски – мужской голос с приятными итальянскими интонациями. Мануэль, конечно. Парень подруги, хотя правильнее сказать – гражданский муж, был итальянцем с русско-еврейскими корнями. Красивый и галантно-обворожительный, он любил Марго так, что автоматически взял ее закадычных подружек под свою опеку. Вот и теперь он, как итальяно-еврейская матушка, чирикал: «Ай, как нехорошо, Али, твой рейс должен был приземлиться час назад, а от тебя ни слова. Смотрю онлайн табло, у вас там все задерживается. Девочка моя, как ты? Поешь, пожалуйста, пока пересадка. И не переживай, мы тебя все равно обязательно встретим».
Алиса, похихикивая от его заботы, вкратце рассказалао своих приключениях. Попутно узнала, почему Мануэль звонит с номера Маргариты.
Оказалось, накануне после милонги решил сэкономить на такси и пройтись пешком. Ну и пришлось оставить телефон вместе с какой-то наличностью местным джентльменам удачи.
Похохотали над суровыми столичными нравами.
Мануэль, конечно, неунывающий южанин. От таких очень тепло всегда. Перешли к важному: как и когда ребята смогут перехватить Алису в аэропорту по прилете.
И тут телефон ойкнул и выключился.
Алиса выругалась и послала гневный взгляд в потолок. Да что ж ты будешь делать-то! Что за денек!
Вот где теперь искать зарядку? Оглянулась по сторонам. Зал ожидания напоминал консервную банку рижских шпрот. Индийское семейство и извечные азиаты, облепившие портативную станцию зарядки, любезно предоставленную какой-то местной телекоммуникационной компанией, европейские клерки все сплошь с пауэрбанками. «Черт, вот что я забыла, – подумала Алиса, – ведь крутилось в голове». Дело дрянь. Планировщики аэропортов вряд ли предусмотрели розетки для каждого пассажира.
Ну да бойкая девица нигде не пропадет! И Алиса двинулась на поиски человека, которого можно оттеснить на время от вожделенной розетки. Она была обаятельна, обходительна, но увы. Люди, видимо, решили зарядиться впрок, если такое возможно. Кто-то грубовато отказывал – вероятно, сказывались непогода, волнение из-за задержанного рейса, кто-то делал вид, что не понимает вопроса, кто-то был деликатен и мил, но непреклонен: мол, извините, но мы только сами до розетки добрались.
Отчего-то Алисе стало крайне обидно. Нет, она, конечно, подождет, найдет чем себя занять, но все же. Из грустной задумчивости ее вывела русская речь, явно обращенная к ней: «Девушка! Да, вы. Вам розетка нужна? Я могу уступить, ненадолго».
Сквозь толпу к Алисе, смущенно улыбаясь, протискивался мужчина. Снова Алиса почувствовала, как к щекам приливает румянец. Второй раз за день внезапно появлялся рыцарь-спаситель. Раз – случайность, дважды – совпадение. Но сейчас о кармических намеках думать было недосуг.
Спаситель наконец пробрался сквозь толпу и предстал перед Алисой во всей красе: высокий, мощный, глаза серые, голова обрита налысо, но, судя по бровям, мужчина когда-то был русой масти.
Манера смотреть смутила обычно решительную Алису.
Покраснев еще на пару полутонов, девушка все-таки выдавила:
– Да. Спасибо огромное, вы очень меня выручите, честно говоря.
– Ну, пойдемте вас спасать, – добродушно улыбнувшись, ответил мужчина и начал искусно лавировать в толпе.
Алиса выдохнула, приложила прохладные пальцы к пылающим щекам и пошла следом. На ходу она размышляла над внезапностью своей реакции.
Широкая спина спасителя рассекала толпу. От него веяло устойчивостью и уверенностью. Есть такой тип – мужчина-медведь: сила, добродушие, принципиальность и встроенное умение заботиться о тех, кто слабее. Из таких выходят очень чуткие партнеры, подумала Алиса. И сразу посмотрела на него с этой перспективы. Рост хоть куда – где-то метр восемьдесят пять, походка уверенная, не сутулится, двигается мягко, может, в прошлом спортом занимался, судя по неплохой фигуре, на вид ему что-то около сорока. Правда, джинсы эти простенькие и толстовка. Но в костюме точно смотрелся бы хорошо.
Алису всегда развлекало придумывать истории жизни людям, которых она видит впервые. Этой игрой на воображение ее в долгих поездках развлекал дед Семен. Со временем и опытом точность предсказаний выросла, а этот странный навык «видеть сквозь движение» пригодился и в танго. Сколько она повидала мерзких типчиков с идеальной техникой на танцполе! Но взглянешь на то, как бокал держит, как на других смотрит, как сидит, как взаимодействует, общается, и становится понятно, стоит ли кабесеить[2] или не обменивать свое время на отточенные, но бессмысленные движения и пустые объятия.
В этих мыслях Алиса чуть не врезалась в мужскую спину.
– Ну вот мы и пришли. Простите, присесть здесь совершенно не на что, но розетка рабочая.
«Боже, – подумала Алиса, – он еще и извиняется, вот ведь интеллигенция. Питерец, наверное».
– Что вы, все отлично. Я же не про посидеть интересовалась.
И усмехнулась. Главное, чтобы он ей сейчас не начал задвигать о возможности отморозить почки от сидения на холодном полу.
– Я подготовленная, – добавила Алиса и стала доставать из рюкзака зарядку, куртку, чтобы подложить под попу, и книжку, чтобы скоротать время.
Алиса углубилась в карманное испаноязычное издание «Белого сердца» Хавьера Мариаса и старательно делала вид, что читает, но Женя нутром чуял, что долго это не продлится: слишком уж бойкая натура. Так и вышло. Не прошло и получаса, как она начала говорить. Сперва это было больше похоже на монолог.
– Не знаю, что бы я без вас делала. Телефон сел, а там меня уже ждут. Понятия не имею, как теперь с ними встретиться. Как по-вашему, мы надолго застряли в этом лимбе? Надеюсь, что нет. Скорей бы уже распогодилось…
Жене казалось, что ответ девушке и не требуется, можно просто молчать и кивать участливо, но мысль о том, что ее лицо ему смутно знакомо, была сродни занозе.
– Да, небо не обещает нам легкой жизни… – протянул он, – Меня, кстати, Евгений зовут. Но можно просто Женя. Не сочтите, за пошлость, но мне кажется, мы могли где-то видеться. До меня тут донеслись знакомые слова, пока ваш телефон еще не отключился… Вы, часом, танго не занимаетесь?