Сергей Малышонок – Син'Дорай (страница 30)

Напрягаю мышцы, наблюдая, как тело в отражении превращается буквально в переплетение бугристых жгутов, к которым так и просился термин "стальные".

… Это довольно логично. Как я и говорил недавно Шолари, моё духовное тело куда ближе к демонам и драконам, причём если к первым — по спектру энергии, то ко вторым — по наследственности, если можно так выразиться. Частично я — дракон стаи Крыльев Пустоты, и это родство было реализовано как раз через энергетику, а не физическую оболочку. Ритуал братания внёс метку о принятии меня в Стаю в саму мою душу, почти не затрагивая тогда материальное вместилище, а теперь моя душа выступала сущностью-эталоном, под параметры которой перестраивалось тело. И, похоже, это принесло некоторые плоды.

А впрочем, может, мне и кажется. Ну, честное слово, когда я последний раз вот так крутился перед зеркалом в голом виде? Года за два до падения Кель'Таласа? Опять же, шрамы и энергетические травмы явно не способствовали красоте кожи. А полные латы всё-таки искажают восприятие фигуры, а кого из сородичей мужского пола я видел без доспехов последние годы "там"? Ведь что в разорённом Кель'Таласе, что в Дреноре, что в Нортренде даже самые мирные лекари не выходили из спальни без поддетой под одежду кольчуги — это банально был вопрос выживания. Некоторые и полноценные пластинчатые нагрудники не брезговали надевать поверх мантии, по примеру принца Келя — пусть тяжело, зато можно выжить, поймав грудью удар Стража Скверны.

Мои размышления прервал робкий стук в дверь. Так стучалась только Шолари, да и, в принципе, в мои покои никто, кроме неё, из обитателей Элдре'Таласа пока ходить не решался, передавая любые сообщения через советницу.

– Да, заходи, – чуть повышаю голос, чтобы меня услышали, одновременно снимая запирающие чары с двери.

– Принц Эстос, я… – девушка быстрой походкой преодолела прихожую, влетая в бывшую гостиную Тортелдрина, где я и позировал перед ростовым зеркалом прошлого правителя города. – Ах! – меня увидели и, словно налетев на стену, мгновенно крутанулись на пятках. – Что вы… что тут… Я помешала? – перепуганно зачастила женщина, стоя ко мне спиной.

– Что такое, Шолари? – удивился я. – Ты же много раз видела меня без одежды?

– Да, но… Но… – я уже было начал думать, что природу этого самого "но" мне так и не раскроют, однако девушка всё-таки собралась с мыслями. – Сейчас я не ожидала… такого.

– Ну прости, не хотел тебя пугать.

– Но зачем вы стоите голым в своей гостиной? – не спеша оборачиваться, спросила советница.

– У меня тут небольшая дилемма. Кстати, не могла бы ты повернуться? Мне любопытна твоя реакция.

– Ну, знаете ли! – плечи эльфийки сконфуженно опустились. – Я не против нашего… всего, – в голосе Шолари так и сквозило сконфуженной неловкостью, – но… не перед зеркалом же! – сколько возмущения… – Я понимаю, что за десять тысяч лет на другом континенте нравы могли измениться, и я готова принять ваши… привычные вам традиции, – постаравшись успокоить голос, начала горячо убеждать меня девушка, – но дайте мне хотя бы время привыкнуть! Я же не прошу ничего невозможного? Я готова служить вам в этом качестве ночью, мой Принц, но… но… Ещё я сейчас по делу!

– Шолари, ты не так меня поняла, – терпеливо дождавшись, когда старейшина закончит, спокойно отрицаю её фантазии. – Ритуал прошёл успешно, но помимо запланированных внутренних изменений моё тело претерпело и ряд внешних. К счастью, чешуи, крыльев и копыт нигде не появилось, но я стал выглядеть старше. Точнее, я сейчас выгляжу так же, как выглядел перед тем, как перенестись в прошлое, нет только полученных в войне шрамов. Тем не менее, изменения достаточно сильные, и я должен знать, насколько это серьёзно, потому мне и нужно твоё мнение. Тот факт, что ты знаешь моё тело лучше любого шен'дралара, только в плюс — сам я не слишком часто себя разглядываю, и то, что очевидно тебе, легко могу пропустить.

– Ох... – виновато вздохнула девушка, неуверенно поворачиваясь.

С задержкой, но её взгляд всё же поднялся на меня и тут же забегал по голому торсу, ногам и прочим важным деталям организма, из тех, что вызывают у юных, неопытных дев смущённый румянец. Судя по той заинтересованности, которая с каждым мигом всё больше проступала в глазах Шолари, таким образом сейчас работали абсолютно все части моего организма, включая лоб и уши. Правда, после всего того, что между нами было, румяниться ночная эльфийка особо не спешила. Я же ждал вердикта — будет малость неудобно, если в новом амплуа меня перестанут узнавать на улицах города и придётся всё всем объяснять, выдумывая правдоподобные отговорки. Посвящать всех и каждого в тайну переноса во времени я точно не собирался, хватало и того, что это известно Шолари.

– Вы... – эльфика заставила себя встать ко мне боком, отводя взгляд. Видимо, насмотрелась, – действительно выглядите старше.

– И у всех будут вопросы? – полуутвердительно произнёс я, подходя к креслу, где были сложены мои вещи.

– Да, разумеется... Но не думаю, что они будут произноситься вслух. В городе вас ещё слишком плохо знают, чтобы понимать, где среди вашей необычности естественные вещи, а где что-то на самом деле странное.

– Благодарю, – я активно облачался. – Так с каким делом ты пришла?

– Точно, – встряхнула гривой синих волос моя заместительница, возвращаясь к рабочему настрою. – Я получила донесение от Хранительницы Садов, что сторожевые древа, возглавляемые Тендрисом Криводревом, начали проявлять… беспокойство.

– Беспокойство? – мягко говоря, странный термин. – Что именно их беспокоит? – не хватало только, чтобы эти энты-переростки всполошились, заметив сбежавшего с места призыва беса. Я, естественно, постарался сделать такой побег невозможным, так что, даже вырвавшись из сдерживающего круга, мелкие твари покинуть заклинательный чертог не могли, но мало ли?

– Кажется, они чуют демонов в кристаллах-источниках, которые мы устанавливаем по городу, и это им сильно не нравится, – ответила Шолари, перестав отворачиваться, когда на мне появилась первая одежда. – Во всяком случае, такое предположение сделала Аэран.

– Странно… – натягиваю сапоги, задумываясь над известием. Кристаллы-темницы были хорошо экранированы и испускали вокруг себя лишь идеально очищенную нейтральную ману — уж в чём-в чём, а в механизмах работы этой технологии я был уверен абсолютно. – Они последние десять тысяч лет охраняли город, питающийся от сильного демонического животного, и это их вполне устраивало, качество маны с тех пор не изменилось, так с чего бы им начинать беспокоиться сейчас? Или кто-то оплошал, и в город попали дефектные кристаллы?

– Нет, это Аэран проверила в первую очередь, – покачала головой девушка. – И вы же знаете, что нельзя вынести кристалл с дефектом из мастерских — вы сами устанавливали сигнальные чары и зачаровывали проверочные алтари для обнаружения демонических эманаций.

– Ты права, – на краю сознания что-то такое крутилось, но ухватить мысль я никак не мог. – Тогда в чём же дело? Ведь вопрос с Иммол'тером остаётся.

– Я не уверена, – в голосе девушки действительно звучали сильные сомнения, – Иммол'тер находится в глубоких подземельях, и его сила проходит через множество ретрансляторов, прежде чем достигает обитателей города. Возможно, дело в этом? Демон больше не спрятан, точнее, их много, и все они на виду, хоть и заперты в кристаллах.

– Слишком всё расплывчато, – я поморщился, признавая, что и сам не сильно уверенно стою на данной почве. Хотя… от этих духов природы всякого можно ожидать, тем более если они застали Войну Древних уже в сознании и материальной оболочке.

– Ну, Аэран всё-таки не полноценный друид, а только заклинатель природы, которая заботилась о фруктовых садах города, – вздохнула эльфийка, чуть понурив голову. – К тому же последние столетия мало кто из жителей посещал восточные районы Элдре'Таласа. Там сейчас сплошное запустение. А те, кто раньше был соседями обосновавшихся в расположенных там парках и садах сторожевых древ, давно мертвы. В любом случае, мой Принц, лучше вам поговорить с Аэран напрямую и увидеть всё самому.

– Действительно, – застегнув пряжку на поясе с ножнами, я почувствовал себя готовым идти. Лёгкое движение магии — и арканитовый посох сам прыгает в руку. – Пойдём. А пока поподробнее расскажи мне, как именно проявляется это «беспокойство»?

– Сторожевые древа стали словно более агрессивными. Злой скрип и шуршание листвы… Пусть случаев нападения не было, но эльфы, которые исследовали тот район, беспокоятся, что они вполне возможны. Из-за этого Гарветтил решил остановить продвижение и послать за Аэран.

– Правильно сделал — не самые приятные сигналы...

В Кель'Таласе полноценных сторожевых древ никогда не было. Подозреваю, что первопричиной тому являлась свежая память основателей королевства о причинах бегства из Калимдора и прекрасное понимание того, что заставить деревья пойти против Кенариуса, который тогда рассматривался основной опасностью новому обществу, невозможно никакими силами. Кроме того, в бывших землях троллей элементарно не обитало духов природы достаточной силы, чтобы делать из них солдат. Ведь, по сути, любой энт, будь он даже древним Древом Жизни — это одержимое природным духом дерево, магия друидов спаивает нематериального духа с живым растением в одно способное двигаться и общаться существо. Но если в древних лесах Империи ночных эльфов духам природы никто не мешал существовать и развиваться, то в землях поклоняющихся различным лоа дикарей племенные божки очень ревностно следили за тем, чтобы никто на их владения не покушался. В результате, самый сильный лесной дух Кель'Таласа может стать, в лучшем случае, слабеньким древнем, чуть выше обычного эльфа, для большинства же потолок — стать маленьким ходячим пеньком. Такие условия никак не позволяли рассматривать природных духов в качестве военной поддержки, вот их и не рассматривали. Древни стали для нас помощниками по уходу за лесом и урожаями, не более.