Сергей Лукьяненко – Новогодний Дозор. Лучшая фантастика 2014 (страница 78)
– Да при чем тут коляска? – горько усмехнулся старик. – Твои враги – страх, ненависть, уныние – все худшее, что может быть в человеке. Изгони это из своего сердца, и у тебя появится шанс вырваться оттуда. Ты сам почувствуешь в себе силу. А я еще подумаю, как тебе помочь. Прости, мое время на исходе, мне пора прощаться…
– Подождите! – закричал Пашка. – Я хотел спросить…
В этот момент лицо старика Корнеича вдруг стало зыбким, словно между ними поднялась стена тумана. Но через секунду туман исчез.
– Что ты хотел спросить, – проговорил Корнеич.
– Откуда вы все это знаете? Почему вы можете со мной разговаривать, а моя мама – нет?
Старик нахмурился, отвел глаза в сторону.
– Дело в том, – негромко сказал он, – что я был там, где сейчас ты. Но я смог вырваться.
– Как? – закричал Пашка. – Как вы убежали, где выход?!
– Я не знаю, где выход. Я был одним из тех раненых солдат, которых сожгли в подвале. Сам видишь, какое у меня теперь лицо… Мне было страшно и больно, я боялся мучительной смерти, и вдруг оказался в холодных подземельях, полных уродливых злобных существ…
– Да, они и сейчас здесь! Они никуда не делись!
– Но меня спасли. Добрые люди вытащили меня из горящего подвала. Их сострадание дало мне силу. Теперь ты понимаешь, почему так важно не поддаваться злым чувствам?..
Голос Корнеича вдруг стал тихим и глухим, а лицо снова начало тонуть в тумане. Пашка протянул в окошко руку, но, конечно, никуда не достал. Старик исчез, и мальчик снова остался в одиночестве.
В этот момент с грохотом распахнулась дверь палаты. Послышался ненавистный писклявый голос Горлоноса:
– Что у нас происходит? Кто тут лазает по потолкам?
Пашка торопливо соскочил с кровати, отошел к стене. Горлонос уставил на него свои маленькие бессмысленные глаза.
– Ты зачем прыгаешь по кровати? Слишком много сил? Сейчас сделаю успокаивающий укол, мигом утихнешь!
– А он там с кем-то разговаривал, – раздался тонкий невыразительный голос. Это была безымянная девочка с соседней кровати. – А еще он не хочет надевать пижаму. И говорит, что у него есть имя…
– Имя?! – Горлонос свирепо сощурил глаза. – Ты говоришь, у тебя есть имя? Ты нарушаешь порядок в моей больнице, гадкий мальчишка!
Пашка прямо-таки задохнулся от возмущения. Как смеет эта сонная девчонка жаловаться и предавать его! Может, они тут все заодно?
И тут он вспомнил слова Корнеича. Победи в себе злые чувства, говорил старик. Вот, кажется, тот самый случай, когда нельзя поддаваться злости…
– Ты будешь наказан, – сказал Горлонос. – Я подумаю, как тебя наказать. От тебя слишком много беспокойства. То ты хочешь убежать, то отказываешься надевать больничную пижаму… Я научу тебя послушанию, но потом. А сейчас, дорогие мои пациенты, хочу познакомить вас с новым санитаром. Дум-Дум немного приболел, вместо него за вами будет ухаживать Ордопет. Входи, Ордопет!
Раздались сухие неуверенные шаги, и в палату, покачиваясь, вошел пластмассовый манекен – тот самый, которого Пашка видел в первый день на операционном столе. Теперь он выглядел совсем жалко – поломанный, побитый, кривоногий, перевязанный грязными бинтами. Вместо рта – черная кривая дыра, а на руках не хватало пальцев. Ордопет вошел и со скрипом привалился к стене, чтобы не упасть.
– Как видите, – проговорил Горлонос, – медицина делает чудеса. Совсем недавно он лежал без чувств в кладовке, а теперь – здоров, бодр и весел. Вы все станете такими же, когда подлечитесь.
И тут взгляд Горлоноса упал на тарелку с несъеденной кашей, которая стояла возле Пашкиной кровати. Доктор сердито свел брови и оглядел палату строгим взглядом.
– Я смотрю, у кого-то здесь плохой аппетит, – проговорил он. – Хотелось бы знать, кто отказывается есть?
– Это мальчик, – тихо ответила девочка. – Он совсем не ест.
На этот раз Пашка на нее даже не обиделся.
– Это недопустимо, – сказал Горлонос. – Без правильного питания невозможно выздоровление. Почему ты не кушаешь, мальчик?
– Не хочу я эту кашу, – глухо проговорил Пашка. – Сами ее ешьте.
– Тебе не нравится каша? – сухо улыбнулся Горлонос. Два ряда острых зубов блеснули, как зубья пилы. – А что же ты хотел, капризный мальчишка? Ты думал, в больнице тебя будут кормить шоколадками и ананасами?
– Ничего я не думал, – сказал Пашка и отвернулся.
– Или ты думал, для тебя специально приготовят куриную ножку и салатик? Или ты любишь что-то еще – блины или пельмени?
– Неплохо бы, – буркнул Пашка.
– Любишь пельмени? – Горлонос недобро усмехнулся. – Ладно, будут тебе пельмени. Ты на всю жизнь запомнишь эти пельмени! – он повернулся к манекену и закричал: – Ордопет! Пельмени сюда!
Санитар вышел, стуча пластмассовыми ногами по полу. Он вернулся очень быстро с большим дымящимся блюдом, которое поставил на Пашкину кровать.
– Вот твои пельмени! – прошипел Горлонос. – Жуй, только не подавись.
Пашка взглянул на блюдо – и ему стало не по себе. На вид это были обычные пельмени, только неестественного темно-коричневого цвета. И еще ему показалось, что… Нет, не показалось! Совершенно точно – коричневые пельмени шевелились в тарелке!
– Ну, кусай их! – рявкнул Горлонос. – Что же ты не накинулся на любимую еду, капризный мальчишка?! А может тебе помочь?
Горлонос схватил с блюда вилку с длинными изогнутыми зубьями и с размаху вонзил в пельмени. Раздался пронзительный писк, словно дверью придавило мышонка.
– Открывай рот, глотай! – шипел доктор. – Это же твои любимые пельмени, ты же по ним соскучился.
Пашка вжимался в стену, ему некуда было бежать. Коричневый дымящийся пельмень на вилке болтался прямо перед лицом, и мальчик пытался увернуться от него.
– Забыл, как жевать? – поинтересовался Горлонос. – Ладно, я покажу.
Он сунул пельмень в рот и стиснул зубы. Снова раздался жалобный писк, и по губам Горлоноса потекла алая кровь. Оставшиеся в блюде пельмени пришли в беспокойство, начали усиленно вертеться и даже подпрыгивать.
Доктор тем временем насадил на окровавленную вилку следующий пельмень.
– Будешь есть? Будешь, я спрашиваю?!
– Нет! – закричал Пашка.
– Отлично! Просто прекрасно! Тогда я раскидаю их по полу, и ночью они сами заползут тебе в рот. Вот так!
Пашка умер бы от ужаса и отвращения, но тут раздался какой-то гул. Через мгновение он повторился и усилился. Теперь уже дрожали стены, с потолка посыпался песок.
– Приехали… – испуганно прошептал Горлонос, задрав голову. Он бросил вилку и осторожно поднялся. – Приехали, приехали…
И, не говоря больше ни слова, выскочил из палаты. Манекен захромал следом. Пашка отошел от стены и без сил упал на кровать.
– Приехали… – пробормотал он. – А кто приехал? И на чем приехали?
И вдруг его как подбросило. В голову сам собой пришел ответ на вопрос, который он задал себе еще тогда, у таинственного колодца в центре зала.
Звук, который доносился со дна колодца, был Пашке хорошо знаком – это обыкновенный шум поезда в метро!
В тот раз то ли испуг, то ли странное эхо помешали это понять. Но теперь-то все становилось ясно!
Пашка сильно разволновался. Он знал из книг, что метро – это не только гудящие эскалаторы и красивые станции, но и сотни запасных проходов, шахт, служебных комнаток и коридорчиков.
Почему бы одному из этих таинственных ходов не вести сюда?!
Мальчик представил, как легко можно перебраться из ужасной подземной больницы в такой привычный и желанный мир, где сигналят поезда, толпятся пассажиры, горят тысячи ламп…
Нужно всего лишь решиться залезть в ту страшную шахту… и сделать это так, чтобы никто не заметил.
Это было, конечно, непросто.
Дверь в палату вдруг открылась, в проходе показался Ордопет. Он покачнулся и протянул к Пашке руку. Мальчик отшатнулся, глядя на санитара с неприязнью и досадой. Он только что мечтал о сверкающих залах метро – и вдруг опять этот уродец тянет руки.
– Иди, что же ты? – прозвучал вдруг слабый голос девочки. – Если за тобой пришли, надо слушаться. Тебя накажут…
– Да отстань ты! – процедил Пашка сердито.
Но, подумав секунду, решил не перечить…
Глава 7. В колодец!
…И снова было страшно. Что придумает Горлонос на этот раз? Затеет новую «процедуру», или натравит очередное чудовище, или просто будет негодовать, топать ногами и требовать подчинения.