Сергей Лукиянов – Тёмные века – эпоха пророков. Книга вторая. Воин с равнины (страница 1)
Сергей Лукиянов
Тёмные века – эпоха пророков. Книга вторая. Воин с равнины
Глава 1
Первые лучи солнца проникли в спальню правителя, едва солнце показалось над горизонтом. Из-за того, что Созовайн находился на высоте трёх километров от земли, день здесь начинался на час раньше, чем на равнине.
Маноло давно к этому привык. Ему нравилось, проснувшись, наблюдать через проекцию на потолке, как солнце постепенно освещает равнину. Первый час утренней тишины обычно определял все его занятия на день. Если на равнине не было ничего интересного, он посвящал себя своему городу: под видом обычного городского жителя, он обходил свои владения, незаметно для окружающих составляя своё мнение о состоянии города. Затем, если ему что-то не нравилось, вызывал своего советника по нужному ему вопросу и задавал наводящие вопросы. Если советник начинал врать или пытался скрыть открывшийся Маноло факт, его просто сбрасывали с города.
Все думали, что правитель остаётся в курсе дел благодаря магии, хотя ею он пользовался крайне редко. По большей части для своего удовольствия, вроде проекции равнины на потолке или фокусов, которые он любил показывать на ужинах, которые он устраивал раз в пятьдесят лет. Это было другой его слабостью – когда у него был готов очередной трюк или маленькое шоу, он созывал знатных людей города (они часто сменяли друг друга, так что не успевали наскучить правителю) и показывал их им. Каждый раз успех был ошеломляющим. По-другому и быть не могло.
Сегодня перед ним предстала гладкая равнина, уходящая далеко за горизонт, поэтому сразу после завтрака, он решил пройтись по городу. До него доходили слухи о новом торговце на базаре. Он пробыл в городе всего неделю, а уже снискал славу лучшего торговца пряностями. Мужчина прибыл в город с караваном из Торсека, принеся и другую, куда более интересную новость – о красавице травнице, которая в добавок ко всему оказалась ещё и магом-хамелеоном. Её поймали для него сегодня ночью. После короткого колебания, он решил отложить встречу с ней до завтра, на самый поздний вечер.
Когда живёшь не одну сотню лет, стараешься растягивать и ценить удовольствия, иначе испытав всё в первую сотню лет, не будешь знать, чем заняться во всё оставшееся время. Эту привычку он почерпнул у своего отца. Не сказать, что они очень часто общались, но то недолгое время, что они провели вместе, навсегда отпечаталось в памяти Маноло.
Его отец Оло, был живым воплощением бога для людей. Принимая жертвы и правя целым материком, он, тем не менее, долгое время не впадал в крайности. Как-то раз, присутствуя на одном из приношений, Маноло спросил у отца, если ему так нравятся дары, которые ему преподносят люди, почему он не заставит их делать это каждый день.
– Весь секрет в контрастах, – в тот день Оло был в хорошем настроении, так что смог уделить сыну несколько минут. – Я знаю, ты любишь клубнику. Вспомни, какая она на вкус в первый день, и какой становится уже на второй А когда ты ешь её изо дня в день? Вкус притупляется, где-то кислая, где-то несвежая, а в иной день и вовсе не хочется к ней притрагиваться. Так же и со всем остальным в этом мире. Пока удовольствие тебе доступно редко, оно остаётся чем-то особенным для тебя, что отличает один день, от другого. А когда удивительное становится каждодневным явлением, ты к нему быстро привыкаешь и перестаёшь считать особенным.
Это была, пожалуй, самая продолжительная беседа между отцом и сыном.
Кроме того, вскоре Оло пренебрёг своим же советом и попробовав перевоплощения, уже не смог остановиться. Против своего обычая, он пристрастился к этому пороку, всё больше проводя время вне своего тела. Возможно в этом была виновата его демоническая натура, которая спустя столько лет, обрела над ним власть. Так, в очередной раз вселившись в человека, Оло напрочь забыл позаботиться о собственном теле, и когда пришло время возвращаться, его телесная оболочка была мертва.
Что стало с сущностью бога-демона, никто не мог сказать наверняка. К тому времени все пять сыновей Оло жили самостоятельной жизнью, так что после смерти отца, они поделили его империю на равные части и старались больше не встречаться.
Пограничные конфликты и ежегодные покушения друг на друга случались с завидной периодичностью, но никто всерьёз не думал убить брата. В этом просто не было необходимости. Покушения на жизнь друг друга расценивались ими скорее как игра, где каждый соревновался в оригинальности покушения, либо в том, на сколько близко убийце удастся подобраться к жертве. Убить такого сильного мага, как один из сыновей Оло – для этого надо было быть либо демоном, либо драконом.
Как раз таки дракон и представлял для них основную проблему. Он походил на надоедливого комара, который жужжит и жалит в темноте. Слышно только писк, да чувствуешь укусы, а самого комара не видно. Нападения на их торговые экспедиции, недостающие запасы и, конечно же, самое нашумевшее похищение гарема Маноло, – всё это ужасно раздражало братьев, но никто из них так и не смог справиться с драконом.
Отряды, посылаемые в Лунную долину, носили скорее разведывательный характер, умер дракон или нет. Судя по тому, что ни один из искателей приключений не вернулся, красная ящерица всё ещё была жива. Сами маги не рискнули бы проникнуть в долину. Там вайнер был на своей территории и запросто мог их убить.
Что же касалось демонов, то с ними они практически не сталкивались. Основная их масса перекочевала за пределы равнин, далеко на север, в горы. Иногда до них доходили слухи от купцов из других земель, о существовании демонов, хотя чаще всего это были обычные байки у костра, не более того.
Оторвавшись от размышлений, Маноло прошёл в купальню, а затем в небольшую столовую с маленьким столом и деревянным стулом. Когда он ел в одиночестве, то не любил пользоваться общим залом со столом на сотню человек. Большое пространство отвлекало его от собственных мыслей.
Выбрав головку сыра, свежий хлеб и воду, он удобно расположился на стуле и принялся размышлять о том, какие места ему следовало сегодня посетить. Торговая площадь, магазин с травами и предсказания. Он рассчитывал управиться с делами до наступления сумерек, затем так же легко поужинав, заглянуть в гарем, если его ничто не отвлечёт. Насколько правитель помнил, последняя наложница была у него пять, а может и все десять лет. Точно он вспомнить не мог. Когда ничего не происходило, несколько десятилетий сплетались в его памяти в один день.
Закончив завтракать, он легко поднялся из-за стола и вышел в коридор. Обычно в это время слуги незаметно сновали внутри дворца, стараясь не попадаться ему на глаза. Маноло не любил, когда его отвлекают от размышлений даже своим присутствием. Когда он спешил по своим делам, все должны были разбегаться в разные стороны и уступать ему дорогу.
Сегодня он решил пройти через сад.
Здесь росли все виды растений, которые он только смог найти на равнине. Это место было его гордостью. Находя неизвестное растение, Маноло ухаживал и выращивал его самостоятельно, пока дерево или куст не приживались на новой земле, после чего поручал заботиться о них садовникам. Спустя десятки лет, когда он решал прогуляться по саду, его дожидались уже окрепшие, высокие исполины деревьев или широкие заросли кустов.
Он помнил, как посадил первое дерево, в самом центре сада. Старый дуб разросся до исполинских размеров, сросшись с городом и став с ним единым целым. Проходя мимо дуба, правитель всегда обходил его кругом, ведя рукой по шершавому стволу. Касаясь дерева, он мог проникать мыслями по его стволу и корням в самые удалённые уголки города. Так он чувствовал мощь своего творения. Ничто не могло ему поднять настроение, как эти несколько минут.
Сегодня Маноло слишком спешил, и прошёл по краю сада, бросив мимолётный взгляд на недавние посадки, которым скоро исполнялось триста лет. Миновав лестницы и фонтаны, он зашёл в садовый сарай, который никто, кроме него, не имел права посещать. Здесь хранилась часть его городской одежды.
Маноло всегда действовал в городе через своих слуг и чиновников. Никто, кроме узкого круга приближённых не знал, как он выглядит. Это помогало правителю слиться с толпой и незаметно получать неискажённую информацию из первых рук.
На торговой площади он планировал появиться в виде лавочника, чтобы не привлекать к себе излишнее внимание. Так он сможет послушать, о чём говорят городские жители, и насколько честно торгуют купцы. На всякий случай он иногда изменял черты лица, но сегодня у него было слишком благодушное настроение, чтобы задумываться о подобных мелочах. Накинув поношенную одежду, Маноло спустился в секретную шахту, выходящую во внутренний двор жилого дома в пяти километрах от дворца. В это время там никого не было и он мог незаметно выйти на улицу и смешаться с толпой.
Весь город был пронизан потайными ходами сходящимися во дворце. На каждом входе и выходе стояла магическая печать Маноло, так что никто, кроме него никогда не смог бы найти дверь. Они сливались со стеной или полом, проявляясь от прикосновения правителя или его магического приказа.
Для своего удобства он, конечно, мог бы переместиться в пространстве, но Маноло любил пешие прогулки, будь то площадь города или потайной туннель. Во дворце было слишком много вещей, на что отвлекалось его внимание, а при ходьбе, когда он шёл к намеченной цели, у правителя появлялась возможность остаться наедине со своими мыслями.