Сергей Лукиянов – Кот, который живёт сам по себе (страница 24)

Воспоминания о пьянках отца не означали, что всё его детство прошло в страхе и повиновении. Когда папа был в настроении и трезвым их семья ничем не отличалась от других семей. Но эти моменты: «Я хозяин этого дома» всплывшие в его сознании только сейчас, разом перечёркивали всё хорошее, что было у них.

Со временем эти выходки забылись, но как оказалось влияли на всю последующую жизнь Толика сильнее, чем хорошие воспоминания.

Впервые с момента женитьбы, Толику стало неловко за своё поведение. В детстве он хотел быть лучше отца, и не становиться тираном для жены и ребёнка. Но тут же в нём взыграл протест. Память услужливо преподнесла воспоминания о круглосуточном плаче ребёнка и запахе его фекалий, уставшая Вика, кричащая на него, чтобы он пошевеливался и бежал в магазин за пелёнками. Каждый день такого балагана он тоже выдержать не мог.

Поэтому Толик, будучи парнем смекалистым, нашёл компромисс: он будет иногда сбегать из дома, ради коротких интрижек с практикантками или девушками, которых он случайно подвозил по дороге на работу, только на этот раз он не будет использовать для этого ссоры. Он обязательно найдёт способ, как безболезненно отлучиться из дома. Он станет лучше.

От осознания собственного благородства и озарения, Толик светился как медный таз, когда Вика, наконец, вернулась домой с покупками.

– Привет, – необычно мягким голосом, произнёс Толик и сам удивился своему тону.

– Привет, – Вика подозрительно покосилась сначала на мужа, потом на спящую в колыбельке Сонечку. – Что случилось?

– Ничего, просто рад тебя видеть, – раньше бы это прозвучало фальшиво, сейчас же Толик только удивлялся, сколько искренности было в его словах.

Удивлению Вики не было предела. Если бы за секунду до этого она не поставила сумки с покупками на стол, то обязательно выронила бы их на пол.

– Что с Соней? – обходя мужа стороной, девушка подошла к кроватке и внимательно посмотрела на дочь.

– Ничего, два раза покакала и теперь довольная спит.

Весёлое настроение мужа после того, как он два раза сменил дочери подгузники? Либо он что-то выпил – но завтра ему на работу, не должен был, либо что-то задумал или сделал. Не просто же так он разыгрывает любящего мужа!

Эти мысли пронеслись в голове Вики несколько раз и не одна из них не зацепилась за сознание. Дело было в другом. Она это чувствовала. Но в чём она пока понять не могла. Может новая любовница? Не похоже.

Вика знала почти о всех похождениях мужа, но из-за ребёнка и своего зависимого положения – родители не одобрили её беременность и брак, предоставив ей самой справляться с этой проблемой, считала себя не в праве что-то требовать от него. Наверняка со своими девками он разговаривал таким же нежным тоном.

Одна мысль об этом больно ударила по самолюбию девушки и всё же она сдержала свой гнев. Раздражённо раскладывая покупки по холодильнику, она то и дело подозрительно косилась на мужа.

Толик в свою очередь тоже не знал, как поступить. Он попытался быть хорошим и получил прямо противоположный результат. На что она теперь-то злилась? Неужели у неё снова начались месячные? Не должны были. А что если она видела, как он пялился сегодня на соседку из шестнадцатой квартиры? Нет, это точно было исключено.

«Да что, чёрт возьми, с тобой произошло?!» – в свою очередь начал раздражаться Толик.

– Что-нибудь случилось? – самым обыденным тоном поинтересовался он у жены вслух.

«Да, случилось! Меня достали твои мелкие интрижки, после которых ты возвращаешься с лицом, как будто спас мир от потопа. Мне надоело выгребать дерьмо за нашим общим ребёнком, к которому ты подходишь только, когда она спит. И твой долбанный, слащавый тон меня бесит больше всего, так как я чувствую, что ты задумал трахнуть очередную бабу, пока я пытаюсь уложить спать нашу дочь!»

Прикусив губу, Вика старалась не заплакать и не закричать. Рвущиеся наружу мысли бросали Толику одно обвинение за другим, но голос разума заглушал их твердя: «Ты не в праве. Ты не в праве ему перечить». Воспитанная в семье, где всё решал отец, а мать лишь следовала за ним покорной тенью, Вика, как и Толик, надеялась быть лучше матери, но в итоге становилась похожа на неё, как две капли воды.

– Молоко скисло, – не найдя ничего лучше, ответила Вика. – Пойду, схожу за новым.

– Ничего страшного, я сбегаю в магазин, – тут же отозвался Толик, почувствовав спасительный выход из неловкой ситуации. – В ближайшие двадцать минут Сонька должна спать, и ты как раз немного отдохнёшь.

Не успела Вика ответить мужу, как он уже бежал вниз по лестнице, забыв дома кошелёк. Ему повезло, что в магазине уже на кассе он встретил Мухина и одолжил у него до вечера денег на молоко.

А пока Толик бегал по магазину в поисках молока, Вика лежала на диване без сил, пытаясь разгадать заданную ей мужем загадку. Он никогда не ходил к своим девкам по воскресеньям, понедельники для её мужа тоже были тяжелыми – так с чего вдруг он в таком отличном расположении духа и пытается ей угодить? Неужели он собирается бросить её с ребёнком?

На этот раз ей стало по-настоящему страшно. Если Толик внезапно пропадёт, его родители вернутся в город и выгонят её из дома. А куда она пойдёт с ребёнком на руках? Её родители, даже если они сломаются и возьмут её обратно к себе домой, уничтожат её за два дня. Их проповеди и призывы к совести как вороньё слетятся и выклюют ей мозг и силу воли.

В этот момент она уже была согласна на всё. Даже на новую любовницу мужа, лишь бы только он не бросал её с ребёнком одну. Что-то мокрое коснулось её щеки. Проведя ладонью по лицу Вика с удивлением заметила, что плачет. Такого не было с ней с самого окончания школы.

– Совсем расклеилась, корова, – вставая с дивана, заворчала на себя Вика. – Дура безмозглая.

Коровой она не была. Стройная от природы фигура благодаря ежедневным тренировкам сделала бы честь многим девушкам, но у себя в сознании она всегда оставалась неуклюжей девочкой-подростком. Что же касалось дуры, так в детстве её звали родители, стоило ей пойти против их воли. Так она научилась скрывать свои чувства и намерения, маскируя их под покорность. А поступать так, как того хотели окружающие, чтобы не прослыть дурой – это стало для неё чем-то вроде второй натуры.

Возможно поэтому она так долго терпела измены мужа, его пьянки через день и пренебрежительное отношение к себе. Стоило ей почувствовать в себе злость и желание сделать так, как она хочет, призраки детства слетались над ней, забрасывая камнями: «Дура, куда ты лезешь?», «Ты же ничего не смыслишь в этом!» «Корова!»

Вика бегом бросилась к окну, распахнула его настежь и вдохнула полной грудью свежий воздух. Полегчало. Но не намного. В голове по-прежнему звучали голоса и отговорки от серьёзного разговора с мужем.

Нельзя было сказать, что Вика покорно сносила все выходки мужа. Иногда он перегибал палку и тогда темперамент Вики шёл впереди её воспитания и она успевала накричать на Толика так, что тот потом на неделю превращался в идеального мужа.

Воспитанные требовательными родителями они невольно искали друг в друге ответственного за все их решения. Положение на равных вызывало у каждого чувство беспокойства. Для их подсознания совместная семейная жизнь должна была стать копией семьи их родителей с авторитарным диктатором во главе. Но каждый раз, когда кто-то из них пытался встать на место родителя, другая установка детства, что он ни на что не годен давила этот порыв.

Поэтому пока они жили с родителями Толика, те так или иначе принимали решения за молодых и Толик с Викой, хоть и злились, в тайне чувствовали себя спокойней. Решение было принято взрослым рассудительным человеком, а значит, оно было правильным. Теперь же на протяжении шести месяцев, что они жили вдвоём, каждый искал своё место в новом мире. И пока не мог найти.

Но неделю назад, тайком от мужа Вика купила книгу по психологии, с традиционным названием «Как воспитать ребёнка». Только книга предназначалась не для детей, а для родителей. Начиналась книга такой же банальной фразой, как и называлась: «Родители – это пример для подражания ребёнка. Станьте лучше и дети последуют вашему примеру». Читая главу за главой, Вика с ужасом понимала, что все описанные в книге патологии имели место в её семье. Моральное давление, унижение, беспрекословное исполнение воли родителей, – всё это она испытала в детстве. Тесты и упражнения, которые шли после очередной главы, помогали ей лучше понять себя и мужа.

Вот только сегодняшнее поведение Толика говорило о неприятных изменениях. Судя по книге, если он не работал над собой и сохранял свои прежние установки, то побег от их гнёта или полное подчинение им могли стать причиной хорошего настроения её мужа. Побег означал измену, но о подчинении чему-либо девушка не могла ничего сказать. Вика и не подозревала, что сегодня, не читая книг, Толик сам пришёл к косвенному выводу, что ему пора меняться.

Стоя возле окна и наблюдая за играющими в песочнице детьми, она твёрдо решила поговорить с мужем. Дать книгу, заставить его прочитать её. Если она будет достаточно тверда, чтобы скопировать его отца, он подчинится. Но стоит ей дрогнуть и в Толике проснётся бунтарь.

У Вики снова закружилась голова. Одно дело читать советы и думать, что обязательно им последуешь и совсем другое, когда в реальной жизни пытаешься хоть раз пойти против своего воспитания и вживую воспользоваться советом автора.