Сергей Леонтьев – Язва (страница 28)
– Насильников.
– А бабке-то сколько лет?
– Она у меня четвёртого года. Значит, семьдесят пять будет.
– И боится насильников? – Сергеев не мог сдержать улыбку.
– А ты не улыбайся. У неё фигура, как у девчонки. Ну ты видел. Лицо, конечно, возраст выдаёт. – Николай печально вздохнул. – А в молодости за ней мужики толпами бегали!
– Ну ладно, хочешь обрезать, пожалуйста. Хозяин барин. – Андрей задумчиво погладил стволы. – Только как ты это себе представляешь? У меня ни тисков, ни ножовки по металлу. Да здесь обычной ножовкой полдня пилить. Сталь немецкая, сам же сказал, на совесть делали.
– Так я потому раньше и пришёл. Поехали к твоему соседу по гаражу. Ты рассказывал, у него целая мастерская.
Андрей взглянул на часы.
– Проснулся и почти трезвый. Поехали, заодно машину возьмём.
Саня был на рабочем месте, не трезвый, но вполне дееспособный. Выслушав просьбу друзей, он покрутил оружие в руках, тщательно осмотрел стволы, измерил толщину стали и категорически отказался обрезать.
– Не сможешь? – удивился Андрей.
– Смогу, чего тут не смочь. Но не буду такую красоту портить.
– Саня, – Андрей добавил в интонацию просительные нотки, – очень надо!
– Если надо, – Саня откинул тяжёлую крышку сундука, в котором хранил инструменты, покопался в глубине, звеня железками, и вытащил нечто завёрнутое в масляную тряпку. – Вот, бери, после отдашь.
Саня развернул тряпку, и на свет появился пистолет с длинным стволом и деревянной рукояткой.
Коля присвистнул:
– Это же «Маузер»!
– Точно, – подтвердил Саня. – «К96», четырнадцатого года.
– Откуда у тебя?
– Мужик один подарил. Я ему «Москвич» после аварии собрал. Лучше нового бегает!
– А у него откуда?
– Сказал, что отец в Отечественную командовал партизанским отрядом. Их «Маузерами» вооружали.
– Он в рабочем состоянии? Патроны есть? – деловито спросил Николай.
Саня любовно погладил оружие.
– Пошли, покажу.
Они прошли в дальний конец гаража. Саня ткнул пальцем в две круглые, аккуратные дырки в задней стенке.
– Это я его опробовал. Три миллиметра сталь, как консервную банку!
Вытащил магазин, показал длинный матовый патрон.
– Всего четыре штуки. Хватит?
– Должно хватить. – Андрей взял пистолет, завернул в тряпку, протянул Николаю. – Спрячь в сумку. Саня, с меня пол-литра!
– Ладно, разберёмся.
Из рапорта старшего лейтенанта Палкиной Е. А. подполковнику Иваницкому И. В.:
«10.04.1979 в 06.07, заменяя временно изолированную гр. Абрамову Т. В., я открыла дверь неизвестному, идентифицированному мной как «Гость». Оказывая на меня психологическое воздействие методами нейролингвистического программирования, «Гость» мотивировал меня собрать выделения от больных сибирской язвой в стерильную пробирку с консервантом и передать ему 13.04.1979 с 09.15 до 09.45 скрытным образом в сквере у городского пруда.
13.04.1979 в 09.03 я вышла из центрального входа инфекционной больницы. В 09.22 опустила пустую бутылку из-под кефира с пробиркой внутри в урну около скамейки и пошла по направлению к выходу из сквера. В соответствии с инструкцией, уходя, я удостоверилась, что «Гость» забрал бутылку с пробиркой, нейтрализовав страхующего передачу сотрудника управления…»
Глава 21. Новости хорошие, новости плохие
Оксана пришла около двух. Возбуждённая, щёки румяные, глаза светятся. Ни следа вчерашней размолвки.
– Ребята, что я вам расскажу! В городке новая вспышка сибирской язвы. Заболели два сотрудника особого отдела, состояние крайне тяжёлое! Выезд закрыли, никого не выпускают. Светка в санитарной машине выехала, на полу за пустыми коробками из-под растворов…
– И чего ты такая радостная? – удивился Андрей.
– Ещё новость, шпиона поймали!
– Белявского?
– Нет, ты ошибся, Андрюша. Какого-то капитана, тоже из лаборатории. У него при обыске пробирки с возбудителем нашли!
– Тебе Светка рассказала?
– Да.
– А она откуда знает?
– Так весь городок знает!
Андрей задумчиво посмотрел на девушку.
– Ну и что?
– Как что? – искренне удивилась Оксана. – Теперь вам не надо на встречу идти.
– Ну вот, – разочарованно произнёс Николай. – Самое интересное без нас!
– На встречу мы пойдем, – решительно заявил Андрей. – Есть вопросы, на которые он мне должен ответить.
– Ответит, шпион Гадюкин! – радостно поддержал друга Николай.
– Какие вопросы? – настаивала Оксана.
– Например, зачем он Фёдорова убил?
– Андрей, – Оксана тревожно смотрела на Сергеева. – Может быть, Фёдорова не убивали, может, он от осложнений умер?
– Я, конечно, могу ошибаться, – Андрей задумчиво потёр подбородок, – могу сделать неверные выводы из ложных предпосылок. Но чтобы два грамотных врача одновременно ошиблись? Маловероятно.
– Какие два врача? – удивилась девушка.
– Во-первых, Петренко считает, что смерть Фёдорова не связана с инфекционным процессом. Лейтенант уже шёл на поправку, должен был прийти в сознание. Во-вторых, Рыжаков, бог в патологоанатомии, подтверждает слова Петренко, видит в протоколе явные признаки восстановления. А также видит следы отравления курареподобным ядом.
В комнате повисла тишина. Оксана хотела поспорить, аргументов не находила, но сдаваться не собиралась.
– Ну хорошо, ты с ним встретишься. Как ты собираешься его допрашивать? Ты же не следователь!
– Я не буду его допрашивать. – Сергеев серьёзно смотрел на девушку. – Он сам мне всё расскажет.
– Почему? – искренне удивилась Оксана.
– Как раз потому, что я не следователь. И всё, – сказал он обращаясь к друзьям. – На этом обсуждение заканчиваем. Во-первых, мне надо обдумать новую информацию. Во-вторых, не факт, что встреча состоится.
– Как не факт? – огорчился Николай.