Сергей Кусков – Фрилансер. Вольный копейщик (страница 60)

Итак, мы взлетели по плану, через три с половиной часа, и ещё полчаса кружили вокруг Самары в подоблачном слое — ждали отстающих, медленно поднимаясь выше и выше, где воздух сильно разреженнее, меньше подъёмная сила, а значит и износ механизмов адовый. После же влетели в облачный слой, по которому и двинулись, зигзагами, конечно, в сторону Альфы. Пятьдесят — пятьдесят пять километров… Это прилично даже если отмерить путь по поверхности. Но когда осознаёшь, что всё это расстояние ПОД тобой, и ни дай бог движок откажет…

А ещё на этой высоте летают парящие над планетой острова — стартовые площадки космолётов, некоторые производства, научные станции и боевые платформы системы ПКО, включая памятную «Сигму». Испаноязычное население Венеры обижается, когда их называют словом «лапута», ругается на Джонатана Свифта, которого, возможно, мир помнит только благодаря этому слову и испанской обиде, но именно из-за оной обиды, чтоб насолить, наверное, весь мир с упоением летающие острова называет именно так. Да и у нас, если честно, прижилось со временем. Поначалу слово типа сленговое, в прикол. «Где работаешь?» «На ла путе», то есть женщине нетяжёлого поведения. Учитывая венерианский специфический менталитет, формировавшийся тогда же, не удивлён таким «приколам». Так или иначе, но Свифта мы хоть и помним, нещадно ругаем, но острова лапутами называем.

У семьи Феррейра много таких островов. Где-то что-то перерабатывают, где-то контейнерная площадка для упаковки грузов с поверхности, подготовка к дальнейшей отправке. Есть и законсервированные площадки — то есть пустые, без рабочих, с уймой ценнейшего для нашей задачи свободного места. Но с последними, к сожалению, не повезло — далеко все, пришлось сделать остановку на рабочей. На которой, по согласованию с Сильвией и их службой безопасности, заранее отключили транспондеры и все системы связи. Вообще все. Мы только готовились к штурму телецентра, а туда уже вылетел конвертоплан со специалистами и оборудованием, а главное, клановой группой захвата, которая должна в нужный момент обеспечить отсутствие лишней связи и наш приём. На лапуте полно рабочих (пятьдесят шесть человек если быть точным), мало ли у кого какая дурь в башке, так что ребята полетели серьёзные, с серьёзным же заданием. Ибо повторюсь, один сигнал на сторону, и нас раскроют, а это конец операции. И других вариантов не увидели — по пути из Самары в Альфу «Антарес» — единственное место, где можно сделать остановку и не быть обнаруженными. Венера большая, как говорится, а приземлиться в облачном слое негде. Альтернатива — делать крюк ещё в сутки (а итого в несколько дней), лететь к другой лапуте, и тут я хоть оптимист (иначе бы не затеял эту авантюру), но не до такой степени. И так за трое суток потеряли шесть машин из шестидесяти, по краю прошли.

Итак, мы летели в облачном слое, сбившись в кучу, рядом друг с другом, в режиме радиомолчания. Облака это не панацея, в них можно что-то разглядеть и почувствовать сканерами и сенсорами, но надо знать, куда именно смотреть, а небо большое. Планета же у нас — пустыня, на девяносто восемь процентов, если не больше. Огромная, каменистая, просто где-то камней больше, где-то меньше. У каждого камня сенсоры не разместишь, а города мы огибали, даже в облаках не рискуя пролетать над ними. Так что шансы на обнаружение у противника были, но тут наш оптимизм уместен. Когда приблизились к нужным координатам, радиомолчание нарушили и вышли на условленной частоте сигналом малой мощности в поисках временного дома. Главный мой кошмар этих двух суток после вылета — не услышать ответ «Антареса», так называется эта платформа клана Феррейра. Двое суток превозмогания в разреженной атмосфере, три отказавшиеся лететь далее машины, сильнейший психологический износ людей, понимающих, в какой мы заднице… И после этого, когда и механизмы и люди на пределе, самый сок — оказаться над очередной пустыней в одиночестве, без возможности приземлиться и отдохнуть.

Но нет, «Антарес» откликнулся. Его отнесло ветром на две сотни километров от точки встречи, но, обнаружив его, мы быстро догнали и начали процесс посадки. Не «сели», а именно так, «начали процесс» — поверьте, палуба даже большой промышленной лапуты для шести десятков немаленьких аппаратов — количество запредельное. Это отдельный порноквест, как всех разместить, и не завидую специалистам семьи Феррейра, которые обсчитали нам максимально возможное количество аппаратов, которые смогут пришвартоваться к платформе, и отдельно тем, кто это решение должен реализовать. А платформа нужна; кроме отдыха личного состава и переборки/починки механизмов, нужно ведь ещё провести рекогносцировку где, как и в каком состоянии противник, и как лучше упасть ему на голову. Состыковаться с союзниками на поверхности, наконец. И всё это так, чтобы не быть обнаруженными, что подразумевает серьёзное стационарное оборудование.

— Ваше высочество, лейтенант запаса ВКС Рикардо Шульц! — козырнул мне встречающий, посланный сюда с группой безопасник Феррейра, когда я сошёл по аппарели. Знаете, это очень удивительное ощущение — выходить в атмосферу без скафандра. Вообще без. Только герметичная маска на лице, да прочный защитный тканевый костюм — тут адски жёсткий ультрафиолет. А в остальном… Если б не фиолет, можно было б в рубашке и брюках бегать! Как под куполом! Класс!

— Хуан Шимановский, прошу обращаться так. Я пока не признанный Веласкес, — козырнул я в ответ. — Сеньор Шульц, доложите обстановку.

— Мы, согласно плана, пятый день в радиомолчании, — без тени сомнений, начал докладываться безопасник. — Один раз вышли в эфир, как бы на резервной мощности, сообщили о неполадках с радиостанцией, эта версия должна сойти за рабочую — так бывает.

«Ага, особенно на платформах жадных капиталистов, экономящих на всём, включая радиосвязь» — пронеслось в мозгу, но вслух это лучше не говорить.

— После этого выполняли все полученные протоколы, во избежание не включали аппаратуру связи даже на приём планетарных новостей, потому информацией о происходящем на поверхности не владею.

— Запросы спасательной службы были? Вас пытались искать или эвакуировать?

— Никак нет. Именно с этой целью мы и вышли в эфир на четверть часа — успокоить спасателей. Спасательные мероприятия такого уровня для промышленников не бесплатны, королевство потом предъявляет владельцам счёт, и при неуплате может арестовать и забрать имущество, так что отказ от услуг спасателей — распространённая практика.

«Боже, в каком мире живу!» — промелькнуло в голове, но поиронизирую позже.

— Ладно, пойдёмте смотреть новости, что где и как. — Обернулся к свите, которая, как положено, летела со мной в одной машине. — Ярослав, как все сядут, как растащат машины по стоянкам — полная диагностика всего, что только можно, что успеете. Кароль… — перевёл взгляд на командира боевой составляющей семьсот тридцать второго. — Не обижайся, это не оскорбление, я просто плохо тебя знаю. Надеюсь, у тебя достаточно опыта сделать так, чтобы личный состав эти сутки не праздно шатался по лапуте, беспорядки нарушая, а был занят делом?

— Обижаешь, Командор! — заулыбался поляк и не думая обижаться визуально… Хотя червячок в его душе я почувствовал. Но я его, действительно, мало знал, мне простительно не доверять в подобном.

Болтающийся личный состав, ищущий приключений… Как бы да, там сетка по периметру и вряд ли кто-то упадёт прямо вниз. Но мы, вот, как-то с похожей лапуты человека за пределы сетки смогли добросить, и оказалось, много ума для этого не надо. А добровольцы-военные люди тоже с фантазией.

ЦПУ «Антареса». Завод не работает — временно остановлен. Личный состав… То есть сотрудники завода все заняты благородным делом — помогают растаскивать по площадкам конвертопланы, носят, возят и катают оборудование, расходники для технарей. Так что людей тут мало, и все в основном по профилю — связисты и обслуга жизнеобеспечения острова.

Так, начинаем — с богом! Й-йесть, в сеть вышли, а это была ещё одна моя фобия! Настроились на стационарный коммерческий спутник, висящий над этой стороной планеты — тоже домашняя проработка клана Феррейра, владельца оного спутника. Коннект с ЦПУ Сильвии…Приём подготовленных её службой для этой цели пакетов…

Ох ты ж! Да, двое суток в изоляции — это во время войны много. И за это время на поверхности у нас чего случилось — просто отпад! Ибо там… Ничего не произошло! Я даже про себя выругался — а так бывает?

— … Хуан, в Альфе все в шоке, — пояснила Кудряшка, когда я рискнул бросить запрос на видеосвязь. — Как я поняла, там никто не рассматривал тебя всерьёз. Да, информационная атака, вскрыл тут у нас какой-то склад ГО. Попиарился перед камерами, созвав народ на непонятные подвиги. Но это и всё. А тут — вылет. Твоя армада двое суток перетаскивает технику и людей в Сан-Хуан для последующего рывка на Альфу. На глазах у всей планеты. Притом, что ты вылетел раньше и исчез с радаров. Тут кто угодно занервничает! А когда люди нервничают, они стараются больше смотреть и слушать, а не суетиться.

— Хорошо. В остальном всё по плану?

— Да, в остальном всё согласно нашего плана. Кстати, Сан-Хуан рукоплескал парням, когда они прилетели. Не то, что проблем не было, как опасались, а… В общем, люди, где могли, выходили к бойцам и говорили «Спасибо» и «Молодцы, наведите там порядок, ребята». Учитывай, Хуан, это Обратная Сторона! Добровольцы поголовно оттуда! Чувствуешь изменение раскладов в головах?